Русский музей беды

Бывший командир ополченцев Донбасса Игорь Стрелков (Гиркин) выставил на продажу медаль за взятие Крыма. Этим событием заинтересовался публицист Иван Давыдов

Иван Давыдов.

Совсем некрупная вещь: 79,23 г. Правда, золото. 750 проба. На аверсе – профиль Владимира Путина в лавровом венке, как будто специально делали для реконструктора, любившего во времена довоенные рядиться римским легионером. И надпись по-латыни: «Deo ducente virtuti Putini Crimea recepta». Я латынь учил давно, без тщания, и помню нетвердо, простите, но это примерно значит, что бог ведет путинскую мощь на возвращение Крыма. На реверсе – карта Крыма и еще одна надпись: «Кротостию смирен противник». На гурте гравировка: «Б.Ф.С.В.В.» и номер 4. С аббревиатурой проще, чем с латынью – это Благотворительный фонд Святителя Василия Великого. Учредитель – Константин Малофеев. Начиналось все ради помощи больным детям и поддержки православных учебных заведений, а продолжилось финансированием французских ультраправых и чеканкой медалей в честь аннексии. Чем закончится – гадать не будем.

Разговор про медаль – не ради того, чтобы позлорадствовать или порассуждать, как без жалости система кидает своих. В этом новости нет, да и правды немного: свои все у трона, там, где делят остатки государственных денег

Медаль за номером 4 пока еще принадлежит Игорю Стрелкову, бывшему вождю ополченцев Славянска, бывшему «министру обороны ДНР», человеку, который хвастался в одном из интервью, что чуть ли не лично развязал войну на Донбассе, а также – автору фразы, которой быть еще в учебниках истории. «Птичка упала за террикон, жилой сектор не зацепила. Мирные люди не пострадали». Из паблика «Сводки от Стрелкова Игоря Ивановича» запись удалили, как только поняли, что сбит был не очередной украинский транспортник, а малазийский пассажирский «Боинг». Но сеть ведь сохраняет все, особенно слова. Скриншотов достаточно.

Пока еще принадлежит – потому что продается. Выставлена на один из онлайн-аукционов для нумизматов. Стартовая цена – миллион рублей. Во «Вконтакте» Стрелков подтвердил, что медаль – его. У бывшего героя войны – финансовые проблемы. «Особого пиетета к данной награде никогда не имел, так как она: а) не государственная, б) не боевая, в) с изображением лица, которого я, в общем - за исключением совсем краткого периода в 2014-м - никогда не уважал, а с 2015-го - откровенно презираю», - пишет Стрелков.

Разговор про медаль – не ради того, чтобы позлорадствовать или порассуждать, как без жалости система кидает своих. В этом новости нет, да и правды немного: свои все у трона, там, где делят остатки государственных денег. Прочие системе не свои, их используют и вышвыривают за ненадобностью, Стрелков не первый и точно не последний в ряду использованных. Что-то вроде бумажного носового платка – испачкали в крови и выбросили в мусор. Ну, это так, мягко, чтобы более унизительных сравнений не искать.

Просто сам этот нетяжелый, до восьмидесяти граммов не дотянувший кружок, - очень уж любопытный артефакт. Чтобы не сказать – улика. В отличие от широких народных масс, контуженных телевизионными обстрелами, люди, чеканившие эти медальки и друг друга ими награждавшие, отлично понимали, что делают. Что дальше – неизбежные проблемы с Европой и Штатами, санкции, калечащие экономику, то есть ухудшающие жизнь обычных русских людей, и почти наверняка – война. Значит, сознательно этот путь для родины выбрали. Очень уж хотелось поиграть в войнушку живыми людьми. И получилось поиграть, и тысячи уже погибли, и до сих пор гибнут, и непонятно, может ли война вообще когда-нибудь кончиться. Сознательно выбирали, гордились, всерьез называли себя патриотами, чеканили медали, небезосновательно опасаясь, что государство, в силу накрывающих его временами приступов странной стеснительности, может и не отметить их подвига.

Россия в беде, однако хочется верить, что из беды Россия однажды выпутается. Нет, конечно, оснований не то чтобы много, но когда это мешало вере? И вот если выпутается – было бы правильно отнестись к памяти о сделанных ошибках и совершенных преступлениях с большей бережливостью, чем здесь обычно принято

Такие вещи стоит понимать и помнить, а медаль делает память осязаемой.

Кто-нибудь эту медаль обязательно купит: редкость изрядная. И жаль будет, если она в итоге затеряется, осядет в частной коллекции, укроется от посторонних взглядов.

Россия сейчас в беде. Это понимают многие. Многие даже из тех, кто, теребя неизжитые имперские комплексы, собирался на митинги в честь возвращения беглого полуострова в родную гавань. Ну то есть как собирался – свозили, но в этом еще один парадокс российской современности: свозили-то их насильно, но ликовали они при этом искренне. А теперь замечают, что пенсионная реформа, цифры в платежках и цифры на ценниках в продовольственных магазинах как-то связаны с тем ликованием. И грустнеют.

Россия в беде, однако хочется верить, что из беды Россия однажды выпутается. Нет, конечно, оснований не то чтобы много, но когда это мешало вере? И вот если выпутается – было бы правильно отнестись к памяти о сделанных ошибках и совершенных преступлениях с большей бережливостью, чем здесь обычно принято. Создать, например, Русский музей беды. Вот туда бы и медальку эту – на почетное место. Она хоть вещь и некрупная, зато многое позволяет понять.

Фото: glavred.info