Если превратить «партнеров» в пепел

Один из итогов ушедшего года в России — массированное нарастание милитаристской риторики

Эскалация началась в 2014 году, в связи с событиями в Крыму. Тогда Дмитрий Киселев, ведущий программы «Вести недели» (телеканал «Россия 1»), заявил: «Россия — единственная страна в мире, способная превратить США в радиоактивный пепел!» В мире восприняли эти слова как очевидную угрозу — потому как считают наше телевидение рупором государства.

Выступая в телерадиоэфире на всю страну, депутат Жириновский в 2015 году предложил «накрыть» Стамбул ядерными ракетами, а в 2016-м — просто сбросить атомную бомбу на остров в Северном море: «Маленькая страна, 200 тысяч населения… Нет острова. Страны нету! Надо показать, на что способны наши ядерные силы».

Тогда же пресса сообщила: «В России появится новое поколение самолетов Судного дня. Мощь современной Российской армии ни одна страна не ставит под сомнение.

В критической ситуации на помощь придет «самолет Судного дня», который привел в ужас американских военных!»

Похоже, авторы восторженно-патриотических строк никогда не читали Библию и понятия не имеют, что Судный день — это конец света. Для всех. Вот как сказано о нем в Священном писании:

«И во всех виноградниках будет плач. Горе желающим дня Господня! Для чего вам этот день Господень? Он тьма, а не свет. И покажу знамения на небе и на земле: кровь и огонь и столпы дыма. Солнце превратится во тьму и луна в кровь».

А в нашей прессе — сплошной восторг. И полная уверенность. Не отставали и самодеятельные «аналитики» в интернете: «Ситуация для нас намного лучше, чем в 1962 году, во время Карибского кризиса.

Сейчас мы совершенно спокойно можем уничтожить и США, и Западную Европу».

Не знаем, что будет в 2019 году, но прошедший 2018-й вполне можно считать вершиной милитаристской риторики. Вот — только октябрьско-декабрьские (к Новому году) заголовки СМИ:

«В России предложили затопить США с помощью Гольфстрима», «Можно нанести удар по Нью-Йорку, Вашингтону»,«Ядерные бомбы по Йелоустону», «Россия не способна выиграть ядерную гонку, но в ее силах ликвидировать Соединенные Штаты», «Эксперт рассказал, как гарантированно уничтожить США».

Этого эксперта зовут Константин Сивков, он — заместитель президента Российской академии ракетных и артиллерийских наук по информационной политике, вице-президент Академии геополитических проблем, доктор военных наук, бывший офицер Главного оперативного управления Генерального штаба. В еженедельной газете «Военно-промышленный курьер» от 23 октября 2018 года Сивков напечатал статью о бомбардировке ядерным оружием гиперкалибра сейсмически опасных зон Америки, что вызовет цунами, землетрясения: «Например, Йеллоустоунский супервулкан, разломы Тихоокеанского побережья. Достаточно удара боеприпаса мегатонного класса, чтобы инициировать извержение.

Последствия будут катастрофичными… Такие удары гарантированно уничтожат и США как государство, и всю транснациональную элиту».

Далее резюмировал: «Такое оружие, судя по опыту СССР, заставит Запад сесть за стол переговоров, отказаться от всяких санкций и иных форм давления на Россию. Как наблюдается сегодня в отношении Северной Кореи».

То есть торговые санкции — достаточный повод для развязывания ядерной войны?

Справка из «Википедии»: «Статьи (Сивкова) публикуются экспертом практически еженедельно в газете печатным тиражом более 50 000 экземпляров. По данным Mail.ru, еще около 350 000 человек в месяц читают данные статьи на сайте www.vpk-news.ru/ более 1 миллиона раз».

Между тем в том же «Военно-промышленном курьере» (от 25 декабря 2018 года, в католическое Рождество) откликнулся, «продолжив тему», еще один эксперт, Чоро Тукембаев — статьей под названием «Цунами с прицелом на Вашингтон». Речь об использовании «природных каналов», о том, что можно с помощью ядерного заряда подорвать, обрушить в океан юго-западный склон исландского вулкана Снайфедльсёкюдль.

«Тем самым получим длинную волну в юго-западном направлении. Природный канал подобен аэродинамической трубе, на входе которой вулкан, на выходе — Вашингтон. Расстояние от вулкана Снайфедльсёкюдль до Лабрадорского шельфа — 2040 километров, до пролива Белл-Айл — 2380, чего достаточно для возбуждения суперцунами. Суперцунами обрушит на Восточное побережье 21х1012 тонн воды, что в 200 тысяч раз больше мощи Гольфстрима».

В определенной части аудитории, судя по откликам в интернете, идеи Сивкова и Тукембаева вызвали восторг, в немалой степени порожденный масштабами и картинами глобальной катастрофы. И главный объединяющий мотив: «Хотим, чтобы Америки не было!» Вслух не произносится, но в душе сидит. Коллективное бессознательное.

Тут можно задаться вопросом: «Что будет и чего не будет, если Америка исчезнет?» В практическом плане. Исчезнет гигантский научно-технический мир, лидер прогресса — от космических разработок до Apple. И нечего уже будет перенимать и покупать. Не понесем ли и мы ощутимые потери? Промышленное производство СССР существовало как натуральное хозяйство — замкнутая система. Но — мощная. Сейчас такой мощи собственного производства нет, да и Россия в той или иной степени встроена в мировую экономику. Изоляция от нее вызовет мгновенный коллапс. Например, в новом российском самолете «Суперджет» более 20% комплектующих — американского производства, а общая доля импортных деталей — 77%. И так — по многим отраслям.

Кто-нибудь когда-нибудь думал, что будет, если мы отгородимся от мира? Нет, рядовой обыватель почему-то уверен, что «у нас есть все свое».

Поэтому я сознательно остановлюсь не на глобальных аспектах, а на самой простой, обывательской повседневности. Например, вспомним 1959 год, американскую выставку в Сокольниках. Много чего там было, включая посудомоечные машины. Во время дебатов вице-президента США Никсона и первого секретаря ЦК КПСС Хрущева, названных потом «кухонными», Никсон делал упор как раз на бытовой технике: «Что мы хотим сделать — так это облегчить жизнь домохозяйкам». А глава нашего государства Хрущев парировал: «В Советском Союзе нет капиталистического отношения к женщинам», и высмеял Никсона:

«А у вас нет такой машины, которая бы клала в рот еду и ее проталкивала? Вы показываете нам много интересных вещей, но они не необходимы для жизни. От них нет пользы. Это все лишь штучки. У нас такая поговорка есть: если у вас клопы, вы должны поймать одного и залить ему в ухо кипяток».

В 1984 году, когда вполне себе расцвел черный рынок теневого импорта одежды, я увидел некий всеобъемлющий символ отсутствия и в то же время присутствия США. Мой волгоградский друг во время поездки на Мамаев курган показал большое сооружение: «Вот это и есть глушилка для «Голоса Америки». У подножия сооружения что-то делали три парня, видимо, из техников. «А персонал-то на глушилке в американских джинсах», — сказал я. В 70–80-е годы американские джинсы были мерилом всего, можно сказать, знаковой вещью — за них на черном рынке отдавали полторы месячные зарплаты.

«В том-то и маразм! — разозлился мой друг. — Делали бы мы такие джинсы — и никаких глушилок не надо!»

Здесь следует особо отметить, что тогда агрессии по отношению к Америке в широких народных массах не замечалось. Несмотря на холодную войну, на пропаганду. Ну не было почему-то! Над советской пропагандой смеялись. Сейчас состояние общества разительно изменилось. Уровень агрессии зашкаливает. Для поклонников экспертных предложений Сивкова и Тукембаева, для тех, кто внемлет и впитывает пропаганду государственного телевидения, главное, чтобы США не было вообще. Как вечного раздражителя, вечной занозы в сознании, в менталитете.

Однако помимо США есть еще и Западная Европа — с ее научно-техническим потенциалом. И если кто-то рассчитывает, что джинсов сейчас полно всяких-разных, а немецкие посудомойки «боши» получше штатовских, обойдемся без Америки, — то напрасно. Западная Европа — такая же заноза. «Пролетарская пушка стреляет туда и сюда». И «Военно-промышленный курьер» технические выкладки о цунами на Вашингтон заканчивает так: «Аналогичными свойствами обладает другой океанический волновод, ось которого от вулканического острова Ян-Майен до Амстердама составляет 2170 километров. На севере у Ян-Майена расположен стык Северо-Американской и Евразийской литосферных плит, поэтому частые подводные землетрясения увеличивают вероятность возникновения суперцунами. Густонаселенная Западная Европа особенно уязвима в силу рельефа океанического дна и тектонической активности».