Riga Balsam — 2018. Лучшие тексты года на английском языке по версии «Медузы»

Как обычно в новогодние праздники, «Медуза» рассказывает о лучших журналистских текстах, вышедших за прошлые 12 месяцев, — тех, которые не потеряли актуальность и на которые не жалко потратить время в праздничные дни. Тексты, выходившие на русском, мы уже перечисляли — теперь обратимся к тем, что были в 2018 году опубликованы на английском: вот полтора десятка тех, что запомнились нам особенно. Про многие из них мы делали материалы с подробным пересказом — их можно использовать, если вы не очень бегло читаете по-английски.

Как в Японии берут родных и близких напрокат

Элиф Батуман, The New Yorker

Япония славится неожиданными коммерческими предложениями — но это, возможно, самое удивительное: здесь можно взять в аренду супруга, дочь или, например, подставного начальника. Родные и близкие будут вести себя как настоящие (за исключением физической близости) — делиться душевным теплом, готовить еду, рассказывать о своих делах. Начальника можно использовать, чтобы недовольный клиент отвел на нем душу. Люди, которые оказывают подобные услуги, также проводят церемониальные разводы и организуют клубы, где японские мужчины могут поплакать; все это пользуется спросом. Есть совершенно душераздирающие случаи — так, в тексте рассказывается история женщины, которая наняла своей дочке отца, чтобы ее как безотцовщину не травили в школе; с тех пор прошло 10 лет, дочери уже 20, и она до сих пор не знает, что папа ненастоящий.

Американская писательница Элиф Батуман исследовала эту странную индустрию со всех возможных сторон (разве что сама не изображала чью-нибудь жену), а ее текст — это не столько материал о диковинке, сколько многозначное и глубокое размышление о том, как вообще устроены отношения между людьми и кого мы считаем своими близкими. Тот самый случай: если вы настроены прочитать один длинный журналистский текст за прошлый год, читайте этот.

Почему война в Йемене — главная гуманитарная катастрофа современности

Роберт Ф. Уорт, The New York Times

Мы привыкли к тому, что самая жуткая война в мире сейчас идет в Сирии. На деле это, возможно, не так — в располагающемся на другой стороне Аравийского полуострова Йемене все еще хуже. Там идет гражданская война, которой не видно конца; там есть серьезная угроза массового голода; и до всего этого мало кому есть дело. Текст в The New York Times в подробностях рассказывает о масштабах катастрофы — а заодно объясняет ее причины: дело не только в религиозных разногласиях между разными исламскими фракциями, но еще и в том, что война фактически идет между Саудовской Аравией (и в значительной степени США) и Ираном. Отдельно отметим очень мощный визуальный ряд — статью в The New York Times нужно не только читать, но и смотреть.

Как Джонни Депп потерял друзей и заставил всех себя ненавидеть

Стивен Родрик, Rolling Stone

Sic transit gloria mundi: впечатляющая хроника 72 часов, проведенных с, возможно, самым известным актером мира, из которой выясняется, что у Джонни Деппа все не очень. Он плохо развелся с женой; поругался с родственниками; в Голливуде к нему много претензий; годы употребления разнообразных веществ берут свое — а еще он почти потратил все сотни миллионов долларов, заработанных за карьеру: то ли потому, что сам неразумно расходовал деньги, то ли потому, что нанял нечистоплотных менеджеров. Поучительная история про то, что богатство, слава и счастье — вовсе не синонимы.

За что погиб антарктический путешественник Генри Уорсли

Дэвид Грэнн, The New Yorker

24 января 2016 года в чилийской больнице умер Генри Уорсли — 55-летний британец, пытавшийся стать первым человеком, который в одиночку пересек Антарктиду. Великий американский журналист Дэвид Грэнн лучше всех в мире рассказывает истории удивительных людей, избравших своим призванием нечто непостижимое и недостижимое; этот текст — не исключение: как всегда, Грэнн не только блестяще излагает приключения Уорсли (читать интересно, даже когда заранее знаешь печальный финал), но и объясняет, что в голове у главного героя. Журналист обнаруживает в жизни Уорсли сюжеты и про поиск фигуры отца, и про преодоление, и про ничем не объяснимую тягу к бескрайней ледяной пустыне.

Читая этот текст сейчас, стоит помнить, что в конце 2018 года два человека попытались сделать то, что не удалось британцу, — и наконец сумели. Один из них увлекся антарктическими путешествиями благодаря Генри Уорсли.

Как и зачем людям пересаживают чужие лица

Джоанна Коннорс, The National Geographic

В 2014 году у 18-летней Кэти Стабблфилд все было настолько плохо, что она взяла охотничье ружье, пошла в ванну и выстрелила себе в лицо. Убить себя не получилось — но и физическое, и психологическое здоровье девушки было полностью разрушено: следующие три года она почти полностью провела в больницах, где врачи спасали ее голову, мозг и душу. В итоге выяснилось, что единственный способ сделать жизнь Стабблфилд хоть сколько-нибудь нормальной — пересадить ей чужое лицо: таких операций в мире пока сделано всего несколько десятков. Донором стала 31-летняя девушка, умершая от передозировки; операция длилась 31 час; теперь Кэти начинает жизнь заново — и хочет выучиться в колледже на психолога. Текст и фотографии в The National Geographic фиксируют историю потрясающего медицинского успеха во всех неуютных деталях — смотреть тяжело, но завораживает.

Как безвестная русская девушка убедила весь Нью-Йорк, что она богата и знаменита

Джессика Пресслер, New York Magazine

Красивая и общительная женщина Анна Делви жила в нью-йоркском отеле в номере, который стоил 400 долларов за ночь, дружила с богачами из Кремниевой долины, художниками и знаменитостями, ужинала в дорогих ресторанах, отдавая сотни долларов на чай, летала в частных самолетах на каникулы по всему миру и собиралась на деньги, оставленные ей богатыми родителями, открывать в Нью-Йорке огромное пространство для выставок, вечеринок и магазинов.

А потом выяснилось, что она самозванка, зовут ее Анна Сорокина — и она годами обманывала банки, отели, партнеров и друзей. Отлично построенная история обмана — несмотря на то что все раскрыто еще в заголовке, где-то на середине перестаешь верить, что девушке удался столь грандиозный подлог; тут-то все и раскрывается. Этот сюжет, вероятно, очень бы понравился покойному Тому Вулфу — потому что материал не столько про одну конкретную мошенницу, сколько про современное элитарное общество, в котором главным навыком оказывается умение изящно пускать пыль в глаза.

Как украинский мужчина притворился американским подростком

Дэниел Райли, GQ

Текст Дэвида Грэнна про француза Фредерика Бурдена, который всю жизнь притворялся бездомным подростком, а однажды даже убедил американскую семью в том, что он их пропавший сын, — один из лучших журналистских материалов прошлого десятилетия (если не видели, обязательно посмотрите снятый по его мотивам документальный фильм).

Эта история чуть менее масштабная, но более трагическая: украинец Артур Самарин приехал в маленький городок в Пенсильвании по студенческой программе обмена — и понял, что хочет остаться в США. Его новые друзья пообещали его усыновить — но только если он занизит свой возраст: так они смогут получать на него пособие. Так 19-летний украинец превратился в 14-летнего американца — и Самарин играл эту роль блестяще: стал любимцем одношкольников, успешно интересовался астрофизикой, получил предложения от хороших колледжей. А потом его раскрыли, арестовали и выслали — и теперь Самарин учится в Херсоне и видит Пенсильванию в снах. Трудно не проникнуться к герою текста сочувствием: в конце концов, он просто на свой лад преследовал ту самую американскую мечту.

Как невинного американского подростка посадили за убийство — и как удалось его освободить

Шон Патрик Купер, The Atavist Magazine

В 1990 году в маленьком городке в штате Миссури неизвестные напали на семейную пару фермеров — муж выжил, жена умерла; из дома ничего не пропало. Семья убитой вскоре начала подозревать в случившемся 16-летнего подростка — старшего сына семьи, жившей в доме напротив; его в итоге и обвинили в убийстве — и посадили, хотя улик было мало, а обвиняемый категорически отказывался признать вину. Присяжные выносили вердикт «виновен» дважды — но через десять лет за кейс взялись местные правозащитники, начали разбираться и в итоге добились отмены приговора.

Типичная американская история несправедливости, по коллизии очень похожая на сериал «Making a Murderer»: тут и безответственное поведение полицейских и прокуроров, и распря между семьями убитой и обвиняемого, и мучительно медленная работа судебной системы. Отличает этот текст несколько вещей. Во-первых, он исключительно написан — хоть таких сюжетов и много, а не оторваться. Во-вторых, тут есть хеппи-энд — невиновный в итоге выходит на свободу и кое-как пытается оставить за спиной 17 лет, проведенные в тюрьме. А в-третьих, кажется, тут нашли настоящего убийцу — но развязку этой интриги мы оставим для тех, кто прочитает материал.

Чему подростков может научить порно

Мэгги Джонс, The New York Times

Ваши дети смотрят порно — или будут это делать. Это объективный факт цифровой реальности, который, очевидно, каким-то образом влияет на сексуальное поведение людей, — правда, как именно, сказать пока трудно: данные в материале The New York Times скорее просто подтверждают и так понятные вещи (все подростки смотрят порно, даже если их родители думают иначе, — и их вкусы не слишком отличаются от вкусов взрослых).

Зато текст рассказывает про социальный эксперимент — бостонский кружок «порнограмотности», в котором ученые и активисты обсуждают с подростками из самых незащищенных слоев общества, как то, что они видят в порно, соотносится с реальностью. Важно, что это не столько лекции, сколько семинары, — и мнения учеников об анальном сексе или проституции никто не оценивает по шкале «правильно/неправильно». Другое дело, что текст не ставит вопрос, насколько вообще уместна позиция учительского авторитета, когда речь идет о сексе, — и в какой мере преподаватели все-таки навязывают ученикам свое видение проблемы; впрочем, задуматься об этом читателю ничего не мешает.

Как Пабло Эскобар превратился в туристическое направление

Джон Ли Андерсон, The New Yorker

В 1980-х колумбиец Пабло Эскобар подсадил всю Америку на кокаин и создал самый могущественный наркокартель в истории. Его обороты были сравнимы с ВВП немаленьких стран, а сам Эскобар влиял на политику своей страны — иногда через коррупцию, иногда через насилие. В начале 1990-х не без помощи США картель Эскобара разгромили.

Если вы смотрели «Narcos» (или еще несколько фильмов и сериалов об Эскобаре, вышедших в последние годы), вам наверняка хочется своими глазами увидеть Медельин, частную тюрьму-усадьбу, в которой сидел Пабло, и прочие места его боевой славы. Таких людей — тысячи, они едут в Колумбию ровно с этой целью, и их есть кому встретить: бывшие подельники и родственники Эскобара, отсидевшие в тюрьме и освободившиеся, теперь зарабатывают на том, что водят экскурсии и без всякого заметного раскаяния рассказывают о своих преступлениях. Материал об этой удивительной индустрии ставит много интересных вопросов о том, как устроена историческая память в эпоху глобального капитализма; отчасти об этом же — вышедший на Netflix сериал «Dark Tourist», но текст в The New Yorker куда более тщательный и подробный.

Почему мы до сих пор переживаем последствия кризиса 2008 года

Джон Ланчестер, London Review of Books

Обстоятельное объяснение, почему современный мир со всеми его Трампами, Терезами Мэй, антимигрантскими настроениями и правым поворотом — прямое следствие экономического кризиса 2008 года. Как считает Ланчестер, политические изменения в западном мире последних лет, по сути, реакция избирателей на то, что они сами стали беднее, а виновники краха толком не понесли никакого наказания. На «Медузе» тоже был материал про то, что мы живем в мире, где все еще чувствуются последствия катастрофы, — но в London Review of Books все более подробно. И более идеологично: конечно, это очень левый текст — но спорить с его доводами тоже может быть интересно.

Как бывший полицейский украл миллионы у «Макдоналдса»

Джефф Мейш, The Daily Beast

В российских «Макдоналдсах» «Монополия», кажется, появилась только сейчас — в Америке же фастфуд использовал игру для рекламы еще в 1990-х. И тогда же столкнулся с мошенничеством: некий «Дядя Джерри» сбагривал талоны, позволяющие выигрывать большие призы, родственникам, знакомым, членам ОПГ и случайным людям. Ларчик открывался просто — «дядей» оказался директор по безопасности компании, которая производила талоны. Впрочем, главное в этой истории не кто виноват, а выдающаяся галерея персонажей: от главного героя до жовиального итальянского мафиози и настойчивого агента ФБР. Неудивительно, что права на этот сюжет за миллион долларов купили Бен Аффлек с Мэттом Деймоном.

Как провинциальный пенсионер перехитрил лотерею

Джейсон Фэгон, Huffington Post

Джералд Селби всегда любил разгадывать загадки. Однажды, уже на пенсии, он изучал условия новой лотереи штата Мичиган — и обнаружил, что ее правила устроены так, что в определенные дни шанс выиграть больше шанса проиграть. А значит, на лотерее можно гарантированно заработать — особенно если покупать билеты оптом; особенно — если сотнями тысяч. В итоге Селби заработал своей семье и своим друзьям миллионы долларов, а когда Мичиган отменил свою лотерею, стал ездить в Массачусетс и играть там — и обнаружил, что ровно так же действуют две группы студентов из MIT.

Очень обаятельный материал — прежде всего благодаря главному герою: добродушному и бойкому американскому мужику, который любит доводить каждое дело до конца.

Если вам интересно про лотереи, есть еще неплохая история в The New York Times — она про системного администратора, который незаметно изменил программный код лотереи и благодаря этому тоже выиграл много денег (но потом, конечно, поплатился).

Почему не нужно помогать сиротским приютам в странах третьего мира

Тина Розенберг, The Guardian

Почти любая благотворительность по умолчанию кажется добрым делом — что может быть плохого в том, что западный студент или пенсионер приезжает на несколько месяцев поработать в детский дом где-нибудь в Камбодже или Шри-Ланке? Как выясняется из этого материала, много плохого: во многих бедных странах подобные приюты по сути становятся бизнес-проектами их основателей — они зарабатывают на пожертвованиях и не слишком заботятся о детях, у которых к тому же совершенно рушатся все привязанности, поскольку сердобольные зарубежные опекуны все время меняются. Да и вообще: в богатых странах количество детдомов стараются минимизировать, поскольку детям точно лучше расти в семьях, — а в бедных их количество растет. Не факт, что вся эта повестка актуальна для российского читателя, — но текст как минимум рассказывает об интересном социальном парадоксе.

Как мужа посадили за убийство жены из-за маленьких пятен на фонарике

Памела Колофф, ProPublica

Еще одна история про загадочное убийство, маленький город, разрушенную семью и вопиющую несправедливость. В октябре 1985 года в техасском городке Клифтон убили преподавательницу местной начальной школы. Ее муж — директор другой школы — в это время был на конференции в Далласе, в нескольких сотнях километров от города. Это не помешало частному детективу, нанятому братом жертвы, а потом и полиции обвинить в убийстве именно его. Основным доказательством в суде стал найденный в машине мужчины фонарик с несколькими пятнами — обвинение заявило, что это пятна крови, а специалист по пятнам крови свидетельствовал, что их паттерн говорит о том, что человек с фонариком присутствовал при убийстве.

Разумеется, мужа посадили; разумеется, он все отрицает; разумеется, через много лет нашлись активисты и журналисты, которые решили бороться с очевидной несправедливостью. (Пока ничего не получается — даже после выхода этого крайне убедительного текста и общественного внимания к этому делу судья отказал защите в том, чтобы назначить новый процесс.) Важное измерение материала — то, что он разоблачает всю американскую полицейскую науку анализа пятен крови, на основании которой тысячи людей сажают в тюрьму.

О материалах, выбранных редакцией «Медузы», рассказал Александр Горбачев

Фото в анонсе: Shutterstock.com