Мы вам что-нибудь смягчим

Президент предложил облегчить «предпринимательские» статьи УК

В Госдуму поступил проект поправок в УК, снова несущий поблажки бизнесу. Автором законодательной инициативы стал президент Владимир Путин. Одно из предложенных нововведений — изменение ст. 76.1 УК («Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности»), которое предлагает прекращение уголовных дел по незначительным экономическим преступлениям с условием, что обвиняемый полностью возместил причиненный вред.

На данный момент в этой статье уже обозначены налоговые преступления, и законопроект предлагает дополнить их большой частью «мошеннических» дел. Речь идет о самых мягких составах статей 159.1–159.6, которые устанавливают ответственность за мошенничество с кредитами и страховками, а также за махинации с использованием электронных платежных систем и компьютерной информации. Изменения коснутся и ответственности за мошенничество в сфере предпринимательства, сейчас описанной в ч. 5–7 ст. 159 УК. Наказание будет мягче за некоторые случаи растраты (ч. 1 ст. 160 УК) и причинение имущественного ущерба путем обмана (ч. 1 ст. 165 УК).

В пояснительной записке указано, что проект направлен на «дальнейшее формирование благоприятного делового климата в стране, сокращение рисков ведения предпринимательской деятельности, а также на создание дополнительных гарантий защиты предпринимателей от необоснованного уголовного преследования».

Звучит все замечательно. Но вряд ли что-то изменится. За «смягченные» преступления, о которых идет речь в поправках, и до этого не сажали (либо штраф, либо исправработы). Потому что большим «спросом» у силовиков пользуется любимая ч. 4 ст. 159 УК («Мошенничество в особо крупном размере» — размер же или группу лиц по предварительному сговору «нарисовать» всегда возможно).

И ее как раз никакие изменения не затрагивают. А статья — «резиновая», и заводились по ней тысячи уголовных дел. И будут заводиться.

Потому СИЗО как были переполнены закошмаренными коммерсантами, не пожелавшими платить за «крышу» или не захотевшими, чтобы их бизнес отжали, так и будут ими наполняться.

«Это очередное коррупционное поле деятельности. Просто расширили кормовую базу для силовиков», — полагает адвокат Мария Серновец.

«Это не смягчение, а имитация смягчения, — говорит краснодарский адвокат Михаил Беньяш. — Властям для реальной гуманизации нужно запретить сажать людей по экономическим статьям. Все. Когда мы, адвокаты, в судах говорим: «Как же так, вы закрываете людей по предпринимательской деятельности», следствие, прокуроры и судьи в ответ: «Это не предпринимательская деятельность». Трактуют, как им удобно».

Многие юристы сходятся во мнении: лучше, если бы президент вместе с членами ОНК хоть раз посетил СИЗО, переполненные «экономическими».

Или посетил какой-нибудь Тверской или Басманный суд в Москве и собственным глазами увидел, как выносятся однотипные решения об арестах предпринимателей при всем разнообразии альтернативных мер пресечения.

Да, в сфере бизнеса люди не ангелы, и иногда они действительно совершают преступления. Вопрос лишь в том, чтобы они получали то наказание, которое прописано в законе, а не то, которое придумали для них следствие и суд.

Уклониться от смягчающих поправок силовикам несложно. Чтобы «закрыть» предпринимателей, к предъявленным экономическим статьям достаточно добавить «тяжелую» 210 статью УК («Организация преступного сообщества»).

Что же касается огромных сумм ущерба, то зачастую фантазия следствия в этом вопросе безразмерна.

«Например, по делам, связанным с хищениями в ходе строительства и поставок услуг для госнужд, следователи сумму ущерба вообще с потолка берут, — говорит адвокат Руслан Коблев. — Больше ущерб — больше резонанс, а затем в суде выясняется, что ущерб три рубля».

В «деле ЮКОСа», как сейчас помню, в одном из эпизодов было прописано хищение более 60 триллионов долларов США. Защита и обвиняемые пытались объяснить следователям, что вообще-то это более 500 годовых бюджетов РФ и похитить столько нереально.

«Что, совсем много нулей написано?» — спросили следователи и в итоге 12 нулей решили зачеркнуть.

Адвокат Михаил Беньяш обращает внимание, что в российском законодательстве квалифицирующие размеры ущерба вообще не менялись 15 лет:

«Вот как был в 2003 году крупный ущерб в 250 тысяч рублей, так и остался в 2018 году таким же. Особо крупный ущерб был миллион рублей, спустя 15 лет остался прежним. Представляете, что за это время инфляция сделала с этими суммами? Реально полстраны можно пересажать. У нас Первый изолятор в Краснодаре забит коммерсантами. На любые гражданские правоотношения можно «натянуть» мошенничество и отправить человека в тюрьму даже за «крупный ущерб» в 250 тысяч рублей. Поэтому надо менять квалифицирующий размер ущерба, увеличивать его».

Второе нововведение от президента — ужесточение требований к изъятию силовиками электронных носителей информации. Поправки запрещают это действие без решения суда. Но и тут есть оговорки: если следствие придет к мнению, что есть риск использования техники «для продолжения криминальной деятельности» или на технике есть информация, которую владелец не имеет права хранить, то можно все и без суда. Как думаете, к какому мнению придет следствие?