«Раздражающий фактор»

И его значение для решения суда о слушании «дела Рудникова» в закрытом режиме

На фоне споров вокруг закрытия слушаний по «делу Рудникова» для публики из неких закрытых источников произошла утечка, имеющая к возбуждению этого дела прямое отношение. Сайт «Свободный Калининград» выложил фотографии материалов служебной проверки, проведенной управлением кадров СК РФ по заявлению Рудникова — все о том же домике генерала Виктора Леденева, о котором летом 2017 года написали в Калининграде «Новые колеса», а затем и «Новая». Якобы за прекращение распространения этих сведений Рудников и вымогал у главы Управления СК РФ безумную по меркам области сумму в 50 тыс. долларов.

Прежде чем обратиться к содержанию материалов, следует отметить, что на папке не стоит гриф «секретно», но лишь «для служебного пользования. Но все же доступ к ней в управлении кадров СК РФ имеет ограниченный круг лиц, и сложно вообразить такого российского Эдварда Сноудена, который, рискуя если не жизнью, то свободой, выкрал бы ее из СК РФ, чтобы предать материалы гласности.

В объяснительной записке на имя Александра Бастрыкина генерал Виктор Леденев рассказывает, что домик у озера в центре Калининграда — собственность не его, а некоего С.В. Зеленина, на чьи деньги он и строился, но едва ли не под ежедневным присмотром генерала: он оформил землю, подыскал прораба, оплачивал материалы (представляя счета Зеленину), за что тот и пустил его пожить. Такое объяснение проверяющих из СК РФ устроило, они лишь предложили указать Леденеву,

«что его дальнейшее проживание в трехэтажном особняке на ул. Береговой будет служить раздражающим фактором для жителей Калининградской области».

Раздражающее действие, видимо, этот факт произвел и на председателя СК РФ, у которого должны были быть и более точные сведения о личности С.В. Зеленина. По некоторым данным он имеет не только российское гражданство, а в РФ у него, напротив, нелады с законом. В объяснительной записке мелькает еще и имя некоего турка по имени Осман, чья фотография с Леденевым встречалась в социальных сетях, и «иностранными агентами» тут пахнет гораздо отчетливее, чем, скажем, в только что снова признанной «агентом» организации Льва Пономарева.

Поэтому можно лишь вообразить, что Бастрыкин говорил Леденеву устно при встрече, которая, несомненно, имела место. Это объясняет и заоблачную сумму, которую Леденев якобы предложил Рудникову, и ту спешку, с которой он лично, так и не сумев передать деньги непосредственно ему, всучил их (реальные 50 тыс. USD, не «куклу», хотя и ее тут было бы достаточно) ничего не подозревавшей сотруднице «Колес» в кафе под видом документов о переквалификации дела о нападении на Рудникова.

Мы могли бы поздравить Рудникова с символическим подтверждением старинной китайской максимы: «Сиди на берегу реки и жди, пока по ней проплывет труп твоего врага» — если бы он сидел, в самом деле, на берегу озера в Калининграде, а не в СИЗО.

Но кто же все-таки прислал журналистам это, скажем так, подарочное издание детских сказок? Если не Стоуден, то кто-то из адвокатов, нашедший это в деле при ознакомлении с ним. А материалы проверки туда подшил расследовавший это дело Андрей Кошелев. Как и за прорабом, за следователем СК РФ, Леденев, наверное, тоже непроцессуально присматривал: до недавнего перевода в Москву Кошелев работал под его началом в Калининградском СУ СК. А про то, что кроме предварительного следствия, бывает еще и судебное, они, наверное, забыли. Что и неудивительно, ведь судьи нечасто перечат следователям, — но тут есть один нюанс: ст. 123 Конституции РФ требует открытого разбирательства во всех судах, позволяя слушать их в закрытом режиме лишь в случаях, оговоренных федеральным законом.

Применительно к делу Рудникова таких оснований нет, из чего следует, что на судью Валерию Ковалеву из Московского районного суда Санкт-Петербурга, удовлетворившую ходатайство потерпевшего Леденева о слушаниях в закрытом режиме, также было оказано и непроцессуальное давление. Кстати, Михаил Федотов на основании решения постоянной комиссии СПЧ по защите прав журналистов обратился в Санкт-Петербургский городской суд с просьбой принять меры к слушанию дела по обвинению журналиста Рудникова в режиме, открытым для его коллег и публики.