Как директор новосибирского планетария создал научный музей: с чего начиналось «дело Масликова»

О планах по созданию музея науки и техники при Большом новосибирском планетарии его экс-директор Сергей Масликов говорил задолго до того, как им заинтересовались следственные органы. У него и мысли не было притащить домой астрономические приборы, которые он приобретал за счет сдачи оборудования в аренду — все в музей, все детям, все в планетарий, которому он посвятил многие годы. Профессор Иркутского госуниверситета Сергей Язев рассказывает, чего добился Масликов и как начиналось его уголовное дело.

Новосибирску сильно повезло. В 2011 году, когда отмечалось 50-летие со дня полета в космос Юрия Гагарина, из федерального бюджета было выделено 200 млн рублей на строительство в городе современного планетария. Уже в феврале 2012-го он открыл двери для посетителей. Другим сибирским городам оставалось только завидовать — ничего подобного за Уралом еще не было.

Планы были еще масштабнее. Городские власти объявили, что планетарий — лишь первая очередь большого образовательного и развлекательного комплекса на Ключ-Камышенском плато, в который позднее должен был войти музей науки и техники. В последующие годы в проектах эта грандиозная площадка называлась то детский технопарк, то политехнический музей Sciberia, то региональный ресурсный центр, то просто — вторая очередь планетария.

Директором планетария назначили астронома Сергея Масликова — редкий случай, когда к руководству допустили человека, хорошо разбирающегося в вопросе. Это позволило быстро поставить учреждение на ноги. Планетарий стал изюминкой Новосибирска, поток посетителей превысил 100 тыс. в год. Сюда приглашали гостей города. На базе планетария прошли международные мероприятия — например, фестиваль полнокупольных фильмов «Кинокупол» в 2014 году и олимпиада по астрономии «Малая Медведица» для школьников в 2017-м.

Директор, прямо скажем, оказался неугомонным. Он не забывал про обещание властей развивать учреждение. Эти обещания подтверждали и новые руководители города и области. В 2015 году удалось даже пригласить министра образования и науки РФ Дмитрия Ливанова, чтобы город мог продемонстрировать свои планы и заручиться поддержкой Москвы.

уже через пару лет после открытия в планетарии не помещались все детские коллективы

Обещания звучали с самых высоких трибун, но ничего не происходило. Чтобы сдвинуть ситуацию с мертвой точки, Сергей Масликов пошел на непопулярные в коллективе меры. В 2014 году он при поддержке руководства города создал в планетарии «Научный музей», но дело по-прежнему не продвигалось. Ну, нет в регионах денег на такие глобальные проекты для детей — если решение не принимается на самом высоком уровне.

Тогда директор заявил о программе-минимум и предложил создать на территории планетария отдельный павильон площадью 1 тыс. кв. м. Такой павильон мог дать новое дыхание планетарию, в котором уже через пару лет после открытия не вмещались все детские коллективы. Для тысячи школьников, обучающихся в планетарии, имелось всего три небольших аудитории. Да и зачатки научного музея можно было разместить в новом павильоне. В 2017 году эту идею обещали рассмотреть в мэрии. Тем временем, директор упорно занимался сбором экспонатов для будущего музея.

К моменту открытия планетария в нем имелся только один, хотя и внушительный, научный экспонат — маятник Фуко на подвесе в 15 м в отдельно стоящей башне. Ряд экспонатов появился в первый год работы — на это были выделены бюджетные средства для минимального наполнения объекта. С тех пор вот уже шесть лет экскурсоводы с гордостью демонстрируют посетителям в фойе перед входом в звездный зал черную дыру, плазменный шар, турбулентный шар, большой глобус Луны.

Больше таких подарков со стороны мэрии не было. К счастью, кое-что безвозмездно передали друзья планетария, заинтересованные в его развитии. Так появились солнечные часы и арка «Галактика» на территории. Уникальный линзовый объектив диаметром 250 мм передал в планетарий Институт гидродинамики СО РАН, коллекцию метеоритов — новосибирский любитель астрономии. Большие каменные глыбы, как образцы геологических пород, привезли из карьера Борок и Искитима.

в планетарии появились реальные оптические инструменты XIX века и такие вещи, о которых не всякий слышал — гониометр, графометр, орери, не говоря уж об астролябиях

Кое-какие экспонаты придумал сам Масликов, а изготовили их новосибирские мастера, например, макеты марсохода и лунохода, модель малой планеты Новосибирск, уменьшенный макет телескопа Гершеля, а также физические экспонаты — маятники Максвелла и Ньютона. Трубофон для переговоров на расстоянии, как на подводной лодке, создали сотрудники планетария. Описания некоторых из этих экспонатов Масликов включил в свою книгу «Математика в планетарии».

Но директору и этого было мало. Хотелось иметь в планетарии не только макеты, но и настоящие научные инструменты прошлого. Их можно было приобрести у антикваров или через интернет-аукционы. Чтобы найти что-нибудь стоящее, Сергей Масликов регулярно обходил антикварные магазины и посещал воскресную тусовку антикваров в ДК имени Чкалова. Во время поездок в другие города первой целью был местный планетарий, второй — антиквары. Так в планетарии появились реальные оптические инструменты XIX века —военный бинокль, подзорная труба к кожаной оправе, и такие вещи, название которых не всякий слышал — гониометр, графометр, орери, не говоря уж об астролябиях — теперь их тут несколько.

Все это не было случайным увлечением Масликова. Он подтвердил это защитой в 2017 году кандидатской диссертации по истории астрономических инструментов. Несколько лет он занимался изучением астролябий, стал вхож во многие музеи страны: Эрмитаж, Кунсткамера, московский Музей Востока. По-видимому, сегодня он самый квалифицированный специалист по астролябиям в мире. Из забвения были выведены астролябии, пролежавшие десятки лет в запасниках этих музеев. О некоторых из них Масликов опубликовал научные работы за рубежом, не говоря уж про российские публикации, включая популярные — в журналах «Земля и Вселенная» и «Кот Шрёдингера».

Гордостью директора стал действительно редкий инструмент, приобретенный по случаю в конце 2017 года. Это астрономический универсал АУ-01 — сверхточный теодолит весом 50 кг. С его помощью прежний владелец производил геодезическую привязку стартовых сооружений космодрома «Восточный». Хозяин ушел из жизни, а наследники стали распродавать имущество. Так АУ-01 попал в планетарий, да еще в комплекте с астрономическим хронометром и целым набором запасных частей, все в исправном состоянии — за 60 тыс. рублей. По оценке московских экспертов, он стоит как минимум в два раза дороже, а через десяток лет цены ему не будет — таких приборов в России всего два.

Нет сомнения, что когда-нибудь все это украсит будущий музей науки и техники в Новосибирске. Сам директор уверен, что рано или поздно власть вспомнит о своих обещаниях — жизнь заставит это сделать. А пока экспонаты размещались где придется. Места катастрофически не хватает. Многие экспонаты по этой причине не выставлены для посетителей планетария.

Временным решением стал летний павильон в виде купола, сооруженный на территории учреждения. Всего 300 кв. м полезной площади дали новый рывок в популяризации науки. Сейчас здесь размещается «Лаборатория профессора Вольтовича» вместе с познавательными экспонатами. Жаль, что зимой здесь не поработаешь, а зимы в Сибири длинные. Как ни крути, новый павильон нужен планетарию, как воздух.

Дача — 17 кв. м в деревне Барлак, единственная потрепанная машина — 1995 года выпуска. И это портрет коррупционера?

Для некоторых покупок нужны были наличные средства, а их в муниципальном казенном учреждении не может быть по определению. Чтобы получить средства, Сергей Масликов задействовал стороннюю организацию. Когда-то, еще до того, как появилось учреждение, эта организация и была создана для помощи планетарию. Организация сдавала в аренду оборудование, востребованное в среде «киношников». «А зачем оно будет лежать без дела в перерывах между периодами его использования», — наивно думал директор. Тем более, что представители компаний, которым нужно было оборудование, буквально выпрашивали камеру, которую они больше нигде в Новосибирске найти не могли. В результате с помощью этой редкой камеры выполнено много интересных и полезных проектов. Все полученные средства директор тратил на нужды планетария. Все были довольны.

Но в один прекрасный момент деятельность директора была объявлена преступной. Сдавать оборудование в аренду он не имел права. И это действительно так. С точки зрения закона, лучше бы оно лежало вообще без движения — за это не наказывают. Так что все полученные таким образом средства стали называться взятками. Это был шок не только для Сергея Масликова, но и для всех, кто его знал. Слово «взятка» никак не вязалось с человеком, семья которого всегда вела очень скромный образ жизни. Дача — 17 кв. м в деревне Барлак, единственная потрепанная машина — 1995 года выпуска. Да что там говорить — мобильный телефон, которым пользуется директор, выпущен лет пять назад. И это портрет коррупционера?

Еще раз хочу повторить. Деньги, вырученные от сдачи в аренду оборудования, шли на нужды планетария. Это подтверждается и документами, и свидетельствами участников. Иначе непонятно, откуда взялись все эти объекты в экспозиции планетария. Но следствие, похоже, этот вопрос себе не задает.

Возможно, директор был неправ, когда не по правилам сдавал оборудование в аренду. Но что теперь делать с имуществом планетария (государственного, между прочим, предприятия), которое приобретено на полученные деньги, по версии следствия — незаконно? Существует даже страшный термин — «легализация имущества, полученного преступным путем». Это имущество находится на балансе планетария и фактически принадлежит мэрии Новосибирска. Подчеркиваю еще раз — не в личном имуществе директора, а в муниципальной собственности. Сотни тысяч посетителей планетария в течение нескольких лет могли лицезреть эти экспонаты в выставочных витринах.

Наконец, долгое расследование этого «преступления» завершено и дело передано в суд. Хочется верить, что «советский суд — самый справедливый суд в мире», и директора планетария накажут не очень строго, соразмерно «тяжести его преступления». Еще раз повторю, как в фильме «Берегись автомобиля»: он виноват, но он не виноват! Он действовал не в личных интересах. Вырученные от его деятельности средства направлялись, как у упомянутом фильме, детям — основным посетителям Большого новосибирского планетария, который становился все более интересным благодаря действиям его директора.

Остается добавить, что автор знает Масликова, теперь уже бывшего директора планетария, более десяти лет. О своих планах по созданию музея науки и техники он рассказывал задолго до того, как им заинтересовались следственные органы. О некоторых редких экспонатах он говорил с восторгом, присущим лишь очень увлеченным людям. У него и мысли не было притащить домой в личную коллекцию астрономические приборы, которые он находил и приобретал — все в музей, все в планетарий, которому он посвятил многие годы своей жизни.

Подобное, увы, может случиться со многими директорами образовательных организаций, неформально подходящими к своей работе. Почему для того, чтобы сделать хорошее дело, нужно обязательно нарушать закон — я искренне не понимаю. Похоже, что-то не в порядке с законодательством.

Сергей Язев, доктор физико-математических наук, профессор Иркутского государственного университета, директор астрономической обсерватории ИГУ, специально для Тайги.инфо