Жительница Башкирии рассказала о пытках в кемеровских колониях

Жительница Башкирии Оксана Хаттарова рассказала «Медузе», что ее мужа Руслана Курмангалеева пытали в кемеровских ИК-1 и ИК-37.

По словам женщины, ее мужа в 2012 году приговорили к 11 годам колонии за бандитизм и разбой. Раз в четыре месяца жена приезжала на свидания к мужу и каждый раз он говорил, что его избивают.

Хаттарова обращалась во ФСИН, Следственный комитет, прокуратуру Кемеровской области и региональную ОНК. По словам адвоката Максима Фролова, после этих жалоб в колонию приехали представители ОНК вместе с помощницей начальника кемеровского управления ФСИН Ириной Хохловой. Тогда Курмангалеев повторил свои жалобы в присутствии Игоря Ледера. После этого заключенного перевели в другой отряд, «где ему будет спокойнее».

В этом отряде, отмечает «Медуза», содержатся «активисты» — заключенные, которые сотрудничают с администрацией колонии. В январе 2018 года перед отбоем активисты позвали Курмангалеева в комнату воспитательной работы.

«Когда я вошел, то увидел на полу матрац. Меня схватили сзади за шею, руки связали и начали душить, натягивая целлофановый пакет на лицо. После чего [активист по фамилии] Вильман достал половой член и предложил мне его целовать, при отказе пытки продолжались. С меня спустили штаны и засовывали в анальное отверстие черенок от метлы… Меня развязали и посадили за стол, чтобы я написал отказ от ранее написанных заявлений и жалоб. В это время зашел замначальника [колонии по безопасности и оперативной работе Сергей] Селиванов и сказал активистам: "Только чтобы тихо"», — рассказал Курмангалеев адвокату.

После этого, по словам Курмангалеева, его ежедневно избивали и насиловали.

Позднее Курмангалеева этапировали в ИК-37. Когда заключенный прибыл в эту колонию, его сразу же избили несколько сотрудников и под угрозой насилия заставили мыть унитаз.

В мае жена приехала на встречу с мужем, но ей говорили, что все комнаты для свиданий заняты и предлагали уехать. Хаттарова же в итоге настояла, чтобы ее пустили в колонию. Муж рассказал ей, что в ИК-37 всех называют не по именам. Курмангалееву засунули в нагрудный карман формы фотографию страуса, поэтому при передвижении по колонии он должен представляться: «Я страус такой-то». Такие картинки, по словам Хаттаровой, есть у всех осужденных.

Женщина снова направила жалобы в прокуратуру, Следственный комитет и ФСИН. Сотрудники СК опросили Курмангалеева, который подтвердил слова жены, изложенные в жалобе. Прокуратура и ФСИН в колонии нарушений не нашли.

В июне 2018 года Курмангалеева увезли в СИЗО-3 в Мариинска, так как ему добавили новое обвинение в умышленном причинении вреда здоровья осужденному Вильману.