Original Material
«В головы твоих детей будут заворачивать шурупы»
Охранники депутата Делимханова, обвиняемые в крупном вымогательстве, в самый разгар суда оказались на свободе
В Замоскворецком суде Москвы идет процесс над сотрудниками МВД Чечни Саидом Ахмаевым и Лечи Болатбаевым, уроженцами Ингушетии — братьями Мовлади и Ахмедом Булгучевым и московским бизнесменом Евгением Катковым. Они обвиняются в вымогательстве в особо крупном размере, совершенном группой лиц. По версии следствия, они вымогали почти 100 миллионов рублей у бизнесмена Константина Жукова. Место вымогательства — «Президент отель» на Якиманке в Москве, известный как штаб-квартира лиц, приближенных к чеченскому руководству.
Двое из обвиняемых — Саид Ахмаев и Лечи Болатбаев — на момент совершения преступления были личными охранниками депутата Адама Делимханова (Болатбаев вдобавок еще работал у него водителем). Саид Ахмаев с начала 2000-х до 2008 года служил в РУБОП столицы и ГУБОП МВД РФ, а в ноябре 2006 года, по некоторым данным, участвовал в операции по поимке командира батальона «Горец» Мовлади Байсарова (который затем был расстрелян на Ленинском проспекте в Москве).
Глава Чечни Рамзан Кадыров посылал на имя главы Мосгорсуда Ольги Егоровой и генпрокурора Юрия Чайки гарантийные письма с просьбой не заключать Саида Ахмаева и Лечи Болатбаева под стражу и «оказать содействие в их освобождении». Столь активное сопереживание и уверенность в невиновности задержанных земляков для главы республики не в новинку: вспомним, сразу после задержания предполагаемого киллера по делу Немцова Заура Дадаева (осужден на 20 лет) Кадыров заявил о его невиновности, назвав «настоящим патриотом России, воином и мужчиной».
«Направим тебе отрезанные пальцы твоих детей»
Конфликт между бизнесменом Константином Жуковым и его некогда деловым партнером Евгением Катковым в 2016 году возник на почве разделения совместного бизнеса — издательства и турфирмы. Катков, посчитавший, что Жуков ему должен прибег к помощи знакомых. Вскоре к спору двух коммерсантов подключились сотрудники МВД Чечни и по совместительству охранники депутата Делимханова.
Катков пригласил Жукова в кафе «Воронеж» в Москве, но пришел не один, а вместе с Ахмаевым и Болатбаевым. Первый продемонстрировал Жукову пистолет и удостоверение сотрудника Следственного комитета РФ (как позже оказалось, подложное) и сообщил, что в отношении него, Жукова, СУ СК по Чеченской республике завело уголовное дело по факту совершения мошеннических действий в отношении Каткова. Далее последовало требование о передаче 2 миллионов долларов. В противном случае: «Собирайся, тебя и детей увезут в Чечню. Таких, как ты, надо убивать» (цитата по материалам дела).
Вместо Чечни, правда, Жукова повезли в «Президент-отель» на Якиманке. В баре «Аврора» на первом этаже отеля к «беседе», помимо Каткова, Ахмаева и Болатбаева, присоединились братья-ингуши Булгучевы. Ахмаев продемонстрировал Жукову папку с документами с якобы находящимися внутри материалами уголовного дела против него и предложил написать долговую расписку о том, что Жуков якобы должен Каткову 45 миллионов рублей. В противном случае (цитата по материалам дела) Ахмаев пригрозил:
«Не отдашь деньги, в твою голову и головы твоих детей будут заворачивать шурупы».
Жуков под диктовку Ахмаева расписку написал. В тот же день в том же баре «Президент-отеля» Константина обманным путем заставили написать еще одну расписку – снова на 45 миллионов рублей, плюс заявление о выходе из состава участников некогда общего с Катковым издательства. «Слушай, я тебе сейчас каску снесу!», — говорил Ахмед Булгучев, когда потерпевший пытался возразить. А Болатбаев пнул Жукова ногой по колену.
«И не вздумай убегать, иначе будем направлять тебе отрезанные пальцы твоих детей», — предупредил Ахмаев.
Потерпевшему дали несколько дней на поиск 100 миллионов рублей.
Кастеты и материалы дела по убийству Немцова
Константин Жуков отправил жену с детьми за границу, а сам отправился с заявлением на Петровку, 38. На удивление, сотрудники ГУ МВД отреагировали оперативно. Они установили скрытое наблюдение за участниками предполагаемого вымогательства и поставили их на прослушку. Из прослушки выяснилось много чего интересного. В частности, что братья Булгучевы делили шкуру еще не убитого медведя, ожидая, когда коммерсант Жуков достанет деньги.
Ахмет Булгучев (про Жукова): «<…> Лично мне он купит машину, а машина может быть «Бентли». Мовлади Булгучев: «Нормально, короче».
Но вымогатели остались без «Бентли» и комиссионных. В августе 2016 года, после почти двух месяцев оперативной разработки, они и еще около десяти человек были задержаны. Часть задержанных входили в так называемую правозащитную организацию «За справедливость», чьи сотрудники оказывали гражданам такие вот частные услуги коллекторов. В ходе обыска в офисе «правозащитной организации» на Шелепихинском шоссе сотрудники МУРа и ГСУ обнаружат около 200 долговых расписок на суммы от 50 миллионов рублей.
А дома у Ахмаева и Болатбаева нашли целый арсенал оружия (пистолеты, автомат, патроны), ножи, кинжалы, кастеты, а также десятки служебных удостоверений сотрудников полиции и Следственного комитета РФ, «Ассоциации офицеров запаса», удостоверение помощника члена Совета Федерации. Помимо этого — номерные знаки, дубинку, более 2 миллионов рублей, еще несколько долговых расписок и заявление об оказании содействия в возврате денежных средств.
И, наконец, у Саида Ахмаева нашли копию уголовного дела об убийстве Бориса Немцова (которое к тому моменту даже еще не начало слушаться судом).
Каким образом и с какой целью в руки охранника депутата Делимханова могли попасть материалы это уголовного дела — вопрос.
Вскоре пятерых задержанных отпустили за непричастностью, остальных отправили под арест. 17 августа 2016 года Тверской районный суд Москвы отправил Ахмаева, Болатбаева, Каткова и братьев Булгучевых в СИЗО, несмотря на гарантийные письма в суд Кадырова и депутатов Госдумы – уроженцев Чечни с обещаниями, что обвиняемые будут соблюдать все ограничения при изменении меры пресечения с заключения под стражу на личное поручительство.
«За время службы в органах внутренних дел Ахмаев С.С. и Болатбаев Л.Х. зарекомендовали себя с положительной стороны как грамотные, исполнительные и инициативные сотрудники», — писал Кадыров Ольге Егоровой и Юрию Чайке. Гарантийные письма на суд и прокуратуру не влияли в течение двух лет, что СКР расследовал дело. Каждый раз обвиняемым продлевали арест.
«Изнасилуем твою жену»
В ходе следствия всплыли и другие потерпевшие от рук группы. Многие свидетели, впрочем, давать показания побоялись.
Из показаний свидетеля Гордеева, у которого Ахмаев, Болатбаев и другие сначала требовали написать расписку на 5 миллионов рублей, а затем увеличили сумму в 10 раз:
«<…> Находясь в здании отеля («Президент-отеля» — Ред.), мы на одном из лифтов поднялись на 14 этаж, где проследовали к помещению, в котором располагалась сауна с бассейном. Меня посадили за стол. <…> Лица кавказской наружности в количестве 4-5 человек вышли из помещения сауны. Далее Болатбаев, который, как я понял, являлся старшим среди лиц кавказской наружности, потребовал, чтобы я написал долговую расписку на имя Мозгового М.Ю. (бывшего коллеги – Ред.), после чего в целях окончательного подавления моего сопротивления, высказал в мой адрес угрозу убийством, в случае невыполнения вышеуказанных требований и указав на бассейн, наполненный водой, сказал: «Не напишешь расписку, я лично утоплю тебя в этом бассейне». <…> Я отказался указывать данную сумму в долговой расписке, после чего кто-то из лиц кавказской наружности нанес мне со стороны спины удар рукой в область шеи. <…> После написания мною долговой расписки Болатбаев Л.Х. пригрозил, что в случае если я в течение трех дней не верну вымогателям денежные средства в сумме 50 000 000 рублей, либо обращусь в правоохранительные органы, то «мы изнасилуем твою жену, продадим твоих детей и убьем твоих родителей, понял?»
Суд
В мае 2018 года дело против группы вымогателей было передано в Замоскворецкий районный суд. И начали происходить странные вещи. То свидетели обвинения стали пропадать, то отказывались приходить в суд, то суд не предпринимал меры, чтобы обеспечить привод засекреченного свидетеля. А когда к 1 октября, в самый разгар процесса, истекали сроки ареста, прокуратура странным образом не стала выступать с ходатайством о продлении ареста, с которым выступала все два года.
Сроки истекли и обвиняемые по тяжкой статье просто вышли из СИЗО даже без всякой подписки о невыезде.
И очевидно решение в данном случае — не заявлять ходатайство — принимала не сидящая в процессе молодая прокурор Ольга Стрекалова. На всякий случай после освобождения обвиняемых ей предоставили госохрану.
10 октября фигуранты дела пришли в суд своими ногами. Вели себя раскрепощенно и уверенно. «Чего ты вопросы задаешь? Через генпрокурора будем с тобой разбираться», — так и сказал гособвинителю Стрекаловой Ахмаев. Не забывают подсудимые отпускать реплики и в сторону потерпевшего Жукова (он тоже под госохраной), напоминая, что «благодаря ему столько просидели в СИЗО».
Судья Наталья Чепрасова открыто демонстрирует недовольство участниками процесса, пререкается с потерпевшим, и одновременно благодушно разговаривает с подсудимыми («Вы сегодня выспались?»). Нечасто видишь такое в суде.
«Мы журналистов не вызывали», — сказала перед заседанием корреспонденту «Новой» одна из родственниц подсудимых. — Мест в зале нет!» Места были, но СМИ действительно на этот процесс почему-то не ходят. Они даже о нем не знают. Некоторые защитники объяснили, что огласка им и невыгодна. Но настаивают: их подзащитные невиновны, а уголовное дело – это провокация силовиков, которые, очевидно, копали под вышестоящих лиц, то есть под Делимханова.
Позиция самих подсудимых: они ничего ни у кого не вымогали, просто помогали Каткову в рамках закона решать вопрос с возвратом долга.
Как ожидается, в конце октября в процессе состоятся прения, а до нового года будет вынесен приговор.