Бездействие без действия

В уголовном деле белорусских журналистов осталась одна обвиняемая

Если честно, то прямо с самого 7 августа, когда все это началось, казалось, будто вот сейчас, немедленно, все и закончится. Выйдут откуда-нибудь из следственных коридоров клоуны с шариками и разом завопят «сюрпрайззз!». Не вышли. Или, в крайнем случае, выступит глава следственного комитета и скажет, что с журналистами ошибочка вышла. Не выступил. И уголовное дело в отношении 15 белорусских журналистов спустя четыре месяца закончилось лишь для некоторых, да и то не без потерь. А главному редактору портала tut.by Марине Золотовой и вовсе грозит 5 лет лишения свободы.

Напомню хронологию этого уголовного дела. Все началось 7 августа с прихода следователей и ОМОНа в редакции портала tut.by и информационного агентства БелаПАН. Пришедшие объявили об уголовном деле в связи с несанкционированным доступом к компьютерной информации, совершенном из «иной личной заинтересованности, повлекшем причинение существенного вреда» (ч. 2 ст. 349 УК Беларуси), и начали обыски.

Потом они пришли с тем же в редакцию газеты «Культура», в офис портала о недвижимости realt.by и домой к обозревателю Deutche Welle Павлу Быковскому. Семерых журналистов задержали в качестве подозреваемых, еще восьмерых отпустили после допросов. Поводом для возбуждения уголовного дела стало, как заявили в СК, заявление генерального директора государственного информационного агентства БелТА Ирины Акулович о сбоях при осуществлении доступа к платной подписке: люди, заплатившие за нее, не могут подключиться из-за несанкционированного доступа неизвестных злоумышленников.

Спустя два дня всех задержанных освободили, предъявив официальные обвинения по той самой части 2 статьи 349. Максимальное наказание по этой статье — два года лишения свободы. А вот главному редактору tut.by Марине Золотовой обвинение предъявили по части 2 статьи 425 — «бездействие должностного лица». Максимальное наказание — 5 лет лишения свободы. Правда, следственный комитет выпустил пресс-релиз, где объявил, что Золотова признала вину и активно сотрудничает со следствием, благодаря чему принято решение о неприменении к ней меры пресечения в виде содержания под стражей.

А потом все ждали, когда же это уголовное дело «спустят на тормозах». Других вариантов просто не было. Тем более когда стало понятно, зачем все это затевалось: в середине сентября журналист tut.by Дмитрий Бобрик на своей странице в фейсбуке признался, что его завербовали еще 7 августа. Бобрика, как и остальных, привезли на допрос и начали шантажировать. Не следственный комитет, разумеется, — совсем другой комитет. И Дмитрий подписал бумагу о сотрудничестве. Пазл начал складываться.

Арестуй пяток журналистов — парочка из них непременно согласится сотрудничать. Дальше все должно было тихо заглохнуть — явно не для последующего суда возбуждали это уголовное дело.

Но оно все не глохло. Три месяца журналистов вызывали на допросы в СК и в милицию на дактилоскопию, транслировали по белорусскому телевидению записи «прослушки», предъявляли окончательные обвинения и суммы ущерба. Официальный представитель СК Юлия Гончарова говорила, что судов не избежать, поскольку уголовные дела по статье 349 находятся в сфере публичного обвинения и не подлежат прекращению в связи с примирением сторон. И когда стало ясно, что суды все-таки будут, все вдруг завертелось в обратном направлении.

В конце ноября всех журналистов, обвиняемых по статье 349 в связи с «делом БелТА», внезапно перевели в свидетели. Вернее, уголовные дела переквалифицировали на административные, получили квитанции об оплате административных штрафов (350 долларов) — и милости просим уже не на скамью подсудимых, а на скамеечку в коридоре в ожидании вызова свидетеля. Но суд все-таки будет. Над одним человеком — над Мариной Золотовой.

Она осталась единственной обвиняемой по делу. Причем обвиняемой не в несанкционированном доступе к компьютерной информации, а в бездействии должностного лица. Ходатайство о прекращении уголовного преследования, которое Марина подавала в СК, осталось без удовлетворения. Об этом ей устно сообщил следователь. Значит, суд состоится при любой погоде.

Интересно, как будет выглядеть этот суд. Если есть преступное бездействие, то должно быть и преступное действие. Почти закон Ньютона, только по-белорусски: действие рождает бездействие.

Но если преступных действий не было, как постановил СК, тогда за что будут судить Марину Золотову? Впрочем, об этом мы скоро узнаем. А может быть, в действительности это будет месть за то, что не подписала бумагу о сотрудничестве с другим, не следственным, комитетом? Впрочем, об этом мы никогда не узнаем.