Original Material
Роман о Маккиарини
Поводом к публикации сокращенного варианта рецензии немецкого научного журналиста Леонида Шнайдера на книгу «Мегагрант» Елены Кокуриной, вышедшую в 2015 году в издательстве «Бослен» и рассказывающую о приключениях Паоло Маккиарини с пластиковыми трахеями, которые стоили жизни как минимум восьми людям, послужило то, что прокуратура Швеции возобновила дело по этим операциям (о проблемах биоинженерии дыхательных путей см. интервью «Трахеи раздора»1). Как ни странно, книга, написанная в восторженном ключе (которую Леонид не советует покупать), может быть использована теперь против ее главного героя. Большая часть повествования посвящена деятельности Маккиарини в России, где он получил государственный мегагрант. На русский язык рецензию перевел Илья Ясный.
Книга начинается с предисловия, где изложена история первой трансплантации трахеи, проведенной Маккиарини в Барселоне в 2008 году пациентке по имени Клаудиа Кастильо. Она выжила несмотря на пересадку и уж точно не благодаря ей — трансплантат в итоге удалили вместе с легким. Однако случай был представлен во всем мире как история успеха, что позволило Маккиарини подвергнуть не менее десятка пациентов той же процедуре пересадки децеллюляризованной (лишенной клеточного содержимого) трупной трахеи. После чего он перешел к более смертоносному инструменту — трахее пластиковой.
В 2008 году Маккиарини исполнил этот трюк регенеративной медицины вместе со своим немецким аспирантом Филиппом Юнгеблутом и английскими сотрудниками (которые тогда работали в Бристольском университете) Энтони Холландером и ларингологом Мартином Бёрчеллом. Последний хорошо известен благодаря своим собственным сомнительным исследованиям в области регенеративной медицины трахеи и гортани.
В «Мегагранте» содержится несколько указаний на то, как Маккиарини удалось уговорить пациентку на новую, ранее не исследованную технику трансплантации. Клаудия с констрикцией левого бронха была идеальным объектом для тестирования новой технологии: молодая, без рака, а если попытка замены бронха не удастся, она потеряет всего лишь одно легкое, но не жизнь, как это вскоре произойдет с пациентами Маккиарини, которым он пересадил трахею. И, конечно, гражданка Колумбии была в Испании иностранкой в отчаянном положении, ее легко можно было контролировать. Книга представляет ее ситуацию как поворотный пункт для Маккиарини (стр. 9): «Паоло решил, что пришел час воплотить в жизнь давно вынашиваемую дерзкую идею. Донорскую трахею надо очистить от всех клеток и генетического материала, указывающих на принадлежность другому человеку, прежнему „хозяину“, оставив лишь безликий каркас. Каркас заполнить клетками Клаудии и пересадить ей ее собственный (!) орган. Он уже не раз проделывал это в лаборатории на животных». Последнее утверждение на самом деле совершенно неверно. Не было до этого никаких настоящих пересадок людям или животным. Клаудиа стала их подопытным кроликом.
Бристольский университет и нынешний работодатель Бёрчелла, Лондонский университетский колледж (UCL), до сих пор отрицают, что описанное в «Мегагранте» действительно произошло (стр. 10): «Работа над донорской трахеей — ее „обесклечивание“ и создание каркаса — происходила в Италии. Затем каркас был отправлен в Англию, в Бристоль, куда также доставили клетки, выделенные из костного мозга Клаудии, и где была выполнена обработка — „засеивание“ каркаса. Но это еще не всё: чтобы клетки прижились в своем новом „доме“, конструкцию нужно было выдержать в специальном приборе, биореакторе. Биореактор специально изготовили в Италии и тоже отправили в Бристоль». Дальше книга рассказывает, как авиакомпания отказалась везти трахею в ручной клади в Барселону и о героическом поступке Юнгеблута. Студент-медик попросил друга семьи переправить трахею в Барселону частным самолетом. Бристольский университет возместил расходы пилоту в размере 14 тыс. фунтов стерлингов2. Однако Маккиарини сказал Кокуриной, что платил из своего кармана.
Основная проблема здесь в следующем: у Бёрчелла в Бристоле была только ветеринарная лаборатория, где он оперировал свиней. Никто в своем уме не станет приносить в ветеринарную лабораторию и тем более хранить в холодильнике ткани или клетки пациентов, предназначенные для трансплантации. Бёрчелл был строго предупрежден об этом Ведомством по контролю за человеческими тканями Великобритании. Конечно, он не сообщил им о том, что тайно занимается регенерацией трахеи в своей ветеринарной лаборатории. Поэтому Бристольский университет и Лондонский университетский колледж до сих пор настаивают на том, что трахеи в Бристоле никогда не было.
Глава 1. Жадыра
Эта глава рассказывает о том, как Маккиарини привезли в Россию в 2010 году, сначала чтобы прочитать лекцию, а затем выполнить показательную пересадку трахеи молодой женщине, Жадыре Игликовой. Операция снова была объявлена успешной, а правда опять не имела значения. Жадыра умерла совсем недавно, в июне 2018 года, через месяц после того, как бывший коллега Маккиарини в Москве, Владимир Паршин, пытался спасти ее с помощью второй пересадки трахеи. Но тогда Маккиарини стал в России звездой, ему был в конце концов выдан государственный мегагрант для работы в Краснодаре, и книга рассказывает о процессе получения гранта в мельчайших деталях. Организатором мастер-класса, операции на Жадыре и получения мегагранта стал российский бизнесмен и энтузиаст борьбы со старением Михаил Батин. Батин послал Кокурину в Барселону, чтобы привлечь Маккиарини.
Официально не было других пересадок трахеи после Клаудии в 2008-м и до того, как Маккиарини переехал в Университетский госпиталь Кареджи во Флоренции в Италии в 2010 году. Только на моем сайте3 собраны свидетельства пересадок трахеи, выполненных Маккиарини в Барселоне в 2009-м, причем обe пациентки умерли. И, конечно, есть полезная книга «Мегагрант», в которой Кокурина рассказывает о своем втором визите в Барселону в 2009 году (стр. 18): «Тогда я не знала, что присутствую при историческом событии: Паоло решился на вторую трансплантацию трахеи, уже без использования культиватора или биореактора. Он начал проводить в жизнь свою концепцию о том, что лучшим биореактором является человеческий организм, который сам „направит клетки куда надо и даст им возможность развиться в нужный вид ткани». Эта пациентка с пересаженной трахеей умерла. Как ее звали, неизвестно.
Официальная версия истории Маккиарини, удобная для всех, кто в ней участвовал, состоит в том, что он решил перейти от децеллюляризованных трупных трахей к пластиковому материалу уже когда работал в Каролинском институте в 2011 году. Это, якобы, было поспешное решение под давлением коллег и начальства. Но это неправда. Маккиарини перешел на пластик по двум основным причинам: чтобы сэкономить время, деньги, сократить оформление документов, необходимых при использовании донорских органов, и потому что он видел, что его пациенты умирали после пересадки децеллюляризованных трупных трахей. В книге «Мегагрант» приводятся высказывания Маккиарини в ходе обсуждения с Кокуриной в 2009 году его идеи насчет пластиковых трансплантатов (а также работы над гортанями с Бёрчеллом) перед мастер-классом в Москве.
Глава 2. Мистер Бейен
Эта глава продолжает рассказ о том, как Маккиарини получил рабочее место в Краснодаре, включая забавные случаи в ходе банкетов. Главная тема — первая пересадка пластиковой трахеи, проведенная Маккиарини в клинике Каролинского института в Стокгольме исландскому пациенту Андемариаму Бейену в июне 2011 года. Это вылилось в еще одну публикацию в Lancet, которая сейчас отозвана из-за фальсификации. Книга «Мегагрант» — во многих случаях вихрь фантастических выдумок, например, касательно утверждения о том, что Бейену оставалось жить несколько дней (его рак на самом деле был весьма доброкачественным, и он мог получать паллиативное лечение в течение нескольких лет). В других случаях книга весьма показательна. Маккиарини организовал всё: и пластиковую трахею из UCL, и биореактор американской компании Harvard Apparatus (на которую теперь подала в суд семья одной из жертв Маккиарини). Бейену было страшно соглашаться на операцию совершенно неапробированным методом. Согласно книге, исландский врач так уговаривал его согласиться на пересадку пластиковой трахеи (стр. 66): «Ты хочешь видеть, как растут твои дети? В таком случае даже один-два года жизни — это уже счастье. А дальше — никто не может знать». После 12-часовой операции в июне 2011 года судьба Бейена была решена. Он стал пищей для «Ланцета», а затем был отправлен умирать в Исландию. Профессору Маккиарини всё это уже было неинтересно.
Глава 3: 2011. Крис
В этой главе продолжается героическая история вербовки Маккиарини в Краснодар и получения мегагранта с финансированием в 150 млн руб. Рассказывается, как профессор набирал сотрудников. Его последний вопрос к каждому кандидату был таким: «„Готовы ли вы работать 25 часов в сутки?“ — Все уверенно отвечали: „Да“. После этого Маккиарини неизменно добавлял: „Я не шучу — 25 часов, это так и будет“». Александра Сотниченко Маккиарини назвал «настоящим пост-доком» и похлопал по плечу. Елене Губаревой он пообещал место заместителя лаборатории (она и в самом деле возглавила его лабораторию в Краснодаре после того, как русские избавились от проблемного итальянского гостя, и начала афишировать технологию обесклечивания трахеи как собственное изобретение университета). Стажеров отправили в Каролинский институт изучать магию регенеративной медицины. За всё заплатила Швеция, но в книге об этом ни слова.
Основная тема этой главы — тоже пациент Маккиарини, Крис Лайлс из США. В книге утверждается, что ему оставалось жить несколько недель. Сейчас уже ничего доказать невозможно, так как его собственная трахея была удалена и уничтожена во время трансплантации в ноябре 2011 года, а вскрытие после смерти спустя три месяца не производилось. Кокурина так же, как и Юнгеблут с Маккиарини, могла рассказывать любые небылицы и о причинах смерти Криса, и о том, как трансплантат удлинил ему жизнь.
Главы 4–5: 2012. Юля и Саша
Два персонажа, именами которых названы обе главы, это два российских пациента — Юлия Туулик и Александр Зозуля. Оба были здоровыми, не считая трахеостомы — отверстия в горле из-за повреждения трахеи. У обоих была высокая ожидаемая продолжительность жизни — много лет или даже десятилетий. Правда, Зозуля был курильщиком и алкоголиком и поэтому не подходил для экспериментальной терапии. Но Маккиарини и его краснодарские коллеги всё равно его прооперировали. История Юлии особенно трагична. Она умирала ужасно, медленно и болезненно.
После смерти Криса появились первые критические отзывы о технологии пересадки пластиковых трахей Маккиарини, и о них сообщается в книге «Мегагрант». Мы узнаём, почему Маккиарини всегда избегал исследований на животных (стр. 101): «Даже на крупных животных нельзя показать, как „долго будет работать каркас“. А в их распоряжении в основном свиньи, у которых совершенно другая анатомия, другой механизм дыхания, всё другое, если говорить о трахее».
Кстати, Бёрчелл тоже отрицал, что свиньи являются подходящей моделью, и призывал исследовать трансплантаты дыхательных путей на пациентах. Кроме тех редких случаев, когда он и Маккиарини должны были предоставлять доклинические данные, и свиньи вдруг становились прекрасным модельным организмом.
Что касается двух российских пациентов: в «Мегагранте» описана междисциплинарная видеоконференция начала 2012 года, которая, как до сих пор утверждает Каролинский институт, никогда не происходила. Каролинский институт, Университетский госпиталь Кареджи и Москва представили по одному пациенту. Центр рака MD Anderson (Хьюстон, штат Техас) — двоих, из них одного ребенка. Краснодарский хирург Игорь Поляков представил двух местных кандидатов: Юлю и Сашу (стр. 121): «Все участники сошлись на том, что трансплантация — единственно возможный способ лечения для этих больных».
Юлия Туулик стала для Маккиарини подопытным кроликом для тестирования трансплантата пластиковой гортани — операции, которую всегда хотел сделать Бёрчелл и в тот момент пробовал провести на свиньях, но они от нее умирали. К 2012 году два хирурга давно перестали быть друзьями. Эксперимент Маккиарини над Юлией, возможно, был частью мести Бёрчеллу и UCL.
После операций Юля поехала домой, а Саше ехать было некуда. Ему дали какую-то работу и пообещали подарить велосипед. Кокурина восхищенно пишет о Маккиарини (стр. 157): «журнал Nature готовит обзор по всем его трансплантациям, и редактор хотел бы получить интервью от одного из русских пациентов — по скайпу. Юля давно уехала домой, и посовещавшись, решили, что на вопросы самого известного международного научного журнала будет отвечать Саша».
Глава 6: 2012–2013. Ханна
Наконец достаточно подопытных кроликов было прооперировано Маккиарини с использованием пластиковой трахеи, чтобы получить у FDA разрешение на операцию в США. В книге упоминается, что профессор проводил «множество рутинных, но тем не менее сложных операций во Флоренции»: мы знаем о пяти пересадках трупной трахеи, но они произошли с июля 2010-го по январь 2011 года. Были ли еще? Возможно. Снова жаль, что Маккиарини с неохотой рассказывал Кокуриной о том, что он учинил в Кареджи с трупными трахеями, очевидно, даже он не смог превратить эту историю во что-нибудь хотя бы отдаленно позитивное. В книге упоминается лекция в Москве, где Маккиарини признал, что обесклеченные трахеи были неудачей, в которой мои читатели заметили несоответствие между его презентацией и статьями.
Сразу после лекции Маккиарини сел в самолет, чтобы прооперировать еще одного пациента во Флоренции. Из презентации видно, насколько плохо этот торакальный хирург разбирается в биологии или биомедицине, однако он возглавлял одновременно две клинически-ориентированные биомедицинские лаборатории — в Каролинском институте и в Краснодаре. Его русские стажеры, видимо, понимали, что превращают лабораторную чепуху в (смертельную) клиническую чепуху. По большому счету, эти русские видели и Маккиарини, и Юнгеблута насквозь.
В сентябре 2012 года Маккиарини был арестован во Флоренции за шантаж и вымогательство в отношении пациентов и их семей, сообщается в статье в Corriere della Sera. Это не имело отношения к пересадкам трахей. В данном случае Маккиарини требовал деньги у терминальных больных, неизлечимых пациентов, за операции в Ганновере и Лондоне.
Дата операции в США была определена: 9 апреля 2013 года Маккиарини прооперировал семимесячную девочку по имени Ханна. До и после этого Маккиарини дважды резал в госпитале Каролинского института молодую турчанку Ешим Четыр. Поскольку ничего даже отдаленно положительного из ее страданий не вышло, две ее пересадки пластиковых трахей почему-то не упоминаются в хронологическом отчете в книге Кокуриной.
«Мегагрант» предлагает альтернативную версию того, почему Ханна умерла всего 12 недель спустя: ее пищевод был поврежден, и если бы только Маккиарини заменил и его с помощью регенеративно-медицинской магии!.. Трахея, согласно описанию, заработала, как чудо (стр. 182): «Образцы ткани, взятые с поверхности каркаса на четвертый день после трансплантации, показали наличие эпителия». Кто делал этот подложный анализ, мы не знаем, но, может быть, власти США в конце концов потрудятся его найти.
Глава 7: Юля, Саша и другие
Российские сотрудники Маккиарини, которым было великодушно позволено обращаться к своему хозяину «проф», были заняты выращиванием органов. Сотниченко отвечал за выращивание сердец (Проф приказал ему справиться за «два, ну максимум три года»), Куевда делала легкие, а Губарева производила дыхательную мышцу — диафрагму. Почему никто не делал мозги, можно только догадываться…
Его пациенты умирали, Юле и Саше провели еще одну пересадку трахеи. Кокурина изображает Юлю как неблагодарную неуравновешенную пациентку. Мы узнаём о пациенте Садике Канаане из Иордании, чьим единственным показанием к пересадке трахеи была трахеостома, как и у Юли с Сашей. Иорданский пациент вернулся домой после операции и умер там, но в книге сказано, что он просто перестал отвечать на письма и всё еще жив (дальше есть цитата Маккиарини, где он признает, что Канаан умер, и говорит, когда именно). Также есть отличные новости: Дорис Тейлор едет в Краснодар! Женщина, которая пыталась убедить всех и каждого, что она создала «бьющееся сердце» в лаборатории! Плюс мегагрант продлили на два года.
У Маккиарини были большие совместные планы с его подругой Дорис: пытать обезьян, чтобы протестировать свой набор искусственных органов. «Звезда» (которая в тот момент пыталась помочь Паоло получить место профессора в Техасе) прочитала лекцию, которая на российскую аудиторию в основном не произвела впечатления.
Глава 8: 2014. Пациент
Андемариам Бейен умер в январе 2014 года, как объясняет Кокурина (стр. 217): «…это неплохой результат, тем более, что причина смерти не была напрямую связана с отказом трахеи и, следовательно, с трансплантацией». Юлия умерла в сентябре 2014 года, а перед этим, как настаивает Кокурина, она чувствовала себя «относительно неплохо». Кокурина хотя бы признаёт, что у Саши были некоторые проблемы. Затем говорится, что он попал в велосипедную аварию, после которой не смог восстановиться и умер 21 февраля 2014 года. В случае, если у вас возникли вопросы (стр. 212): «Да, причина смерти — кровотечение, из области, которая не имела отношения к трахее».
По сообщению New York Times, критика усиливалась. И книга сохранила письмо, в котором Маккиарини дает интервью по электронной почте журналу Nature в конце 2014 года, видимо, когда готовилась статья в Nature News. Тамошний журналист подтвердил мне, что получил его, хотя транскрипт интервью так и не был опубликован. Маккиарини представляет там свою альтернативную реальность (стр. 218).
Насчет Юлии Туулик Маккиарини увиливал больше всего, утверждая, что ее состояние внезапно ухудшилось, и, к сожалению, вторая пересадка трахеи не смогла ее спасти. Это в интервью Nature. В разговоре с Кокуриной Маккиарини заявляет (стр. 225): «Ну, а главное, какая это была бы жизнь! Та, недолгая жизнь. Без возможности передвигаться, без любви, без секса, ребенок боялся ее из-за отверстия в горле». Задыхающаяся, с разрушающейся трахеей, постоянно полной гноя и слизи, кашляющая кровью и кусочками пластика, то и дело попадающая в реанимацию, с таким отвратительным гнилым зловонным дыханием, что к тебе никто и близко не подходит, — очевидно, таким видел свой щедрый подарок молодой матери Маккиарини.
Эпилог. 2015
Если вы думаете, что все эти смерти и страдания остановили Маккиарини, то нет. Пока умирали другие пациенты, житель Крыма Димитрий Оногда был прооперирован в июне 2014 года с использованием пластиковой трахеи. Ему «повезло» избежать последствий: трансплантат довольно скоро удалили, и Оногда выжил.
И, конечно, нас еще раз уверяют, что Клаудиа Кастильо хорошо себя чувствует через шесть лет после операции. Как и Жадыра Игликова. Правда не имеет значения.
Megagrant, the Russian docu-novel of Paolo Macchiarini — Leonid Schneider (in English)
См. также: Тот, кто задал вопросы
1 alla-astakhova.ru/trahei-razdora/
2 См. npr.org/sections/krulwich/2012/06/19/155301289/med-student-rescues-body-part-from-airport-security
и forbetterscience.com/2016/11/02/claudias-trachea/
3 forbetterscience.com/2017/06/16/macchiarinis-trachea-transplant-patients-the-full-list/