Date
Author
Александра Славина; Антон Наумлюк; Инна Аннитова
Source
Preserved copy
Original Material
«Проект» одного рыцаря
Алексей Чирний – ключевой свидетель стороны обвинения по так называемому «делу группы Сенцова». Тогда четырех крымчан осудили как террористическую группу. Но никто из них не имел никакого отношения к этой взрывчатке, кроме Алексея Чирния.
По его показаниям судили Сенцова и Кольченко. История Алексея Чирния (видео)
The code has been copied to your clipboard.width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:10:57 ЗагрузитьКто он такой?
На момент аннексии Крыма Алексею было тридцать два года. Историк по образованию, изучал древний мир и средние века. Со школы увлекался исторической реконструкцией.
«Он человек прямой: появилась идея, он ее сразу реализовывает, пускает все в ход. Он был увлеченным какими-то идеями, захватывающимся этими идеями. Восторженным, сияющим, направленным», – рассказывает Алиса Чупахина. Девушка виделась с Алексеем каждое лето на историческом фестивале.
Алексей учился в аспирантуре в Киеве, писал диссертацию на тему «Военно-политическая история Парфии». Последнее место работы – гид по крымским пещерам, но это – сезонное, а с постоянным заработком было сложно. Самое большое увлечение парня – историческая реконструкция, он принимал участие в постановочных битвах на различных фестивалях.
Массовая битва на фестивале «Генуэзский шлем», 2013 год
Он не вживался, он был рыцарем. Когда он надевал на себя одежду рыцаря – это был он настоящий Олекса Носаненко
Олекса Носаненко познакомился с Чирнием в 2008 году на одном из турниров. Ездил туда как профессиональный фотограф.
«Он не вживался, он был рыцарем. Когда он надевал на себя одежду рыцаря – это был он настоящий. У него был шатер, но рыцарь не ставит сам себе шатер, для этого есть оруженосцы. Вот и он находил себе оруженосцев, которые ставили шатер, а он въезжал, как настоящий рыцарь», – вспоминает атмосферу Олекса Носаненко.
Зимой 2014 года Алексей попадает на столичный Майдан, возвращается другим человеком, рассказывает его мама. Весной в Крыму, когда она носила бутерброды крымским беркутовцам, ее сын ходил на митинги в защиту Украины. Раньше мать считала его аполитичным и даже нетерпимым к не славянам. Пока не услышала, что крымские татары для него самые надежные друзья.
«Очень положительно начал отзываться, мол именно татары, они последовательны, а мы вот такие, что можем предать. Он считает меня предателем, я знаю», – сетует мать Алексея Анна Чирний.
Крымское сопротивление
Никита Боркин – один из тех четырех активистов крымского сопротивления, кого ФСБ так и не смогла поймать. Своих соратников на полуострове он называет крымскими партизанами.
«Всем было понятно, что украинские войска действовать почему-то не будут, не будут защищать нас, поэтому в каком-то плане мы хотели самоорганизоваться. Подавляющее большинство партизан как раз заканчивали учебу или учились в Таврическом национальном университете. То есть выставлять нас какими-то террористами, диверсантами, радикалами, мягко говоря, неуместно», – указывает Боркин.
Ему было больно, было жаль, что он теряет свой Крым Никита Боркин
Он и Чирний познакомились в соцсетях, в жизни пересекались и с другими проукраинскими крымчанами. Алексей воспринимал российских военных как захватчиков его родины, вспоминает Никита.
«Конечно, ему было больно, было жаль, что он теряет свой Крым, частичку места, где, как он говорил, каждый куст дышит историей, каждое место сакральное, святое для него», – говорит Боркин.
18 апреля 2014 года Боркин и Чирний пытались поджечь офис партии «Единая Россия». Олег Сенцов об их идее ничего не знал, он был целиком за творческий протест и отговаривал ребят от неосторожных действий, подчеркивает Никита. Олега они видели только трижды.
Ни к каким радикальным действиям, ни к каким террористическим актам Олег нас не призывал Никита Боркин
«Больше всего запомнилось в разговоре с Олегом – одну из первых он сказал вещей: если вы думаете, что вы можете кардинально что-то изменить, каким-то силовым способом или еще чем-то, советую обратить ваше внимание на случай с Pussy Riot в России. То есть, если их засудили, посадили за обычный танец собственных граждан, то что они сделают с вами? Ни к каким радикальным действиям, ни к каким террористическим актам Олег нас не призывал», – утверждает Боркин.
«Это чисто мой проект»
Молодым людям не удалось больше скоординироваться и собраться. Тогда Алексей Чирний решил действовать сам. Он обсуждал варианты сопротивления с друзьями из своего района. Все они познакомились на почве интереса к исторической реконструкции. Чирний стал разыскивать через них общего знакомого – студента-химика Александра Пирогова, чтобы тот сделал взрывчатку. О таком поиске знакомые сообщили взводному роты самообороны Андрею Добровенко, тот и привел Пирогова в ФСБ.
«Пирогов, кроме всего прочего, еще и ранее судимый, то есть уязвимая группа. И я так думаю, что Пирогову сделали предложение сотрудники ФСБ города Симферополя, от которого он не смог отказаться», – говорит адвокат Олега Сенцова Дмитрий Динзе.
По указанию ФСБ Пирогов записал все свои разговоры с Чирнием на видео.
Чирний: На вокзале намного проще… Ну по факту такое, что это уже не сожженных два офиса, а что-то намного серьезнее.
Это уже чисто теперь мой проект, как ты понимаешь Алексей Чирний
Пирогов: Для тротила нужен промежуточный инициирующий взрыватель, хотя бы в количестве ноль две гремучей ртути по весу.
Чирний: А ее нет. Нет, ну если она где-то есть, но нет денег, то деньги я достану. Это уже чисто теперь мой проект, как ты понимаешь.
Вот эта последняя фраза – зафиксированное подтверждение того, что никто из проукраинской среды, кроме Чирния, отношения к взрывчатке не имел. Пирогов на суде над Сенцовым и Кольченко тоже свидетельствовал: никого из них не знает.
Чирний тогда рассказывал Пирогову, что доверяет только ему и двум друзьям – братьям Кириллу Макарову и Андрею Чернякову. Эти двое сами предлагали объекты для подрыва.
Вот цитата из разговора Пирогова и Чирния, которая попала в материалы дела: «Кирюха предлагал линии электропередач на Севастополь, мост железнодорожный – ну тот, который непосредственно с нами рядом. Вот это то, что предлагал Кирюха».
Сами братья на суде утверждали, что все наоборот, и это Чирний навеселе предлагал всем подряд организовывать подрывы. А они в то время уже были в рядах так называемой самообороны Крыма, которая поддерживала аннексию.
Рыцарь в заточении
Он, понимаете, просил огня, вот хотелось. А еще заигрался. У него же все время были ролевые игры Анна Чирний
Мать Алексея сравнивает сына с героем песни Окуджавы – солдатом, который хотел переделать мир, но забыл, что он – бумажный.
«Был солдат бумажный, а он просил огня, огня». Вот это он, понимаете, просил огня, вот хотелось. А еще заигрался. У него же все время были ролевые игры. Он увидел в Киеве, что все безнаказанно друг в друга пуляют, а потом его мордой в асфальт и все», – вздыхает мама.
Алексея Чирния осудили на семь лет заключения. Первые девять месяцев за решеткой он провел в полной изоляции – без независимого адвоката, без поддержки родных. Пошел на сделку со следствием и дал показания о существовании террористической группы под руководством Олега Сенцова.
«На встрече 10 апреля он начал ставить задачи по поджогам и взрывам, делалось это якобы для того, чтобы дестабилизировать обстановку в Крыму и после референдума добиться выхода Крыма из состава России», – говорил Алексей Чирний на камеру ФСБ.
Только через год после ареста к Чирнию смог попасть независимый адвокат Илья Новиков. Тогда и стало известно, что Чирния пытали и все заявления он сделал под пытками. Свидетельствовать в суде Чирний все же отказался. Но разорвать соглашение со следствием и опровергнуть все предыдущие слова, как это сделал во время процесса Геннадий Афанасьев, – побоялся. В деле Сенцова Чирний остался свидетелем обвинения.
«Единственный случай когда адвокаты могут в суде занять позицию, отличную от позиции своего доверителя, это когда адвокат убежден в самооговоре... Мне было вполне очевидно, что там присутствует самооговор и оговор других людей… Алексей согласился, чтобы я заявил, что это самооговор, поскольку я так считаю, хотя он на тот момент был и сейчас очень ограничен в возможности что-то сказать от себя», – отмечает адвокат Алексея Чирния Илья Новиков.
Весь первый год Алексею не писали родные, когда мать написала впервые, он ответил ей молчанием.
«Три чистых листа, понимаете. Я вот открыла письмо, села, я, наверное, часа два сидела неподвижно», – вспоминает Анна Чирний.
Чирния несколько раз отправляли на психологическую экспертизу и один раз в психиатрическую больницу. По информации правозащитников, это было связано с мыслями о самоубийстве.
Он считал, что он настоящий герой и он выдержит, но, к сожалению, реальность немного иная Олекса Носаненко
«Он считал, что он настоящий герой и он выдержит что угодно, любые издевательства – но, к сожалению, реальность немного иная. А мы знаем, что ФСБ умеет выбивать показания те, которые им нужны. Мне кажется, что эти пытки могут выдержать единицы людей», – подчеркивает Олекса Носаненко.
За четыре с половиной года Чирния несколько раз переводили из колонии в колонию, сейчас он в Батайске Ростовской области. Через два с половиной года заключение закончится, и Алексей Чирний планирует вернуться на материковую Украину. Матери это неприятно, но отговаривать не будет, говорит: «Я его люблю любого, а выбирать за него я не могу».
Самого начала Чирний настаивал: он – гражданин Украины и даже успел написать отказ от российского паспорта.
