«Капельное орошение социальных проблем»

Эксперты оценивают экономическую часть выступления Путина перед Федеральным собранием

Очередное послание президента Федеральному собранию получилось в первой своей части очень миролюбивым и полностью социальным. Путин сосредоточился на внутренней повестке и решил к 2024 году вдвое снизить бедность в России: через раздачу денег малоимущим слоям населения, через новые программы и через очередную просьбу силовикам не давить на бизнес. На фоне предыдущего послания, в котором большую часть времени занимали ракеты (хотя и в этот раз не обошлось без «Посейдонов» и «Цирконов»), выступление Владимира Путина 20 февраля выглядело прогрессивным: мол, хватит про внешнюю политику, давайте о людях подумаем.

При этом огромный комплекс мер, предложенный президентом — льготы по ипотеке для многодетных семей, поддержка семей с детьми-инвалидами, освобождение от налога на недвижимость, социальный контракт для малоимущих, — со стороны выглядит большой раздачей денег, которые, оказывается, в стране есть (и «держаться» больше не надо).

Потребуются дополнительные вливания в сумме примерно 120 миллиардов рублей в год, но эти деньги, по словам министра финансов Антона Силуанова, изыскать особого труда не составит.

Другой вопрос, стоит ли за непривычной щедростью что-то более концептуальное, нежели сиюминутная помощь малоимущим? «Новая» опросила экспертов — и в их представлении картина не выглядит столь радужной.

Евгений Гонтмахер

Доктор экономических наук

— Бедность в России является одной из важнейших проблем, она интегрирует в себя все остальные. Это факт, с Путиным здесь не поспоришь. Но ничего о бедности в тех нацпроектах, которые сейчас запущены в стране, нет, как нет и комплексного решения этой проблемы. Тут вопрос еще и в формулировках. Если понимать бедность как число людей, живущих ниже величины прожиточного минимума (19 миллионов человек, о которых говорил Путин), то этим 19 миллионам можно что-нибудь финансово добавить. Но так ведь не работает, и Путин ведь об этом тоже сказал: намного больше людей чувствуют себя ущемленными, не могут себе многого позволить.

Масштабы такой бедности — малообеспеченности — они намного больше: по разным подсчетам, это может быть и 30, и 40 процентов от всего населения России.

Раздачей денег тут проблему не решишь.

Нацпроекты построены «вокруг человека» лишь формально — это все, что связано со здравоохранением и образованием. И те предложения, которые в социальной сфере выдвинул президент, — они не связаны ни с какими реформами. Логика тут другая: мы выделили из копилки несколько триллионов рублей — их надо потратить на оборону (Путин и про ракеты говорил); их надо потратить на инфраструктурные проекты с недоказанной эффективностью; их надо потратить на социалку. Примерно то же самое было в медведевские времена: раздали денег, купили какое-то оборудование для больниц, провели интернет в школы. Любые деньги в социальной сфере хороши, но проблему они не решают.

А вся проблема в том, что в России нет свободы выбора. Мы должны раскрепостить человека и дать ему и его семье развиваться так, как они хотят, а не кормить эту семью с ложечки раздачей денег.

Нынешний же подход: я вам дам денежки, а про свободу не надо тут говорить, мы без вас знаем, как лучше. В широком смысле — не надо говорить про удочки, ешьте ту рыбу, которую вам дают. Говорится о свободе предпринимательства, но на фоне ареста Майкла Калви это выглядит смешно. Давайте уже правду говорить, наконец!

Новое послание Путина — это капельное орошение социальных проблем: где тонко — туда и зальем деньги. Президенту доложили о маленьких пособиях для семьи, где есть ребенок-инвалид. 5000 рублей для неработающего родителя — это, конечно, мало: давайте сделаем 10000 рублей. Но ведь проблема инвалидности в России при этом не решается. Как этот ребенок будет учиться, как ему будут оказываться медицинские услуги? Ничего об этом не сказано: да и вообще, в текстах нацпроектов нет слова «инвалид» (хотя их в России почти 8% населения), кроме отраслевых каких-то установок, куда и сколько выделить денег; человека в этих документах нет.

Можно поговорить о конкретных мерах. Например, льготное субсидирование ставки по ипотечному кредиту для семьи с двумя и более детьми на все время кредита. Конечно, все это хорошо, но взрывным образом количество людей, берущих такую ипотеку, это не увеличит. Льготное субсидирование, конечно, снижает цену ипотеки, но все равно приобрести жилье в России — это очень дорого, а зарплаты при этом низкие. В этом и заключаются «ножницы»: Путин, кстати, о них ничего не говорил. Мера, предложенная Путиным, неплоха, но она не переломит никаких тенденций.

Президент упомянул про «социальный контракт»: государство готово дать людям деньги при условии того, что люди возьмут на себя какие-то обязательства (найти работу или переквалифицироваться). Никто не отрицает возможности такого подхода, но это очень узкая мера. Она работает далеко не для всех бедных семей: предполагается, что в семье должен быть кто-то работающий, но при этом все оказались почему-то ниже черты бедности. Потом, если у вас доходы хотя бы на немного превышают черту бедности, вы вообще никуда не попадаете, ни в какие социальные контракты.

Возникает вопрос рабочих мест: ну хорошо, вас переучили, а работать-то вы где будете, особенно в условиях малого города?

10 миллионов вопросов. Это все нужно и необходимо, но это совсем не панацея.

Льготы по налогу на недвижимость выглядят очень неплохо с учетом того повышения нагрузки, которое у нас постоянно идет. Это принесет определенный прогресс. А вот увеличение пособий на двоих детей — это то же самое, что с льготами по ипотеке. С одной стороны, хорошо, что большее количество семей получат эти пособия; с другой стороны — детскую бедность это не искоренит. Я вообще считаю, что всем семьям нужно платить пособия за детей, вне зависимости от их дохода, раз Путин так печется о повышении рождаемости. Иначе получается замкнутый круг: семья с двумя детьми рожает третьего, но пособия, которые платятся, не покрывают те расходы, которые в итоге возникают.

Какие-то меры потребуют затрат уже в этом году, о чем и сказал Путин. Будут погашать за счет профицита бюджета: мы же видим, что он у нас запланирован даже в этом году. Суммы ведь небольшие: нас пытаются поразить миллиардами рублей, но в масштабах страны это совсем маленькие деньги — они, безусловно, есть. «Загашник» у нас большой.

Надо просто понимать, к чему все эти меры должны вести. Для того чтобы в 2024 году отчитаться, что было 19 миллионов людей за чертой бедности, а осталось 9 миллионов, этих вливаний при условии их точности в теории хватит. Но деньгами можно заливать проблемные точки год, два, три, четыре, пять. Если экономика не задвигается и не будет расти реально, а не стоять на месте, как сейчас, то «загашник» тоже кончится. Сейчас поставлена задача оказать помощь бедным людям, а не сделать так, чтобы этих людей становилось меньше.

Никто не делает так, чтобы люди могли зарабатывать сами, не обращаясь за такой помощью со стороны государства.

Об этом, к сожалению, вообще ничего не было сказано.

Анатолий Вишневский

Директор Института демографии ВШЭ

— Такие экономические обещания, скорее, имеют политический смысл. Дескать, правительство о вас заботится. Однако на рождаемость они повлиять серьезно не смогут. Помощь для семей с детьми может только приветствоваться, но считать, что сравнительно незначительные обещанные материальные блага могут побудить людей рожать — неверно.

Отдельные люди могут повестись на подобные меры, но они все равно не сопоставимы с затратами, в том числе времени и энергии, которые требуются для воспитания современного ребенка. Люди достаточно осмысленно и трезво относятся к решению вопроса о том, рожать или не рожать. Если у вас есть один или два ребенка, и вам дают, допустим, налоговые льготы, то это очень хорошо. Но люди не рожают еще одного ребенка только потому, что они ее получили (конечно, если они не планировали ребенка независимо от льгот).

Низкая рождаемость — часть образа жизни современного человека. Есть страны богаче России, где материальное положение людей лучше, соответственно, там и рождаемость чуть выше. Но ее все равно недостаточно для того, чтобы обеспечивать так называемое простое воспроизводство, и недостаточно, чтобы поддерживать численность населения.

Сейчас в России складывается не очень благоприятная демографическая ситуация. У нас сокращается число потенциальных родителей, поскольку преобладает поколение, родившееся в 90-е годы, когда рождаемость была низкой — соответственно, родилось мало детей. Однако наше государство не является изгоем или «образцом низкой рождаемости».