Original Material
Прогулка от Восстания до Летнего сада
Каждую неделю в рассылке «Бумаги» краевед Алексей Шишкин рассказывает удивительную историю одного из петербургских зданий, мимо которых мы ходим каждый день.
По мотивам этих писем «Бумага» составила гид для прогулки по центру Петербурга: от здания, где убивал «петербургский Джек-потрошитель», до жилья Анны Ахматовой мимо дома с «коммуналкой Майка» из фильма «Лето».
Чтобы прочитать истории домов полностью и каждую неделю получать письма о городских дворцах и особняках, достаточно подписаться на рассылку здесь.
Дом Каплуна
На рубеже XIX–XX веков в темно-зеленом доме с мезонином и росписями во дворе работала «Шоколадная и конфектная фабрика С. Васильева», мясная лавка Заблоцкого, аптека Наймана, парикмахерский магазин Линецкого, казенная винная лавка и пивная, домашняя еврейская молельня, меблированные комнаты «Версаль» и гостиница «Дунай». Владельцами здания были купец Абрам Каплун с сыном, тоже Абрамом.
Именно в «Дунае» произошло убийство проститутки Екатерины Герус, совершенное бывшим моряком Николаем Радкевичем — «петербургским Джеком-потрошителем», убивавшим эффектных брюнеток под девизом «Смерть красавицам!»
В советское время бывшую гостиницу преобразовали в рабочее общежитие: здесь жили ткачи и работники фабрики имени Петра Анисимова на Обводном канале, где сегодня располагается лофт «Ткачи». Теперь в доме на Лиговском находятся офисные помещения, хостел Graffiti L, кофейня Rudy’s Coffee, пекарня, аптека, парикмахерская и тату-салон.
Доходный дом Баркона
Возводить этот дом на месте старого деревянного начали в 1902 году. Собственником участка на Бассейной, 42 (сейчас — улица Некрасова) был Михаил Баркон. Уроженец мещанской семьи перебрался из Колпина в Петербург и начал торговать сеном. Дело пошло, Баркон перешел в купеческое сословие, переселился на Невский проспект и решил вложиться в доходный дом.
В 1906 году дом у Баркона выкупила Евгения Фредерикс, фрейлина и хорошая подруга императрицы Александры Федоровны — в своих письмах императрица называет Фредерикс не иначе как «милая Нини». После революции новая власть отправила «Нини» в концентрационный лагерь специального назначения для заложников-буржуа, оборудованный в бывшем Ивановском монастыре в Москве. В лагере она провела четыре года, после чего смогла покинуть страну и выехать в Финляндию.
Сразу после национализации здания в нем поселился художник Вадим Шульц, ученик Ильи Репина и член группы художников-передвижников. Шульц прожил по этому адресу до 1942 года и скончался в блокаду от истощения, похоронен на Большеохтинском кладбище.
Через 40 лет после смерти Шульца в доме провели капитальный ремонт. Фактически от оригинала остались только фасады и внутренние капитальные стены центральной лестничной башни. Всё остальное разобрали, поменяли, ликвидировали. В начале 2000-х, когда объявления о продаже недвижимости публиковались в основном в газетах и требовалось вместить все характеристики объекта в считанные буквы, такие дома описывали как «СФ с КР, ЖБ». То есть: старый фонд, прошедший капитальный ремонт, перекрытия заменены на железобетонные.
Дом с «коммуналкой Майка» из фильма «Лето»
Доходный дом Еремеева, тут жили аристократы и конструкторы оружия, а Кирилл Серебренников снимал кино про Майка Науменко и Виктора Цоя.
До революции среди жильцов роскошного здания, например, вдова графа Шувалова, урожденная графиня Александра Воронцова-Дашкова. Сосед Шуваловой — курляндский барон, генерал-майор и изобретатель русских «траншейных пушек» Михаил фон Розенберг.
Никаких шансов избежать уплотнения в 1918 году у дома Еремеева не было. Новыми жильцами стали рабочие и техническая интеллигенция. Например конструкторы ленинградских заводов и НИИ. Самая роскошная жилплощадь досталась инженеру-оружейнику Владимиру Бекаури. Когда-то Бекаури изготовил для кабинета Владимира Ленина особый невскрываемый сейф. В 1930-х обзавестись таким решил и Иосиф Сталин. Оружейник был счастлив и исполнил заказ с блеском, но глава НКВД Лаврентий Берия потребовал предоставить чертежи сейфа в секретную часть Кремля. Бекаури ответил отказом, в 1937 году его арестовали. Под давлением он «чистосердечно признался» в том, что якобы много лет шпионил на Третий Рейх и вел подрывную работу. В 1938 году Бекаури был расстрелян.
К 1990-м годам дом был не в лучшем состоянии: капитального ремонта тут не было, декор обветшал, в роскошных прежде квартирах ютились десятки семей. Начался долгий и непростой процесс расселения коммуналок. Новые собственники квартир пытались продать их, но получалось не всегда. Вот уже несколько лет в экспозиции находится квартира на третьем этаже лицевого флигеля. Она занимает больше половины этажа. Именно эта квартира исполнила в фильме «Лето» роль коммуналки, в которой обитают Майк Науменко и его жена Наташа, в гости к которым приходит юный Виктор Цой.
Дом у Литейного моста
Этот дом построен по заказу крупнейших еврейских магнатов Петербурга Лазаря Полякова и Леона Варшавского, занимавшихся железными дорогами и банковским делом. Их даже называли «русскими Ротшильдами».
Почти сразу они продали дом чете купцов Полубояриновых. Глава семьи Дмитрий Полубояринов владел крупным издательским бизнесом; после смерти Дмитрия его жена, радикальная националистка Елена Адриановна не только продолжила семейное дело, но и активно стала заниматься политикой. Она спонсировала черносотенцев, была верной спутницей основателя «Союза русского народа» Александра Дубровина и в собственной «Отечественной типографии» печатала газету «Русское знамя».
Полубояринову арестовали в 1917 году, еще до октябрьского переворота. Чрезвычайная Следственная комиссия вынесла вердикт в пользу купчихи, но из «Крестов» ее не выпустили. В 1919 году большевики расстреляли Полубояринову.
Как здание использовали в советское время, точно неизвестно. В 1990-х квартиры вернулись в частную собственность, сейчас они в основном используются для офисов и торговых представительств. Владелец одной из квартир, сегодня выставленной на продажу, несколько лет назад провел реставрацию парадной: восстановил лепнину, двери, плитку и витражные окна. Как и многие здания эпохи «высокой эклектики», то есть конца XIX века, этот дом может похвастаться роскошным внутренним убранством.
Oсобняк Бутурлиной
На протяжении веков особняк расстреливали, поджигали и перестраивали.
В начале XVIII века участок этого роскошного дома принадлежал ближайшему сподвижнику Петра I Василию Корчмину — военному, разведчику, инженеру-фортификатору. После смерти Корчмина участок несколько раз менял собственников. В 1840-х годах землю выкупила статс-дама Елизавета Михайловна Бутурлина: тогда здание перестроили в стиле елизаветинского барокко (которое к тому времени уже почти столетие как вышло из моды) — для Бутурлиной это было знаком принадлежности к старой дворянской семье. Сама Бутурлина не успела оценить изящный облик собственного особняка. Она скончалась в 1859 году за год до окончания работ.
В конце XIX века здесь размещалось посольство Австро-Венгрии. В 1914 году дипломатической миссией руководил граф Фридрих Сапари, именно он 7 августа от имени правительства Австро-Венгрии объявил войну России и уехал из Петербурга. Вскоре патриотически настроенная толпа пришла к опустевшему посольскому особняку и разгромила его. Бывшую дипмиссию подожгли. Пожарные тушили пламя лениво, в основном стараясь не допустить возгорания соседних домов.
После революции особняк превратили в жилой дом. Во время Великой Отечественной войны фасад дома фактически разрушил авиаудар — здесь проживал один из организаторов обороны Ленинграда, начальник местной ПВО Емельян Лагуткин; его восстановили, однако последние фрагменты исторических интерьеров были утеряны. Самым известным обитателем дома в советский период был шахматист Михаил Ботвинник. Сегодня дом по-прежнему жилой: большая часть здания отведена под многокомнатные квартиры.
Дом Баура. Жилой дом придворного ведомства
Здание в эпоху царствования Екатерины II для себя построил Фридрих Вильгельм Баур, военный инженер. В начале карьеры Баур полтора десятилетия воевал под знаменами Пруссии Фридриха Великого, но потом решил заняться наукой. В России он оказался по приглашению императрицы.
В России Баур проектировал крепости, каналы, порты, первую канализацию для Москвы, Большой театр для Петербурга. Сегодня самым известным его творением остается Таицкий водовод — система водоснабжения парков Царского Села, охраняемая ЮНЕСКО. Под усадьбу Баур купил участок земли у истока Фонтанки — проект гранитной набережной реки со спусками к воде, существующими до сих пор, разработал сам Баур.
После смерти инженера дом купило придворное ведомство. До 1917 года в нем жили служители императорского двора самых разных специальностей: врачи, архитекторы, дворцовые бюрократы. К последним принадлежал отец литератора Дмитрия Мережковского Сергей Иванович. Именно в доме на Фонтанке провел детство Мережковский.
В 1924 году одну из комнат превращенного в общежитие здания заняла Анна Ахматова вместе со своей подругой, первой манекенщицей Петербурга и художницей Ольгой Глебовой-Судейкиной. Подруга уехала в Париж, и Ахматова сменила место жительства, успев описать вид из окон дома Баура в «Поэме без героя».
Сегодня адрес фигурирует во всех списках неформальных достопримечательностей Петербурга. Людей привлекают «мозаичные дворы» — мозаичные полотна с середины 1980-х вместе с учениками создавал художник и педагог Владимир Лубенко, создатель студии на Фонтанке, ставшей известной как «Клуб „Вулкан“», школа Владимира Лубенко, а впоследствии — Малая Академия Искусств.
Чтобы каждую неделю получать письма с историями петербургских домов, подпишитесь на тематическую рассылку «Бумаги»