Как день трезвости слился с протестом

Специальный корреспондент «Батеньки» в Новосибирске Пётр Маняхин с репортажем о том, как в его родном городе попытались одновременно голосовать, не пить и протестовать, и что из этого у него получилось сделать, а что оказалось решительно невозможным.

Когда лысый обаятельный мужчина рассказал, как ему понравился фильм Александра «Хирурга» Залдостанова «Русский реактор», я понял, что голосовать больше не за кого. Только у Анатолия Кубанова были лозунги «За обездоленных!» и «Пусть платят банкиры, а не народ!» на билбордах красно-чёрной расцветки в стиле Национал-большевистской партии (признана в России экстремистской организацией). Он приходил на теледебаты, где в одиночестве (кроме него никто не пришёл) вещал про справедливость, а потом заявлял, что не будет голосовать на этих выборах. Даже за самого себя. И пусть говорят, что на выборах нет реальной конкуренции, а Кубанов брал деньги от властей, — мы ему это простили. Потому что он за нас, за обездоленных.

Выборы губернатора Новосибирской области, назначенные на 9 сентября, на самом деле закончились ещё 8 июня. В тот день мэр-коммунист Анатолий Локоть, исполняющий обязанности главы региона Андрей Травников и спикер регионального парламента Андрей Шимкив вместе зашли в малый зал заседаний заксобрания и сказали, что они обо всём договорились. Локоть поддержит Травникова на выборах губернатора, а тот — его кандидатуру в мэры, правда, через год. Коммунист, которого называли единственным реальным конкурентом назначенцу, выглядел уставшим, поджимал губы и говорил куда тише, чем обычно на своих уличных выступлениях. От его однопартийцев пахло перегаром и разочарованием.

Версий произошедшего было много: то ли Зюганов не договорился с администрацией президента, то ли Локотю и его покровителю экс-губернатору Виктору Толоконскому пригрозили уголовными делами, а может, всё вместе. Правды мы так не узнали: после отречения от губернаторских амбиций участники отказались отвечать на вопросы СМИ. Хотя журналистов было столько, что они не вмещались в зал, только Ярослав Власов из Тайги.инфо пытался задать вопрос, но в ответ получил лишь молчание и поджатые губы несостоявшегося кандидата.

Трезвый выбор

Если тебе вот-вот стукнет двадцать и ты никуда не переезжал, на избирательном участке в твоей родной школе скучно. Подарки как впервые проголосовавшему уже не дарят, учителя тебя почти не помнят, но спрашивают, как дела. Двое наблюдателей — парень и девушка — целуются взасос и не особо обращают внимание на КОИБы, а рулетики с маком из школьной столовой всё с таким же странным солоноватым привкусом.

Так получилось, что день голосования в России совпал с Днём трезвости. В обычно тихом Нарымском сквере Новосибирска, куда я направился после голосования, неожиданно людно. «Как хорошо, что в дело борьбы за трезвость включилась православная церковь!» — говорит со сцены главный детский нарколог области Лариса Антерейкина. Митрополит Тихон, стоящий в окружении иереев и двух юношей-семинаристов с букетами, одобрительно кивает и гладит седую бороду. Чтобы показать, что РПЦ действительно включилась, а не просто пришла постоять, митрополит идёт осматривать палатки, где лежит православная литература по борьбе с зависимостями и охолощённое оружие. После осмотра владыка благословляет всех желающих и отправляется на работу, в расположенный в парке Вознесенский собор. По дороге священники из его окружения проходят через детский уголок, где фотографируются с аниматорами-фиксиками Симкой и Ноликом.

Один из пауэрлифтеров ведёт трансляцию со смартфона — спрашивает людей, как они относятся к алкоголю. «Вот это мой ученик, — говорит он. — Ты трезвый образ жизни ведёшь?» «Ну так, выпиваю иногда», — виновато отвечает парень. Через пять минут ведущий трансляции идёт к сцене. Сейчас другой его воспитанник, Максим, будет рвать колоду карт, чтобы показать силу трезвости и то, что они против азартных игр.

Палаткой с православной литературой по борьбе с зависимостями заведует пожилая женщина с огромными от плюсовых диоптрий в очках глазами. «Нет-нет, мы книги не продаём. Только полистать можно», — говорит она и советует «Азбуку трезвости». Там написано, что нужно, конечно, молиться, но хорошо бы ещё поработать над созависимостью, то есть не решать проблемы за своего употребляющего близкого, и даже попробовать уговорить его обратиться в группы анонимных алкоголиков или наркоманов. «Соседка вчера приходила, жаловалась, что ноги болят, а ей врачи лекарства не дают, — рассказывает хозяйка палатки. — Она в молодости наркоманкой была, потом отсидела, а сейчас боярышник пьёт. Знаешь боярышник? Тот, которым травятся? Конечно, ей сестра продукты привозит, деньги. Что ей ещё делать, кроме как боярышник пить?»

Однако в палатках, где консультируют по вопросам борьбы с зависимостями, пусто. Самая популярная точка — пункт раздачи гречневой каши с тушёнкой и ухи из консервов, которая отлично помогает от придушившего к полудню похмелья.

Вот вам и ОМОН

Другая площадка Дня трезвости, где проходят соревнования «Академии бокса Сибири», расположена в Первомайском сквере, в самом центре города. Там людей гораздо больше — тысячи две с половиной. «Я рад, что так много пришло посмотреть на наши соревнования», — говорит со сцены ведущий, журналист губернаторского телеканал ОТС Михаил Дорошенко.

Михаил лукавит: на самом деле большая часть людей пришла на акцию против повышения пенсионного возраста, организованную штабом Алексея Навального. Митинг не согласовали, альтернативную площадку не предложили, а организатора Сергея Бойко пытались задержать у подъезда. Третьего сентября он написал в своём твиттере белый стих о том, как ему удалось остаться на свободе: «Вышел из дома, ко мне эшники. Бег. Подъезд соседней многоэтажки. Лифт. Пожарная лестница. Много бега. Затаиться за углом. Не дышать. Не заметили. Парковка. Пожарный выход. Двухметровый забор. Дворы-огороды. Друзья на такси. Организация связи».

До мегафона Бойко дойти не успел: люди в штатском задержали его сразу, как только он появился на митинге 9 сентября. Последние шесть дней глава штаба Навального в Новосибирске не только прятался от центра «Э», но и успел выдвинуться в мэры города (правда, перепутал дату выборов), чем настолько обидел правоохранителей, что они даже начали стращать местные СМИ, чтобы те не писали о заявлении Бойко. Мол, должен уже сидеть в спецприёмнике, а не в мэры выдвигаться.

«А что здесь происходит?» — спрашивает мужчина у сотрудника полиции. «Видите, соревнования тут, — отвечает тот и идёт к сотруднику центра «Э» в штатском. — Что делать будем? Пока никаких плакатов нет».

Полицейский, конечно, сглазил. Тут же девятнадцатилетний длинноволосый парень разворачивает плакат, сообщающий, что деньги на Крым, чемпионат и войну есть, а на пенсии — нет. Сотрудники полиции подходят к нему, снимают на камеру паспорт и оставляют в покое. Однако тут же рядом с ним девушка разворачивает плакат «Путин — беда России», с ней полицейские проделывают то же самое, но она никуда не собирается уходить. Люди на митинге начинают аплодировать и кричать «Путин — вор». Постепенно по площади расходится слух, что организатор Сергей Бойко задержан. Судя по трансляции, он едет в машине с сотрудниками центра «Э» и мило с ними беседует.

Появляется человек с мегафоном и призывает идти к театру «Красный факел». Его пытается схватить полиция. «Это законно! Федеральный закон почитай!» — истошно кричит на сотрудника стоящий рядом мужчина. «Полиция с народом!» — скандирует толпа. В руках у людей начинают появляться плакаты и триколоры.

После нескольких неудачных попыток впятером остановить двухтысячную колонну, самому высокопоставленному из полицейских отрывают погон. Теперь правоохранители просто идут рядом с теми, кто кричит «Путин — вор», а потом ещё почему-то вспоминают, что «Локоть — трус». В результате до «Красного факела» не доходят, останавливаются на полпути и, немного покричав про пенсии и Путина, решают идти к ОВД, где должен находиться Бойко.

По ходу движения колонны полицейские пытались записывать номера тех машин, водители которых откликались на призыв «Побибикай, если с нами».

Колонна переходила дороги по правилам, и лишь к концу шествия сотрудники ГИБДД решили частично их перекрыть. Однако оказалось, что это не признание акции, а начало конца. Когда шествие почти дошло до ОВД, на дороге появились машины ОМОНа, из которых резво выбежали бойцы в касках и перекрыли путь колонне.

Я отвернусь от тебя, понял? Не хочу твою рожу видеть. Ты — собака!

Я проскочил буквально под мышкой омоновца и врезался в ошарашенных пожилых женщин, идущих с авоськами с рынка. «Это что?» — спросили они. «Митинг против повышения пенсионного возраста». «Навальный? — спросила одна и, получив, утвердительный ответ, резюмировала. — Блядота. Ельцин всё приватизировал, отсюда и беда». Однако когда митингующие попытались прорвать оцепление и ОМОН начал бить их дубинками, эти же пожилые женщины кричали: «Не бей его, не бей!», а одна из них огрела омоновца авоськой по спине.

Другая пожилая покупательница с рынка, впрочем, придерживалась иного мнения. «Их вообще всех разогнать надо, арестовать и убить», — говорит она чиновнику мэрии Сергею Полянскому, который отвечает за согласование массовых акций. Он понимающе кивает и отвечает, что убивать всё-таки не надо, они же люди. «Я сама была против советской власти, и никто меня не убил», — говорит она. «А если б кто-то, как вы, стоял и говорил чиновнику горисполкома, что вас надо убить?» — спрашиваю я. «Я учителем работала, хорошим учителем была. Никто бы не посмел».

Это, пожалуй, самая массовая несогласованная акция за последние несколько лет в Новосибирске и первое появление ОМОНа за три года. В 2015 году они оцепили несогласованную Монстрацию, а потом спокойно прошли с ней до конечной точки, органично вписавшись в художественную акцию.

Из-за редких встреч с ОМОНом тип коммуникации с силовиками на массовых акциях у новосибирцев до конца не определён. «Я отвернусь от тебя, понял? — говорит бойцу Росгвардии мужчина, стоя за оцеплением. — Не хочу твою рожу видеть. Ты — собака!»

Покрытые шрамами щёки омоновца опустились. Он выходит из второй линии оцепления и подходит к командиру: «Он меня собакой назвал. Что делать?» «Ты дебил? Иди встань в строй!» — резко отвечает тот. Омоновец окончательно сникает и подчиняется.

С другой стороны оцепления все тоже реагируют по-разному. Кто-то говорит росгвардейцам, что у них сердца нет, а длинноволосый мужчина пытается подарить омоновцам гвоздики. Однако это не помогает. «Два шага вперёд! Три шага вперёд!» — ОМОН переходит в наступление, освобождая пешеходный переход для клиентов рынка.

За всё время митинга ОМОН занёс в автозак восемь человек, и ещё одного — того, что дарил цветы, — проводил туда полицейский. Для Новосибирска это очень много: обычно здесь задерживают уже после акции, да и то, в основном, организаторов. То придут к тому же Сергею Бойко, то вообще явятся прямо в бар и не дадут доесть бургер организатору Монстрации Артёму Лоскутову.

Несмотря на присутствие ОМОНа, жизнь около рынка постепенно налаживается. Продавцы краденных телефонов ходят между протестующими и предлагают купить айфон, пенсионеры двинулись за покупками, а кто-то всё-таки добрался до ОВД, но Сергея Бойко к тому времени уже увезли в суд и дали 30 суток спецприёмника.

В ста метрах от эпицентра нет уже ни ОМОНа, ни испуганных глаз кондукторши в окне трамвая, который стоял за оцеплением вместе с митингующими. Обычное воскресенье в Новосибирске: все разъехались по дачам, пауэрлифтеры разошлись по залам, а двое полицейских — судя по бронежилетам, из оцепления митинга — тащат вверх по лестнице к выходу из метро обмочившегося бомжа.

Поздним вечером в ТАСС соберётся пресс-конференция, на которой «Единая Россия» со всей Сибири будет рассказывать о своих успехах на выборах, тактично игнорируя те регионы, где случился второй тур. А в редакциях и барах журналисты и бывшие лидеры протеста будут пить пиво и сетовать, что митинги нынче не те.