Original Material
4 года колонии-поселения. Приговор Оюбу Титиеву
Шалинский городской суд Чечни в понедельник приговорил главу грозненского "Мемориала" Оюба Титиева к 4 годам лишения свободы в колонии-поселении. Это наказание мягче того, которое просила назначить Титиеву прокуратура: такой же срок, но в обычной колонии.
Титиева обвиняли в хранении наркотиков в крупном размере. Правозащитник свою вину отрицал и говорил, что марихуану ему подбросили полицейские во время задержания. Прокуратура запросила для правозащитника четыре года колонии общего режима и штраф в размере 100 тысяч рублей. Судья Мадина Зайнетдинова, читавшая в понедельник приговор правозащитнику без перерыва на протяжении 9 часов, отметила, что Титиев не планировал продавать хранившуюся у него марихуану и не совершал преступлений ранее. До вступления приговора в законную силу Титиев останется под стражей.
Возмутительный приговор не имеющий ничего общего с законностью. Честного человека посадили в тюрьму просто потому, что Кадыров приказал это сделать https://t.co/z6NlEcl5Sb
— Alexey Navalny (@navalny) 18 марта 2019 г.
Главу чеченского "Мемориала" задержали 9 января 2018 года. В его автомобиле обнаружили 180 граммов марихуаны. С тех пор Оюб Титиев находится под стражей. Летом 2018 года начался судебный процесс по делу о хранении наркотиков. Адвокаты Оюба Титиева заявляют, что в показаниях полицейских множество нестыковок. Сам правозащитник обвинения отрицает. По его мнению, дело возбудили по указанию чеченских властей, чтобы помешать работе "Мемориала" в регионе.
The code has been copied to your clipboard.
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:03:06 Загрузить файл11 марта 2019 года в суде по делу Титиева состоялись прения сторон, и правозащитник выступил с последним словом. "Процесс побил рекорд лицемерия и цинизма. Надеюсь, семья и мои четверо детей вынесут испытания, посланные Аллахом", – заявил Оюб Титиев. В завершение своей речи он сказал, что не сомневается, что приговор будет носить обвинительный характер: "У меня нет иллюзий по поводу приговора. Он, конечно, будет обвинительным. За последние годы в республике не было оправдательных приговоров <…> Если Всевышний решит, что я должен остаться за решёткой, то я приму это. <…> Все, кто врал на суде, не был занят восстановлением истины. Мне стыдно, что такие люди называют себя мусульманами", – заявил Оюб Титиев.
Правозащитница Светлана Ганнушкина на своей странице в Фейсбуке охарактеризовала последнее слово Титиева как "речь обвинителя":
"Страстная логически выстроенная речь безукоризненно честного отважного человека, речь, наполненная болью за свой народ, за страну, за своих близких, за нас всех. Аюб называет фигурантами дела тех, кто его сфабриковал, и перечисляет их поименно. Аюб верит в то, что есть высший суд, которого им не миновать. Но их будут судить и здесь на земле. Они прочтут свой приговор в глазах своих детей, соседей и чеченских старейшин, которые были свидетелями защиты Аюба. И им не спрятаться за указания, которые им давало "начальство". Каждый из них знал, что лжет, что лжесвидетельствует, что обвиняет и судит невиновного. Аюб сказал, что ему как мусульманину стыдно за них. Но и всем нам стыдно за то, что мы допускаем такое, допускаем уже не в первый раз".
Член правления правозащитного центра "Мемориал" Олег Орлов в интервью Радио Свобода перед оглашением приговора отметил, что судья во время процесса практически лишила защиту возможности представлять свои доказательства:
– Судья практически не давала возможности защите реально представлять свои доказательства путем проверки утверждений обвинения. Оюбу сидеть еще почти 3 года, по сути дела, за свою правозащитную деятельность. И радоваться тут абсолютно нечему. Судья в России вообще не является независимой фигурой, а уж в Чечне тем более о независимости и речи не может идти.
– Как вы считаете, отразилось ли на позиции судьи и прокуратуры общественное внимание к этому делу?
Им пришлось приводить кучу свидетелей, которые только дискредитировали, на самом деле, обвинение
– Я думаю, что в какой-то степени отразилось, потому что, прокуратура могла потребовать по нормам УПК до 10 лет лишения свободы. Но дело еще в другом. Этот процесс именно из-за внимания к нему и в России, и за рубежом приобрел ту форму, в которой он проходил. Они не могли, как они хотели, провести этот процесс в течение месяца, практически предоставив "доказательства" обвинения, которые все целиком сфальсифицированы, и быстро вынести обвинительный приговор. Нет, им пришлось приводить кучу свидетелей, которые только дискредитировали, на самом деле, обвинение. Им пришлось слушать свидетелей защиты, включая и многих жителей Чеченской республики, односельчан Оюба, которые говорили о нем только хорошие слова. Им пришлось слушать то, что говорила защита на протяжении всего процесса. Им пришлось обсуждать ходатайства защиты, а каждое из этих ходатайств, по сути дела, было направлено на проверку того, что заявляло обвинение, и фактически на разоблачение этого обвинения. И то, что суд раз за разом без всяких оснований в удовлетворении ходатайств отказывал, дополнительно приносило разоблачение обвинению. Таким образом, процесс приобрел, если хотите, характер обвинения, обвинения не Оюба Титиева, а обвинения фальсификаторов – показал, что на самом деле происходит с правосудием в Чеченской республике, чего, в общем, Оюб и добивался после задержания. По сути дела, борьбу свою он не прекратил, Оюбу это придает силы. Поэтому, конечно, международное и российское внимание к этому процессу было и остается очень важным.
– Напомните, пожалуйста, какой проблематикой занимался Оюб Титиев и как его правозащитная деятельность могла стать причиной его преследования?
– Он занимался самыми разными делами. Он был руководителем офиса, поэтому он координировал всю работу правозащитного центра в Чечне. Он занимался ежедневно мониторингом ситуации, собирал информацию, сам ездил, получал информацию от своих знакомых, друзей – был очень широкий круг людей, которые ему могли сообщить информацию, которую другим бы они не сообщили. Он проверял эту информацию – о незаконных задержаниях, о похищениях людей, о пытках, о содержании людей в секретных тюрьмах. В частности, он занимался делом о так называемом "расстрельном списке 27-ми". Первая информация об этом была опубликована в "Новой газете": часть задержанных в конце 2016-го – начале 2017 года людей были бессудно казнены, а остальные после пыток пошли на суд и были приговорены к тюремным срокам. Вот об этом Оюб в последнее время много собирал информации, и думаю, в том числе, и это очень сильно раздражало власти Чеченской республики. Позиция этих властей такова: из Чечни либо хорошие новости, либо никаких. Должна быть красивая глянцевая картинка с грозненскими высотками, красивейшей мечетью, танцующими национальный танец артистами на первом плане. А все остальное недопустимо. Оюб эту глянцевую картинку разбавлял совсем другой информацией, – говорит правозащитник Олег Орлов.
Один из адвокатов Оюба Титиева Петр Заикин в интервью Радио Свобода напомнил о нестыковках в показаниях свидетелей обвинения и о том, что суд отклонил почти все ходатайства защиты:
Удовлетворение ходатайств повлекло бы получение судом доказательств невиновности Оюба Титиева
– Все ходатайства, которые мы заявляли, ключевые для нашего клиента, были отклонены без достаточных правовых оснований. Но мы понимали, и наши процессуальные оппоненты понимали, и судья, вероятно, понимала, что удовлетворение этих ходатайств повлекло бы получение судом доказательств невиновности Оюба Титиева. Так что у нас есть большие опасения относительно предстоящего приговора.
– Защита неоднократно говорила о многочисленных нестыковках в показаниях свидетелей на этом процессе. Не могли бы вы напомнить какие-то конкретные примеры?
– Самый ключевой маркер, на который указывал и мой коллега Илья Новиков, что все сотрудники полиции, которые были допрошены в судебных заседаниях, отрицали само существование группы быстрого реагирования в составе Курчалоевского отдела полиции, которое изначально задержало Оюба Титиева. Я напомню, что задержаний было два. Именно сотрудники из этого подразделения задерживали Оюба Титиева первоначально, и только в дальнейшем уже имела место фабрикация – повторное задержание, по сути инсценировка. Так вот, отрицание самого существования ГБР нашими оппонентами было сделано только для того, чтобы не исследовать обстоятельства задержания Оюба Титиева. Они выбрали оригинальный путь – просто отрицали существование ГБР, ее нет, поэтому эти обстоятельства мы изучать не будем. Мы представили суду аргументы, в том числе и нотариальные осмотры сайта МВД Чеченской республики и личных страниц сотрудников полиции Курчалоевского отдела полиции, где есть фотографии и комментарии, есть официальные публикации, подтверждающие, что группа быстрого реагирования существовала на тот момент и существует даже сейчас. И эти обстоятельства, связанные с первоначальным задержанием Оюба Титиева, надо проверять. Поэтому до сих пор меня не покидает надежда, что суд вернет дело прокурорам с указанием на то, что необходимо устанавливать обстоятельства, связанные с возможным первичным задержанием Оюба Салмановича. Потому что в такой ситуации судья может прийти к выводу, что постановка приговора невозможна – следствие не было осуществлено в полном объеме, не исследованы все версии, в том числе и прежде всего версия стороны защиты.
– Как бы вы охарактеризовали нынешнее психологическое состояние Оюба Титиева?
Даже в условиях колонии Оюб продолжит заниматься правозащитной деятельностью, и таким образом он будет еще большей головной болью для властей Чеченской республики
– Он уверен в своих силах, он уверен, что выдержит любые испытания, которые ему предстоят. Он считает, что, что бы ни произошло, это просто новый этап в его жизни, который позволит ему как-то себя проявить по-новому. Даже в в следственном изоляторе он продолжает заниматься правозащитной деятельностью, и поверьте мне, большая часть вопросов, которые он мне задает, связана, к сожалению для меня, не с обстоятельствами его дела, а с обстоятельствами правовой оценки тех или иных моментов, связанных с делами его знакомых, которых он встретил в следственном изоляторе. Даже если будет какое-то негативное развитие событий, связанное с обвинительным приговором, то даже в условиях колонии Оюб продолжит заниматься правозащитной деятельностью, и таким образом он будет еще большей головной болью для властей Чеченской республики. Потому что он получит доступ к такому массиву информации о нарушении прав и свобод граждан, о котором он даже мечтать не мог. Представляете, он, по сути, попадет в то место, где сосредоточена большая часть людей, которые стали жертвами правового беспредела на территории республики. Но я все-таки надеюсь, что дело будет возвращено на доследование или суд услышит наши доводы и просто постановит оправдательный приговор, – заявил адвокат Петр Заикин.
Защита Оюба Титиева подала жалобы в Европейский суд по правам человека на незаконное задержание правозащитника и избыточный срок его содержания под стражей.
В защиту Оюба Титиева неоднократно выступали международные организации и деятели культуры. Правозащитная организация Amnesty International назвала его узником совести. Правозащитный центр "Мемориал" признал Оюба Титиева политическим заключенным. Правозащитники настаивают, что преследование Титиева незаконно и что чеченские власти хотят прекратить его публичную деятельность. В "Мемориале" подчеркивают, что представители руководства республики неоднократно негативно высказывались в адрес правозащитных организаций. В качестве примера приводится, в частности, заявление главы Чечни Рамзана Кадырова, который назвал правозащитников "врагами народа", а самого Титиева – "наркоманом".
В октябре 2018 года Титиеву была присуждена правозащитная премия ПАСЕ имени Вацлава Гавела. В декабре 2018 года Оюб Титиев стал лауреатом германо-французской премии "За права человека и верховенство закона", которую от его имени в Москве приняли председатель совета "Мемориала" Олег Орлов и чеченская правозащитница, писательница и журналистка Милана Бахаева.