"Он живет на пределе". Письмо от Олега Сенцова, голодающего 138 дней

Украинский режиссер Олег Сенцов, который уже 138 дней держит голодовку в российской колонии, написал письмо правозащитнице Зое Световой, выдержки из которого она опубликовала на своей странице в Фейсбуке. В нем Сенцов благодарит всех, кто поддерживает его и других украинских политзаключенных, "несмотря на этот затянувшийся бесконечный марафон". "Верю в хороший исход всей этой истории, несмотря ни на что. Ничто не бывает вечным, даже плохое!" – написал Сенцов.

Он осужден в России на 20 лет по обвинению в подготовке терактов в аннексированном Крыму. Свою вину Олег Сенцов не признаёт. 14 мая он объявил голодовку с требованием освободить из российских тюрем всех украинских политзаключенных. Сенцов неоднократно заявлял, что будет держать ее "до конца". С требованием немедленно освободить Сенцова в последние месяцы выступили более ста деятелей мировой культуры, правозащитники и лидеры стран Запада.

24 сентября Олег Сенцов стал почетным гражданином Парижа. Его кандидатуру предложила мэр французской столицы Анна Идальго. "Париж всегда был на стороне защитников свободы. Олег Сенцов должен быть освобожден", – заявила мэр города. Почетными гражданами Парижа являются 17 человек. Звание присваивается за "борьбу за демократию, уважение прав человека и свободы".

О своей переписке с Олегом Сенцовым и перспективах его освобождения Радио Свобода рассказала правозащитница и журналист Зоя Светова:

Олег просит поблагодарить всех, кто продолжает поддерживать его и украинских политзаключенных

– Я опубликовала выдержку из его письма. И сделала я это ровно для того, чтобы еще раз напомнить о ситуации с Олегом, о том, что он голодает уже почти 140 дней и что его требования не выполнены. Ни один украинский политзаключенный не освобожден, не обменян на российских заключенных, которые содержатся в Украине. Вот ровно для этого и я опубликовала отрывок. И еще я это сделала потому, что Олег в этом письме просит поблагодарить всех, кто продолжает поддерживать его и украинских политзаключенных.

– Что вы можете сказать о настроении Олега Сенцова, прочитав его письмо полностью?

– Очень трудно сказать, на самом деле, какое реально настроение у Олега, какое у него состояние здоровья, самочувствие. Потому что в письме пишет очень позитивно о том, что верит: плохое не бывает вечным, что он не сдается, верит в положительный исход этого бесконечного марафона, который затянулся, имея в виду свою голодовку. Но ведь наравне с этим мы знаем, что он пишет письма другим людям, в частности своей двоюродной сестре Наталье Каплан, и в нем чуть ли не завещание ей прислал.

Он очень сильный духом человек. Когда я была у него в колонии, он говорил, что у него не бывает депрессий

В письме, которое он прислал мне, он говорит, что его самочувствие и настроение меняются в зависимости от погоды, он стал очень метеозависимым. Бывают такие дни, когда он просто лежит и даже не может ни читать, ни думать, находится в тяжелом физическом состоянии. Очевидно, что он очень сильный духом человек, и когда я была у него месяц назад в колонии, он говорил о том, что у него никогда не бывает депрессий. И это, конечно, потрясающе, потому что мы знаем, что практически у всех людей когда-либо бывают депрессии, а это пишет человек, который своей жизнью жертвует ради других. Мне кажется, что Олега можно в каком-то смысле праведником назвать. Это человек, который живет сейчас ради других. Он ведь никогда не упоминал именно себя, не требовал, чтобы его освободили. Он призывает освободить других заключенных, которых называет невиновными, и тем самым требует справедливости и примирения между Россией и Украиной. Если бы обменяли украинских заключенных в России на россиян, заключенных в Украине, это было бы таким актом примирения. Но мы видим, что между нашими странами никакого примирения нет, а напротив, продолжается вражда, война, конфликт не угасает на всех уровнях.

–​ Тем не менее, видимость того, что переговоры по обмену ведутся, есть. Уполномоченные по правам человека в России и в Украине вроде бы пытались что-то делать по этому поводу. Как вы расцениваете перспективы выполнения требований Олега Сенцова?

На мой взгляд, времени остается катастрофически мало

– Если вначале, более трех месяцев назад, мы видели, что какая-то видимость переговоров есть, то сейчас, если какие-то переговоры и ведутся, то за закрытыми дверями или под ковром. Непосвященные люди об этом не знают. На мой взгляд, времени остается просто катастрофически мало. Что бы ни говорили сотрудники ФСИН наверх, в Кремль, что бы ни говорили Путину какие-то представители спецслужб о состоянии Олега Сенцова, я боюсь, что они говорят неправду. Они говорят о том, что он не умирает, что он может так еще долго продержаться, а потом мы будем его принудительно кормить, он не умрет и в конце концов свою голодовку бросит. Но это все не так, потому что его состояние здоровья таково, что он пишет письма, у него все хорошо с головой, он читает книги, занимается своим фильмом "Номера", который сейчас ставит в Украине удаленно, дает указания как режиссер. Но, тем не менее, его организм находится сейчас на грани, он живет на пределе возможностей.

–​ Что говорит ваша практика как правозащитника, сколько Олег может держаться еще?

– Проблема в том, что нет никакого опыта, в современной России ни один человек, ни один заключенный еще столько не голодал. Не было таких случаев. Поэтому никто не может сказать, что может в любой момент случиться с Олегом Сенцовым. И достаточно ли будет медицинской помощи, чтобы спасти ему жизнь.

–​ Как вам кажется, достаточно ли делают украинские власти для освобождения Сенцова?

Если бы я была президентом Порошенко, я бы каждый день звонила Путину

– Я не знаю. Я не нахожусь в Украине и не знаю, достаточно ли они делают. Единственное, я предполагаю, что, поскольку в Украине в марте будут президентские выборы и предвыборная кампания уже начинается, определяются кандидаты на этих выборах, и Олег Сенцов в данном случае является тоже вот такой разменной монетой. Вполне допускаю, что противники Порошенко делают все, чтобы Олега Сенцова не освободили при этом президенте, чтобы это ему не пошло в плюс, а наоборот, пошло в минус, что Сенцов, не дай Бог, погибнет. Но я не могу судить. Если бы я была президентом Порошенко, я бы, наверное, каждый день выступала в защиту Олега Сенцова, каждый день звонила бы Путину. Но наверное, президенты так делать не могут, – считает правозащитница Зоя Светова.

В России продолжаются акции в поддержку Олега Сенцова. 25 сентября в Санкт-Петербурге на Невском проспекте были задержаны активисты, вышедшие на одиночные пикеты с требованием обмена российских и украинских заключенных. Их доставили в 78-й отдел полиции. Активисты уверены, что задержание было незаконным. Они полагают, что правоохранительные органы получили указание задерживать под любыми предлогами даже участников одиночных пикетов.

Полиция задерживает участников пикета в Санкт-Петербурге

В Москве акции в поддержку Сенцова проводятся у администрации президента и у памятников Грибоедову на Чистых прудах и Булату Окуджаве на Арбате. С пикетами стоят участники созданной в фейсбуке группы "Сенцов. Обмен. Сегодня и ежедневно." Среди них – актриса Театра.doс Мария Чупринская, которая начала участвовать в акциях в поддержку Сенцова сразу после объявления голодовки. По ее мнению, отношение обычных прохожих в Москве к участникам пикета за это время почти не изменилось:

Ну что ты тут стоишь? Херней страдаешь! Шла бы делом занялась!

– Я могу рассказать о ситуации со своей колокольни, как я это вижу в Москве. Со стороны обычных прохожих, скорее, ситуация мало поменялась, по-прежнему много людей, которым все равно, и по-прежнему довольно много людей, которые стремятся активно заявить свой протест против того, что мы делаем. "Ну ты что тут стоишь? Херней страдаешь! Шла бы делом занялась!" – подобные реплики мы, к сожалению, очень часто слышим, стоя, например, у здания администрации президента. Что касается изменений в хорошую сторону, то людей, которые выходят на улицы Москвы и готовы поддерживать идею обмена политзаключенными и военнопленными между Россией и Украиной, стало гораздо больше по сравнению с маем, когда мы только начинали.

Людей, которым важно прийти и проявить несогласие, становится больше

Появилось это большое движение – бессрочный пикет, мы пикетируем у администрации президента ежедневно, с утра до вечера, до закрытия администрации, и у памятников Грибоедову и Окуджаве по выходным. И людей, которые приходят постоять с плакатом, кто-то пишет и приносит свой плакат, за Балуха, за Сенцова, за список Сенцова, за прекращение этого абсурда и за начало обменных процессов, таких людей стало очень много. И приходят люди как известные, так и простые, обычные люди со своими самодельными плакатиками, разного возраста, и их становится с каждым днем все больше и больше. Людей, которым важно прийти и проявить хоть как-то свое несогласие с этим положением вещей. Это очень здорово!

–​ Как вам удается совмещать участие в этом протестном движении с работой в театре? И изменилась ли ваша жизнь после того, как вы стали политическим активистом?

Моя жизнь очень сильно изменилась, многие люди из нее просто растворились и ушли

– Я не люблю словосочетание "политический активист", но это правда, что моя жизнь, начиная с мая, очень сильно изменилась. У меня стал иным круг общения, то есть люди, которые были совершенно неважными в моей жизни, как выясняется, просто растворились и ушли, а на их место пришло большое количество совершенно замечательных людей. Жизнь стала очень насыщенной хорошими людьми, и это так здорово! Мы как-то друг друга находим, поддерживаем, и наша дружба крепче.

–​ А почему какие-то люди уходили от вас? Что им в вас разонравилось?

Многие придерживаются мнения, что весь этот активизм – не более чем пиар

– Я сталкивалась с тем, что про меня писали в личку друг другу люди в социальных сетях. Мне это показывали. Конечно, далеко не всем людям моего круга близка моя позиция. Много людей, которые вроде как не пропутинские, но они, тем не менее, придерживаются той позиции, что весь этот активизм – не более чем пиар. С такой точкой зрения я сталкивалась довольно часто.

Мария Чупринская

–​ Что заставляет вас выходить на улицу, почему вы не смогли остаться равнодушной к ситуации с Олегом Сенцовым?

Я задыхаюсь от этой атмосферы, а когда что-то делаешь, становится легче

– Просто каждый день, когда я читаю новости, вижу какие-то сцены на улице, в метро, я просто понимаю, что все, мне надо срочно пойти и постоять. Я задыхаюсь от этой атмосферы, а когда ты что-то делаешь, становится немножечко легче. Тем более когда ты видишь, что ты не один, что есть такие замечательные люди, которые разделяют твои взгляды. Я не представляю, что бы я сейчас делала, если бы я сидела дома и просто читала эти новости. Мне кажется, я бы впала уже в какой-то лютый алкоголизм, не смирившись с обстоятельствами, которые нас окружают. Это ужасно! Я помню, как я училась в лицее, была подростком, и у нас были такие замечательные либеральные учителя, и если бы мне кто-то тогда рассказал про то, что Министерство культуры, Военно-историческое общество, Мединский будут ставить бюсты Сталина, я бы никогда в это не поверила. Я жила в немножко другой атмосфере, и книги, и учителя были хорошие, мы много говорили про гуманизм. И вся эта атмосфера возвращающихся чуть ли не репрессий, вся эта Россия пыточная – это вообще такой облом! Я росла и думала, что наши родители строили нам светлое социалистическое будущее, у них что-то не задалось, но мы будем сами кузнецами своего счастья. И невозможно было представить, что нам тоже придется жить при диктатуре, да еще поизощреннее, похитрее и поотвратительнее, чем то, что было раньше, – рассказала актриса, участница пикетов в поддержку Олега Сенцова Мария Чупринская.

В августе 2015 года Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону признал украинского режиссера Олега Сенцова виновным в организации террористического сообщества и приговорил его к 20 годам колонии строгого режима. По этому же делу был осужден активист Александр Кольченко, которому дали 10 лет тюрьмы. Сенцова и Кольченко обвинили в том, что весной 2014 года, вскоре после присоединения Крыма к России, они организовали поджоги офисов организации "Русская община Крыма" и "Единой России" в Симферополе. Кроме того, Сенцов и другие подозреваемые якобы готовились взорвать памятник Ленину. Сами осужденные считают дело против них политическим, а доказательства – сфальсифицированными следствием. Кроме того, Сенцов утверждал, что его после ареста избивали и пытали сотрудники ФСБ, добиваясь признательных показаний. В суде ключевой свидетель обвинения отказался от своих показаний и тоже признался, что его подвергли пыткам.

14 мая 2018 года Сенцов объявил бессрочную голодовку, требуя освобождения всех украинских политзаключенных из российских тюрем – всего 64 человек. Таким образом, Сенцов голодает уже 138-й день – это беспрецедентный случай в новейшей истории российских тюрем.

Мировая общественность неоднократно высказывала опасения по поводу здоровья Сенцова, выражала ему поддержку. В середине августа эксперты ООН призвали Россию немедленно освободить украинского режиссера. В его защиту публично высказались многие иностранные деятели культуры, а также госсекретарь США Майкл Помпео, обсудивший в конце августа положение Сенцова с главой МИД РФ Сергеем Лавровым.

Ранее сестра Сенцова, журналистка Наталья Каплан, рассказала изданию "Медуза", что состояние ее брата ухудшается. У режиссера гипоксия, от которой страдает сердце и мозг. Каплан заявила, что Сенцов "потерял надежду" и больше не верит в освобождение.