Жизнь в "зоне техногенной катастрофы"

На стыке хребтов Северо-Восточного Алтая, Саян и Кузнецкого Алатау, вдали от цивилизации две тысячи лет живет малочисленный народ – шорцы. Потомки тюркских кочевников, они всю жизнь промышляют охотой, рыбалкой, собирательством кедровых шишек и других природных богатств. Однако жить по законам предков сегодня шорцы могут только высоко в горах, на равнине их исторические территории постепенно поглощает Кузбасс. Смотрите фильм Алексея Надсадного из цикла "Неизвестная Россия".

Кузнецкий угольный бассейн – одна из самых крупных территорий во всем мире по запасам угля. В последние годы угольные разрезы прошли поперек целых исторических шорских областей.

Жизнь в Кузбассе – как на войне: то подпрыгиваешь от взрыва, то глохнешь от железного грохота самосвалов. Всего за несколько лет гонка обогащения превратила заповедные уголки в места, опасные для проживания.

Коренные малочисленные народы России защищены Конституцией и международным правом. Их культурное развитие, сохранение самобытности, защита мест обитания, промыслов и традиций входят в обязанности государства.

Но несмотря на это малый народ постоянно сокращается. Сейчас шорцев осталось всего около 12 тысяч. Исчезновением целого этноса озаботились даже в Организации Объединенных Наций.

В шахтерском райцентре Таштагол добывают руду, а еще в этих местах полно золота и других полезных ископаемых. Здесь же проживают самые многочисленные общины шорцев.

"Хочешь жить – умей вертеться"

Геннадий Тепчегешев происходит из старого шорского рода, который так и назывался – Шор. Он считает, что главное его достижение в том, что семья сохранила язык предков. "Сегодня это сложнее, чем сходить на медведя", – говорит он.

В домах у шорцев до сих пор нет электричества и отопления. В этом отношении вековые исторические традиции сохранены на 100%.

Геннадий вынужден добывать электроэнергию сам. Солнечные батареи на крыше наполняют аккумулятор, этой энергии ему хватает для бытовых нужд.

"Вот аккумулятор, преобразователь, 12 вольт вырабатывает. Свет – 220. Хочешь жить – умей вертеться", – продолжает Геннадий.

В тайге Геннадий сам себе и власть, и электрик, и пекарь. В закромах отцовского дома – как в музее. Орудия труда предков-шорцев работают до сих пор.

В начале ХХ века шорцы были обращены в христианскую веру, но всегда тайком ходили к шаманам и молились небу. Так продолжается и по сей день.

"Люди у власти не хуже, не лучше. Каждый человек ведь страну создает. Приходишь, а система тебя может на всякое вывести. Был патриотом, не понравился кому-то – и стал врагом", – рассуждает Геннадий.

Молодежь из горной Шории уезжает учиться в крупные города. "В деревне остались только старики. Молодежь стала уезжать. В Питер, в Москву, хотят там, где цивилизованно", – рассказывает местная жительница Клавдия Тортумашева.

"Вымирающая деревня"

"Без света плохо. Холодильников нет, телевизора нет. Вымирающая деревня у нас, все стараются уехать. А так был бы свет – деревня возродилась бы", – жалуется Тепчегешева.

Шорцы сильно переживают за свою малую родину. Чтобы отстаивать свои права, несколько активистов создали общественную организацию. Но местный силовик уже пригрозил экстремистской статьей.

Валерий Немиров, ответственный секретарь газеты "Кузнецкий рабочий", давно наблюдает, как деньги и финансовая прибыль вскружили головы многим олигархам. В погоне за сибирскими богатствами они разрушают привычную жизнь простых людей.

"Теперь они добывают 250 миллионов тонн угля, уничтожая все. Они скоро превратят Кузбасс в зону техногенной катастрофы. Сейчас у них задача – поставить 450 миллионов тонн угля в год", – говорит журналист.

Из черных от угольной выработки рек рыба ушла, нет уже в тайге и животных, на которых шорцы охотились. На промысел приходится ехать в соседнюю Тыву или Хакасию. Чтобы отстоять последнее, что осталось, шорцы стали активно выступать против экологического бедствия. Бок о бок с ними стоят и местные русские. Люди выходят на пикеты, останавливают кортеж губернатора. Их слушают, кивают, но экскаваторы свою работу не останавливают.

Белый снег возле домов шорцев теперь с угольным оттенком. Прошлый год в регионе был объявлен годом экологии, на самом деле из этого получился только красивый лозунг.

Жизнь в деревне Чувашка – как на пороховой бочке. Бывает, что трясет по нескольку раз в день. Здесь на улицах с шорскими названиями живут 200 человек. Коренных шорцев немного, а с каждым годом их становится все меньше и меньше. Из-за плохой экологии люди болеют, рано умирают, оставляя свое здоровье в шахтах.

"Я хотела бы уехать, но из-за этих угольных предприятий, из-за этой экологии я не могу продать дом. Я вынуждена здесь жить", – говорит местная жительница.