Как работает Интерпол? И почему многие страны так боялись, что главой этой структуры станет россиянин?

21 ноября генерал-майор МВД России Александр Прокопчук проиграл выборы президента Интерпола корейцу Ким Чен Яну. До голосования во многих странах говорили, что этот пост ни в коем случае не должен достаться человеку из России. Американские сенаторы написали, что возможное избрание Прокопчука «сродни идее поставить лису во главе курятника». Члены парламента Великобритании заявили, что российский генерал на посту президента Интерпола — это «убийца во главе расследований про попытки убийств». Министерства внутренних дел Украины и Литвы пригрозили, что их страны в случае избрания россиянина выйдут из Интерпола. «Медуза» объясняет, чем занимается Интерпол, и почему вокруг выборов президента этой структуры столько споров и обсуждений.

Интерпол — это полиция, которая занимаются расследованием международных преступлений, да?

Официальное полное название — Международная организация криминальной полиции. Но это не совсем полиция. Эта структура не занимается расследованиями, и там нет своих агентов, которые могли бы применить к кому-то силу (а тем более — оружие). У Интерпола есть «группы реагирования», но это не спецназ, а инструкторы, которые при необходимости помогают полицейским из разных стран — например, если там все очень плохо с преступностью или готовится масштабное мероприятие и надо обеспечить его безопасность.

По сути, главная функция Интерпола — составление и поддержка разных баз данных, которыми могут пользоваться правоохранительные органы по всему миру. У Интерпола есть базы преступников, украденных и фальшивых документов, отпечатков пальцев, ДНК, угнанных автомобилей, похищенных предметов искусства и оружия.

Интерпол — международная организация, в которую входят 192 страны, то есть почти все государства мира. Проще перечислить остальные — это Северная Корея, Туркменистан, Таджикистан, Бутан, Кирибати, Микронезия, Палау, Самоа, Сан Марино, Соломоновы острова, Тувалу, Вануату и Ватикан.

В каждой стране свое отделение Интерпола?

Да. Но нужно понимать, что национальные бюро Интерпола подчиняются законам своей страны и работают в связке с местными правоохранительными органами. Часто бывает, что отделение Интерпола — это просто отдел полиции по международным связям.

А что значит, когда Интерпол объявляет кого-то в розыск?

Допустим, какой-то человек совершил опасное преступление и сбежал за границу. Тогда национальное бюро Интерпола может выпустить «красный» циркуляр (его часто называют международным ордером на арест). Данные о подозреваемом появятся в соответствующей базе, и это означает, что власти стран-членов Интерпола обязуются арестовать этого человека, если задержат его на своей территории.

Есть циркуляры и других «цветов» — например, они могут означать, что человек представляет опасность, но поводов для его немедленного ареста нет. Есть отдельный циркуляр для поиска пропавших.

Задержанных по циркуляру Интерпола сдают в какой-то международный суд?

Нет. После того, как человека задерживают в какой-нибудь стране, местный суд решает вопрос о его выдаче тому государству, которое выпустило циркуляр. Генерал Александр Прокопчук, возглавлявший в 2016 году Национальное бюро Интерпола, сообщал тогда, что за пять лет России выдали 900 подозреваемых. Среди них были фигуранты нескольких громких дел. Так, ОАЭ в 2015 году выдали России главу «уралмашевской» преступной группировки Александра Куковякина, а Израиль в 2016 году — обвиняемого в педофилии священника Глеба Грозовского.

Вокруг выборов президента Интерпола много шума. У него широкие полномочия?

Нет, президент Интерпола — скорее представительская должность. По конституции организации (да, есть и такая) президент председательствует в исполнительном комитете. Кроме него в комитете заседают два вице-президента и девять членов (все из разных стран; их избирает Генеральная ассамблея организации). Комитет собирается раз в год, чтобы обсудить стратегию работы Интерпола.

В ежедневном режиме организацией руководит генеральный секретарь (сейчас этот пост занимает немец Юрген Сток). Секретариат публикует все исполнительные документы Интерпола, проверяет (и, если нужно, отменяет) циркуляры, формирует все базы данных и непосредственно взаимодействует с национальными бюро.

Тогда почему о выборах президента столько писали? Все из-за кандидата из России?

Во-первых, об этом много писали из-за того, каким образом закончилась карьера прежнего президента Интерпола. Гражданин Китая Мэн Хунвей 25 сентября приехал на родину с официальными визитом и пропал. Через пару недель он прислал в штаб-квартиру организации в Лионе письмо с просьбой отправить его в отставку. Мэн Хунвея, который одновременно занимал пост замминистра общественной безопасности Китая, обвинили в коррупции. Интерпол заявил, что не вправе расследовать исчезновение Мэн Хунвея.

Во-вторых, да — дело в кандидате из России. На Западе у России сложилась репутация государства, способного манипулировать международной полицейской системой. Правозащитники и журналисты называли Россию в числе стран, которые с помощью циркуляров Интерпола пытаются преследовать диссидентов и иностранных «противников режима». Это признал и сам Интерпол — несколько раз он отвергал «красный» циркуляр, в котором Россия требовала арестовать главу Hermitage Capital Management Уильяма Браудера. По мнению чиновников организации, циркуляр нарушал конституцию Интерпола — она прямо запрещает аресты и прочее преследование по политическим основаниям.

В мае этого года Браудер был задержан в Испании безо всякого циркуляра. Как выяснилось, Россия воспользовалась лазейкой в процедурах Интерпола, самостоятельно выпустив так называемую «рассылку» (diffusion). «Рассылка» попадает напрямую и без предварительной проверки в базу обмена данными между национальными бюро. В отличие от циркуляров, «рассылки» не попадают в публичную базу разыскиваемых. Интерпол утверждает, что организация проверяет все такие рассылки постфактум. Однако, учитывая их количество (22 тысячи ежегодно), в этом есть сомнения, и случай с Браудером подтвердил, что лазейка существует. Испанский суд отказался выдать финансиста России, а «рассылка», как уверяет Интерпол, была удалена из базы.

Случай Браудера — не единственный. Испанская полиция по «рассылке» из России арестовала Петра Силаева, активиста, протестовавшего против вырубки Химкинского леса; суд и в этом случае отказал в экстрадиции.

И что, только Россия пользуется такими лазейками?

Нет, не только. К примеру, Турцию подозревают в десятках случаев политического преследования людей с помощью Интерпола. В 2017 году канцлер Германии Ангела Меркель обвиняла турецкие власти в «злоупотреблениями» механизмами Интерпола из-за ареста на территории Испании писателя Догана Аханли, гражданина Германии турецкого происхождения. В политическом преследовании обвиняли и саму Испанию, которая требовала выдать ей бывшего главу Каталонии Карлеса Пучдемона.

Я попал в базу Интерпола. Что делать?

Как пишет международная организация «За справедливый суд», если у человека есть подозрение, что он мог оказаться в международном розыске, ему следует проверить публичную базу Интерпола. Но следует помнить, что туда попадают только «красные» циркуляры, да и то не все; о том, не выпущена ли на человека «рассылка», по базе узнать не получится. Можно попробовать узнать все подробности обвинений непосредственно в Интерполе. Для этого надо написать запрос в комиссию по контролю за документами организации.

Если есть вероятность, что «красный» циркуляр или «рассылка» попали в базы Интерпола, разыскиваемому следует воздержаться от пересечения государственных границ — в большинстве стран-членов пограничники проверяют документы прибывших по базам Интерпола. В некоторых странах о подозреваемом могут сообщить сотрудники гостиниц, которых обязывают проверять клиентов по публичной базе разыскиваемых.

Есть шанс добиться удаления дела из баз Интерпола. Самый простой случай — если есть возможность доказать, что дело политически мотивировано. При этом наличие в деле криминальной статьи не обязательно приведет к отказу: достаточно будет уверить Интерпол в том, что доля политической составляющей дела больше, чем криминальной.

Второй способ добиться удаления дела из баз — доказать Интерполу, что в стране, требующей выдачи, нарушаются базовые права человека. Например, сослаться на документы комитета ООН против пыток.

Дмитрий Кузнец