Как провалилась идея референдума против повышения пенсионного возраста

Право — бессмысленная бумажка, если нет общественной

и политической силы, способной подкрепить это право

Владимир Ленин

Центризбирком России 17 октября отказал в регистрации единой федеральной инициативной группе по проведению референдума по повышению пенсионного возраста, состоящей из объединившихся региональных групп, и прекратил все процедуры инициирования референдума.

По закону к 17 октября для регистрации единой федеральной инициативной группы нужны подписи представителей 43 региональных инициативных групп под документом с единым вопросом референдума. У единой федеральной инициативной группы, где преобладали представители КПРФ и «Справедливой России», было лишь 13 таких подписей. В конце сентября представители групп, провели собрание в Москве, где одобрили единый вопрос референдума из пяти первоначальных вариантов. Однако при необходимом минимуме в 43 приехали представители лишь 13 региональных подгрупп, зарегистрированных в 68 регионах.

Где же были остальные?

Из числа представителей альтернативных КПРФ и «Справедливой России» подгрупп (всего их 60) присутствовали только представители Нижегородской, Воронежской и Оренбургской областей. По словам секретаря заседания федеральной инициативной группы, первого секретаря Алтайского крайкома КПРФ Марии Прусаковой, приглашены были уполномоченные всех региональных подгрупп. «Создатели большинства подгрупп даже не думали, что им придется дальше что-то делать».

Почему же большинство региональных групп ничем не занимались?

Вот пример инициативной группы референдума по пенсионной реформы в Марий Эл. Раньше инициативной группы коммунистов была образована инициативная группа неизвестной группы общественников — бюджетников, работников сельских, поселковых и городских администраций, учреждений культуры и профсоюзных ячеек. По закону такая инициативная группа в регионе может быть только одна, поэтому инициативную группу коммунистов не зарегистрировали. Разумеется, зарегистрированная инициативная группа палец о палец не ударила, чтобы способствовать всероссийскому референдуму, поскольку ее члены были в этом референдуме на самом деле не заинтересованы. Подобная ситуация повторилась в большинстве регионов. Подозреваю, что инструкция создавать такие псевдогруппы референдума была спущена из Кремля с понятной целью.

Вот только инициаторы референдума об отмене повышения пенсионного возраста во главе с КПРФ и СР ничего не сделали, чтобы избежать срыва референдума. У этих партий были юристы, которые обязаны были предвидеть такое развитие событий. Поэтому региональные инициативные группы КПРФ и СР Должны были начать свои собрания в следующую секунду после того, так 17 августа ЦИК запустил процедуру референдума. Поэтому еще до этой даты партии должны были подготовить актив этих групп.

Ничего этого сделано не было. Почему?

Подозреваю, потому, что руководство КПРФ и СР прогнулось под Кремль и в глубине души никакого референдума не хотела. Но лицо перед избирателями сохранить надо, и поэтому была выдвинута такая инициатива, но в решающий момент допущено сознательное бездействие.

Сразу после решения ЦИКа 17 октября можно инициировать новый референдум по тому же вопросу, но один из инициаторов справоросс Илья Свиридов считает это «бессмысленным».

Почти все партийные деятели системной оппозиции по этому вопросу молчат. Не исключаю, что КПРФ устроит какой-нибудь «Народный референдум» по пенсионной реформе, не имеющий никакого юридического значения, но о результатах которого вожди партии будут постоянно говорить — вот так мы боремся с реформой! Новой попытки провести законный референдум (между прочим, в связи с тем, что повышение пенсионного возраста уже стало законом, вопрос референдума все равно пришлось бы менять) никто предпринимать не будет, однако все будут постоянно припоминать Кремлю срыв настоящего референдума, не упоминая, разумеется, своей роли в этом срыве.

На деле же все уже смирились, что пенсионный возраст повышен. События в связи с принятием этого закона в очередной раз показали зависимость системной оппозиции от Кремля, слабость организационных ресурсов и непопулярность в народе сторонников Навального и т. п., которые ничего не смогли сделать для противодействия этому закону. Но главное — мы увидели глубочайшую инертность большинства населения России, которое станет после реформы жить беднее. Опросы зафиксировали крайнюю непопулярность реформы. Но эта непопулярность не сподвигла большинство населения на активные действия — митинги, забастовки (к последним даже никто не призывал — к слову, почему?), остракизму сторонников реформы среди бюджетников и региональных депутатов, которые по своей работе вынуждены общаться с народом, или тех же бюджетников — членов псевдогрупп референдума, о которых писалось выше. Мнение людей против реформы проявилось только в результатах меньшей части региональных выборов сентября 2018 года, пришедших к власти некоторых системных оппозиционеров (в большинстве регионов «Единая Россия» победила как ни в чем не бывало). Даже если эти оппозиционеры хотели бы отменить пенсионную реформу (а мы видели, что на деле они этого не хотят), на региональном уровне для этого нет полномочий.

При пассивности большинства населения власти было легко сорвать референдум, даже если бы КПРФ проявила больше энергии в его реализации.