How Twitter defeated the most hated church of America

In the Baptist Church of Westborough, there are only a few dozen parishioners, but it is known throughout the world. For decades, in the center of her ideology there was radical homophobia and calls for execution for homosexual relations. Members of the Church broadcast their ideas through many promotions and pickets that arranged at the funeral of the military and on the path of large political marches. They quarreled with all the other Baptist denominations and turned into a sect, they sued and prepared attempts, the children of the parishioners became outcasts, but the church continued to exist and conduct public activity. However, in recent years, their rhetoric began to soften, and pickets, which previously provoked mass riots, are almost not attracted to public attention. At the request of Samizdat, Gleb Strunnikov studied the story of one parishioner who was born and brought up among radical Baptists, but escaped from there with her sister, and found out how the most toxic social network in the world defeated the most hated Church of America.

On January twentieth, 2005, George Bush Jr. took the oath a second time and took office as president of the United States. This was the first inauguration of the president after the attacks of September 11. At that moment, the country actually fought on two fronts: in Iraq and Afghanistan at the same time. It was far from disappointment in these campaigns, the nation was experiencing a patriotic rise, and Bush was still quite popular. On the national alley, several hundred thousand people gathered before the Capitol, celebrating the victory of their president.

After Bush finished the inaugural speech, a huge crowd went with a march around the city. At one of the intersections that were supposed to divide the crowd in two, they saw several dozen protesters with posters.

The posters read: “Lord, thank you for September 11!”, “Fagots outside the law (2 Pet. 2: 8)” and “God hates those who indulge the fagots.” A woman in sunglasses held two posters: “God hates America” and “God, thanks for the tsunami” - the latter referred to a recent earthquake in the Indian Ocean, as a result of which almost 230 thousand people died. Among the protesters were both adult women and men and children. They stood along the fence and shouted offensive slogans into the approaching crowd.

One of the parishioners on the picket burned the Qur'an in front of the Muslim's eyes

Naturally, the participants in the parade became furious, surrounded people with posters and began to yell something in response. The situation threatened to get out of control, despite the chain of police officers who stood right there, behind the fence in a cordon.

Megan Felps Roper, one of the participants in the protest, was then eighteen. She stood there with her family, the only one that she had: the community of the Baptist Church of Westboro. Twelve years later, on a podcast by Joe Rogan, she recalled this demonstration as the most extreme of hundreds of similar ones in which she had a chance to take part. She remembers how someone jumped on her from the crowd, trying to take away the poster. Like her cousin, frightened that the confrontation could turn into violence, climbed into the garbage tank and began to scream, posing as a parade participant: “Good guys, do not pay attention to them, they don’t cost it!” But most of all at that moment she was outraged by the reaction of the police: at first they simply stood, not paying attention to the brawl, and when her seven -year -old brother, frightened by the pressure of the crowd, tried to escape and moved over the fence, one of the police officers took out a club and forced him to climb back.

Hurrying a habit of the Lord

The fact that on that day none of the protesters died and did not receive serious injuries can be explained by both luck and the vast experience of the Baptist Church of Westboro in organizing such shares. They picked up churches, funerals, concerts, gay parades, and high-level political events throughout the country. Not embarrassing of expressions, the members of the Church accused of all the troubles of America to the tolerance of its citizens to LGBT, called for introducing the death penalty for homosexuality and openly rejoiced at the death of those who did not agree with them. They were total outcasts even among other Protestant denominations and aroused hatred from almost everyone who knew about their existence.

The story of the sect (although its members, of course, would not like this word) began in 1955, when the 26-year-old Baptist preacher Fred Felps was appointed pastor of the new church in the city of Topik, a hundred kilometers from Kansas City. The fierce and sarcastic tone of Felps quickly turned most of the flock from the church, with the exception of his relatives and several closest friends. Then the pastor broke off relations with the head church, making the Baptist Church of Westborough an independent religious organization.

Over time, his flock has grown up to about seventy people, but not due to the attraction of new members, but due to the fertility of the existing ones: Fred himself had thirteen children, and he brought up all in a harsh religious spirit. The church would have remained one of the many small denominations of the American hinterland, if not for the uncompromising position of its leader in relation to homosexuals.

Yarny Calvinist, Felps did not recognize divorces and believed that any sexual deviations - from incest to adultery - should be punished by death, in strict accordance with the book Levita from Moses Pentateuch.

Terrorist attacks, natural disasters and sacrifices in military conflicts - God's punishment for the fact that the state is tolerant to LGBT. “The same -sex marriages are impudent slap in the face, an insult to an almighty Lord. You think that he will allow the United States, England and other vicious world to avoid punishment for this? .. God fools you, forcing you to get involved in the war [in Iraq and Afghanistan] to punish you. And any preacher who speaks differently is a false prophet from hell! ” - said Felps.

Everyone who does not recognize these facts and does not try to fight such a state of things - sinners, and after death they will go to hell. The struggle is the necessary attribute of salvation - according to Felps, it is to constantly and as loudly remind people that they live in sin and the Lord hates them.

Felps considered all other Protestant denominations, as well as the Catholics, Orthodox, and generally called all modern Christianity with its focus on love by the Bible interpretation of the Bible. Jews accused of the murder of Christ, and Barack Obama declared an antichrist. Felps with Islam was somewhat more complex. On the one hand, he publicly called the Prophet Muhammad “a lecher and a pedophile obsessed with demons”, and one of the parishioners on the picket burned the Qur'an in front of a Muslim who buried his wife that day.
On the other hand, in 1997, the pastor wrote a letter to Saddam Hussein, giving him praise for the fact that his regime is the only one among Muslims who "allows him to freely preach the Word of God on the streets." The last president of Iraq not only read this letter, but also issued permission to a friendly visit to the delegation of the church. Several members of the community soon flew to Baghdad and stood on Iraqi streets with posters for a week, where the then US President Bill Clinton, his wife Hillary and anal sex were condemned.

Once community members picketed Swedish vacuum cleaners

But the well -known community became precisely thanks to its homophobia.

The church began to conduct demonstrations against homosexuals in 1991, when they organized several pickets in the Gage Park of the Topica, which was considered the place of meetings of local gays. But the Church was truly able to attract attention in 1998, after the murder of Matthew Shepard, a young man from Wyoming, who was robbed, beaten and left to die because he was gay. Felps with supporters then picked the funeral for the first time, and the pastor even proposed to erect a monument with the inscription “Matthew Shepard, ended up in hell on October 12, 1998 for neglecting the warning of God:“ Do not go to a man as a woman, this is an abomination (Levita 18:22) ”.

On the way to the church for the funeral, the mourning relatives of Shepard passed by the picket. Among the protesters was Fred Felps with his own person, with a sign “God Hates Fags” (God hates fagots. - Approx. Aut.) In his hands. The procession, like protesters, was shot by the correspondents of the country's largest television channels, and publications on this occasion caused violent indignation in American society. Felps decided that this was a success. The phrase from his poster became the main motto of the church. The same slogan was reflected in the domain of her official site - Godsfags.com. Since then, the sect began to picket the funeral on an ongoing basis.

Since 1991, according to the Church website, they have arranged only more than 63 thousand pickets in 1033 cities of all fifty states of the country, and not everything at the funeral of the military. Once community members picked up household appliances, where Swedish vacuum cleaners were sold. In Sweden, then there was a trial over the pastor, who was accused of exciting hatred because of his homophobic statements. This in the eyes of the Church made the whole country guilty, and therefore the owner of the store that sold the goods produced there.

Inside

Megan Felps Roper was born on January 31, 1986. She belonged to the third generation of parishioners of the Baptist Church of Westboro - Fred Felps was her grandfather. Mother Megan, Shirley Felps Roper, was actually his deputy and ruled all the daily cases of the church since Fred became weighed by their age. Nevertheless, he held everyone in the hedgehog mittens and acted as the supreme leader almost until his death.

Like other members of the community, Megan took part in protests from childhood. Since most of the parishioners were relatives, the exit to the picket for her was a kind of family picnic. Together they loaded in a pickup or minivan, came to the place, everyone chose a sign to their taste, everyone got into places and began to scream insults to passers -by - or participants in the ceremony, if they were a funeral. Periodically, the “family” began to sing their own compositions on the motive of the famous pop hits, ringing the words of the original: so, the hit of Michael Jackson “We Are the World” turned into “Gods the World”, and the New Year's “Jingle Bells”-in “Off to HELL”. A full list of remakes is available on the Church’s website, it is impressive.

After completing the action, they stacked their posters in the pickup body and drove home. Despite the atmosphere of universal hatred in which the pickets took place, Fred Felps, and later - Shirli knew how to present the rejection of others as another evidence of their own rightness and the reason to rally even more.

In 2007, British journalist Louis Tero shot the documentary “The most hated family in America” about the church. There he shows the relationship between her members: they smile at each other, prepare together, play bowling, spend almost all the time together and generally give the impression of friendly people while they talk on abstract topics. The land plots on which they are at home are not even divided by fences among themselves. On general, for all space, a trampoline, a pool, a playground and a treadmill are installed.

However, this idyll had the opposite side. Any doubt about the doctrine of the Church was seen as an uprising against God himself. Meghan recalls that from early childhood, she often quoted her a book of the Prophet Jeremiah, which says that if your loved one approaches you and secretly offers to serve other gods, then such a person needs to be scored with stones, and you must abandon the first stone. About any doubts - their own or other members of the community - it was necessary to immediately inform parents or pastor. “It was the culture of the knocking,” Megan says.

From childhood, parishioners were told that the whole world outside the church is hostile and is a pure evil. Humanity inhabiting him was mired in sin, and most importantly, it is doomed to get into hell after death. Most of the participants went to public schools and studied at universities, but the manner of behavior instantly set up from childhood instantly tuned with aggression and misunderstanding against the children. The children of the Church were only once again convinced of the hostility of others. When they became adolescents, they were forbidden to make any strong ties with peers, especially romantic. According to Megan’s memoirs, she from childhood understood that she would never marry, because the vast majority of the sect members were her relatives, and marriage with a person outside was unthinkable. She, like other children, was brought up with the thought that she should devote her life to the service of the Lord - in the vein in which this ministry understood this ministry.

But the apostates were most demonized. With people who left the church, it was necessary to immediately break off all ties and suppress attempts to restore contact. Given that the parishioners practically did not communicate with people from the outside, to leave actually meant losing all their social ties, all relatives and friends.

To keep people in the sect, only moral pressure was used - there was no question of any physical influence. And this has a very logical reason.

The Law of God

Fred Felps was a lawyer - back in 1964, he received a degree and founded a family company, at the expense of which the church financed, on the pickets on a monthly time on air tickets from 200 to 250 thousand dollars. Most of the children and grandchildren followed in his footsteps. As a result, among the parishioners there were many lawyers who perfectly understood how the law worked.

The first amendment to the American Constitution forbids Congress to maintain any religion, as well as adopt any laws that would limit freedom of speech. This protected the church from claims from the state. And in order to protect themselves from the anger of ordinary Americans, the community resorted to the help of the state itself: each time before going to the picket, the community members informed the police about their intentions and asked to send several employees so that no one attacked them. And the police, guided by the job description, almost always did so. This is what allowed the Baptist Church of Westborough not only not to become a victim of the violence of others, but also to reach the logical limit in their provocative speeches: picketing of the funeral of military personnel.

The army in the United States relate to Petit: those who died in the war are considered heroes, their families enjoy universal respect. In 2005, when the country waged two wars, which were considered as fair retribution for terrorist attacks, this was doubly true. It was then that Felpsu first came up with the idea of ​​arranging a protest on a panchid of a soldier - Private Carrie French, who was killed in Iraq as a result of an explosion of a artisanal mine. This action shocked American society, once making a felps community the most hated in the country. In the future, such pickets became regular.

They passed according to a similar scheme. One of the aunts Megan constantly monitored the website of the US Department of Defense, monitoring the information about the dead. Seeing that someone was killed and will be buried soon, she published a joyful exclamation and informed other members of the community about this. On the appointed day, they woke up, had breakfast together and went to the room where Plotter and Plotes stood with posters. Everyone chose to their taste. Especially popular were:

"Veterans - fagots"
"Thank you, God, for the dead soldiers!"
"Fagot troops"
"God is your enemy"
"God: the USA is terrorists"

Having taken the poster or several (the members of the sect even developed the butterfly technique, which allowed to keep two posters in each hand), the company sat down on cars and went to the airport. In such “visiting delegations” there were usually two or three dozen people, including children. Arriving at the place, they chose a position next to the route of the procession of grieving, unfolding posters and began to shout that God hates fagots and, as a result, America and its armed forces. Someone with American flags tied to boots went back and forth, every step of the muging banner. Others dragged on a song on the motive of the patriotic song “American the Beautiful”: “Oh, the wicked land of sodomites, your worldwide shopping center is no longer. With falling planes and burning lights, these souls flew to hell ... ” The drivers passing by signaling, yelling at the group obscenities and showed the middle finger; The protesters answered the same. Nearby, with stone faces, there were cops and journalists worked, who tried to interview someone from the church-most often Shirley played in this role. Not sparing the epithets, she cursed disgusting, shameful, nasty, evil sodomites that will fall into hell on the camera.

By the church, trying not to pay attention to all this booth, the crying relatives of the deceased, his friends and colleagues passed. After the funeral, people in military uniform carried out the coffin covered with a large American flag and carried to the grave. Under the volleys of the salute of the honorary escort and the cries of man-pidor veterans betrayed the earth. After that, the community members calmly folded their posters and went home. Их совершенно не смущал чудовищный контраст между похоронной церемонией и их своеобразной акцией. «К тому, что случилось на этой войне, мы относимся как к Божьей каре; Господь наказывает эту злую нацию за то, что она презрела все нравственные императивы, и теперь ей грош цена», — заявлял по этому поводу Фред Фелпс.

Конечно, не всегда всё проходило так гладко. На членов общины не раз подавали иски, и суды штатов даже пару раз вставали на сторону истцов. Но юридическая машина Фреда Фелпса работала без перебоев: в конце концов апелляционная инстанция объявляла его и Церковь невиновными. Самым известным таким случаем стало дело «Фелпс против Снайдера»: Баптистскую церковь Вестборо и её руководителей обвинили в клевете, умышленном вторжении в частную жизнь и намеренном причинении эмоционального страдания на похоронах капрала Мэтью Снайдера. Их признали виновными и наложили штраф в 10,9 миллиона долларов, но в конечном счёте Верховный суд отменил вердикт и даже присудил им компенсацию судебных издержек в размере 16 тысяч долларов.

@jewlicious

Меган Фелпс тоже была юристом. В фильме Луи Тэру мы можем видеть её: приветливая 21-летняя студентка колледжа, уверенная в правоте идей своей церкви. В кадре она рассказывает журналисту, что отказывается от предложения однокурсника выпить вместе чашечку кофе, даже если он ей нравится.

Через пять лет Меган покинула Церковь и стала самым знаменитым её критиком. Но обращение Меган произошло постепенно. Через твиттер.

Церковь не запрещала своим прихожанам контактировать с внешним миром. В 2008 году Меган узнала о твиттере и зарегистрировалась в нём — первой среди товарищей по общине. Она вызвалась взять на себя освещение акций Церкви и вскоре стала её главным рупором в этой соцсети. Меган постила фото с пикетов, новости общины, доносила позицию Церкви и на цитатах из Библии доказывала, что гибели американских солдат следует радоваться, ибо Господь всеблаг, даже когда карает нас за толерантность к ЛГБТ.

Также в официальном аккаунте Церковь благодарила Бога за СПИД, радовалась смерти разных политиков и деятелей культуры, сулила всем мучения в Аду и призывала покаяться — всё это с отсылками к поп-культуре и смайликами. Твиттер Меган быстро набрал больше тысячи подписчиков — в основном её фолловили как забавного фрика. Большинство людей, с которыми она дискутировала, писали ей гадости, но были и исключения. Одним из них стал программист из Иерусалима и иудейский активист Дэвид Абитдол, зарегистрированный под ником @jewlicious. Он не стремился оспаривать убеждения Меган в целом, а находил противоречия в риторике Церкви, пользуясь её же оружием — цитатами из Библии.

«О, нечестивая земля содомитов, твоего Всемирного торгового центра больше нет»

Первые сомнения в доктрине появились у Меган после спора о постере «Смертная казнь для пидоров», который она держала на одном из пикетов. Абитдол спросил, почему она держит такой плакат, и она привела ему те самые цитаты из Книги Левит и Послания к римлянам, на которые всегда ссылался Фред Фелпс. «Да, — ответил Абитдол, — но разве Иисус не сказал „Кто без греха, пусть первый бросит камень“?» Она ответила, что Церковь не бросает камни, а лишь проповедует, но Абитдол возразил: «Ага, но вы призываете, чтобы правительство бросало камни». В этот момент Меган внезапно поняла, что эта фраза — никакая не метафора: Иисус говорил именно о смертной казни, о забивании камнями. И их Церковь, и она лично защищали эту практику.

Меган не нашлась что возразить, а Абитдол продолжал. Он спросил: «А что по поводу той прихожанки вашей Церкви, которая родила вне брака?» Он намекал на Ширли Фелпс-Ропер: в колледже, ещё до свадьбы с отцом Меган, у неё была интрижка с человеком не из церкви, в результате которой родится её старший брат Сэм. Меган также ответила заготовленной фразой, что в глазах Бога образец поведения — это не безгрешность, а покаяние, а Ширли покаялась и больше не повторяла свой грех прелюбодеяния. «Да, — согласился Абитдол, — но у тех, кого казнят, как того требует Книга Левит, нет возможности покаяться».

Этот диалог привёл Меган в смятение. Не зная, что ответить, она обратилась к человеку, который всегда решал её проблемы с верой, — к матери. Ширли Фелпс-Ропер выслушала её и повторила всё те же пассажи из Книги Левит и Послания к римлянам. Меган не поняла, как этот ответ разрешает противоречие, на которое обратил её внимание Абитдол, однако Ширли сменила тему.

После этого разговора Меган отнюдь не сразу поняла ошибочность тех догм, на которых была воспитана. Она всё ещё считала учение Церкви верным — во всём, за исключением этого маленького противоречия. Но с этого момента она перестала держать плакат «Смертная казнь для пидоров» — потому что понимала, что если во время протеста ей зададут по его поводу те же самые вопросы, ей нечего будет ответить.

Resistance

Противостояние с американским обществом далеко не всегда находилось для церкви в юридической плоскости, и прихожане понимали, что закон не может защитить их от всего. В частности, они проявили осторожность после покушения на популярную конгрессвумен Габриэль Гиффордс. В 2011 году, когда она выступала перед избирателями в городе Тусон, на неё напал сумасшедший и ранил в голову, как и ещё шесть человек, включая девятилетнюю девочку. Когда Церковь анонсировала акции на похоронах жертв, местный парламент принял экстренный закон, запрещающий любые протесты в радиусе ста метров от похорон.

Жители Тусона также были возмущены: так, представители местного университета заявляли, что около тысячи студентов готовы встать «живым щитом», закрыв скорбящие семьи от протестующих. Взвесив все за и против, Ширли Фелпс-Ропер заявила, что Церковь отказывается от проведения пикетов в обмен на тридцать минут эфира на местных радиостанциях. Впрочем, Меган помнит эту историю несколько по-другому. По её словам, Церковь отказалась от акции после визита агента ФБР и представителя полиции, которые заявили, что местные силы правопорядка не смогут защитить их от толпы.

Это было не единственным случаем, когда действия Церкви вызвали организованное противодействие. Часто на их пикеты приходила организованная толпа и закрывала их собой от тех, перед кем они протестовали: либо своими телами, либо огромным американским флагом. В какой-то момент появилась постоянная группа байкеров, называвшая себя Патриотическими стражами-наездниками (Patriot Guard Riders). Эти байкеры следили за планами Церкви, ездили за её прихожанами по всей стране, парковались рядом с пикетом и заглушали рёвом газующих моторов из лозунги. Кроме того, активность Церкви вылилась в целую серию законов штатов, которые запрещали пикеты на определённом расстоянии от похорон, за определённое время до их начала и после окончания.

У штаб-квартиры Церкви проводили прайды, в 2012 году некоммерческая организация Planting Peace выкупила частный дом через дорогу и назвала его «Домом равенства», покрасив в цвета флага ЛГБТ. Сайты Церкви многократно взламывались, личные данные прихожан выкладывались в открытый доступ. А в 2016 году главное здание Церкви появилось на карте Pokemon Go. Оно стало «тренажёрным залом» под названием «Любовь — это любовь», а охраняет его покемон Клефейри . Церковь не замедлила объявить Pokemon Go содомитской игрой.

Но не всегда всё проходило так мирно. В 1995 году во дворе Ширли Фелпс-Ропер взорвалась самодельная бомба — к счастью, никто не пострадал. Через год были арестованы два человека, которые признались, что таким образом хотели расквитаться за гомофобный пикет Церкви в местном университете. В 2010 году ветеран-инвалид Райан Ньюэл был арестован на парковке рядом с административным зданием, где у членов общины проходила встреча. В его машине нашли кучу оружия и патроны.

Однако в обоих случаях наказание было откровенно издевательским. Одного из организаторов взрыва приговорили к штрафу в 1751 доллар, шестнадцати дням тюрьмы и ста часам общественных работ, второй вовсе избежал наказания. Райан Ньюэл был признан виновным не в терроризме, а в покушении на нападение с отягчающими обстоятельствами и приговорён к двум годам условно.

Escape

К 2012 году Меган Фелпс-Ропер уже не была такой фанатичной последовательницей Церкви. Твиттер стал для неё своеобразной машиной эмпатии, которая позволила ей разглядеть в других пользователях людей, а не отвратительных грешников, которые попадут в Ад. Большинство собеседников издевались над ней и язвили, но находились и те, кто общался с ней доброжелательно и даже становились её приятелями. В отличие от пикетов, где люди в основном кричали оскорбления ей в лицо, — тут она видела в своей ленте их семейные фотографии, котиков и другие аспекты личной жизни.

С пользователем по имени @F_K_A, у неё даже возникло нечто вроде подросткового романа по переписке. Он был вежлив и доброжелателен, не знал Библию наизусть, но в диалогах всегда взывал к её человеческим чувствам. Однажды она дала ему свой ник в онлайн-игре в скрабл, и они стали общаться во внутреннем чате, не ограниченные 140 символами твиттера. В один прекрасный день Меган приснился романтический сон, главным героем которого был @F_K_A, хотя Меган никогда не видела его лица. На следующий день она написала ему, что они больше не могут общаться, и удалила свой аккаунт в скрабле. @F_K_A удалил свой твиттер.

Члены общины должны были наблюдать за тем, что происходит во внешнем мире, чтобы общаться с адресатами своей «проповеди» на понятном им языке. Меган, как и другие члены общины, выросла на телешоу и книгах Стивена Кинга и на популярной музыке. При этом, правда, необходимо было держать в уме, что эта культура — детище отвратительного мира, принявшего повальную содомию. На крайний случай рядом всегда находились другие члены общины, чтобы напомнить об этом. Но в своей твиттер-жизни Меган оказалась в какой-то степени сама по себе — и это изменило её.

В декабре 2009 года 23-летняя Меган прочитала в твиттере новость о смерти поп-певицы Бриттани Мерфи. Когда она сообщила об этом другим членам общины, они отреагировали ликованием и начали поздравлять друг друга с очередной карой, которую обрушил на греховное человечество Иисус. Но Меган было грустно. Ей очень нравилась песня Бриттани «Clueless». Продолжая читать твиттер, она увидела множество постов скорби и сожаления о смерти певицы. Меган поняла, что почувствует себя подонком, если запостит радостный твит по этому поводу, как того обязывало её положение. Она так и не смогла заставить себя сделать это.

Такое поведение было совсем не похоже на пятнадцатилетнюю Меган, которая, услышав о терактах 11 сентября, закричала «Шикарно!» — к ужасу своих одноклассников.

В 2016 году главное здание Церкви появилось на карте Pokemon Go

В июле 2011 года Меган наткнулась в твиттере на фоторепортаж о голоде в Сомали. На одной из фотографий она увидела умирающего младенца — и расплакалась. Мать спросила её, в чём дело, и Меган показала фотографии. Ширли быстро сочинила восторженный пост для блога, в котором благодарила Господа за голод в Африке и писала, что «Бог терпелив, но всегда воздаёт нечестивцам по заслугам». Как и в случае с Бриттани Мерфи, Меган удивилась, насколько её реакция отличается от реакции других членов общины. Но если в прошлый раз первой её мыслью было, что что-то не в порядке с ней самой, то на этот раз она сразу подумала: что-то не так с Церковью.

Меган пробовала говорить о своих сомнениях с другими членами общины, но с пониманием к ней отнеслась только младшая сестра Грейс. Известная в общине своим немного бунтарским нравом, Грейс была единственным человеком, который мог ответить «да, ты права, это бессмыслица» на какой-то теологический вопрос, вызывающий сомнения в истинности их веры.

Меган точно помнит момент, когда плотину прорвало окончательно: 4 июля 2012 года она красила стены в подвале своего друга и вдруг поняла, что ей придётся уйти, больше она этого не выдержит. Но она не могла бросить Грейс.

На следующий день Меган пришла к сестре и, расплакавшись, предложила уйти вместе. «Да — ответила сестра, — но ведь тогда мы потеряем всё, что имеем, и всех, кого знаем. Мы никогда не увидим нашу семью. К тому же внешний мир — зло, а люди из него неспособны на счастье и всего лишь подталкивают друг друга на пути в Ад». Но Меган уже просто не могла находиться в общине, да и Грейс разделяла многие её сомнения — они были очень близки с сестрой, несмотря на семилетнюю разницу в возрасте. Следующие четыре месяца они провели в метаниях и спорах, раздумывая, как им покинуть Церковь и стоит ли это делать вообще.

Четыре месяца они втайне от всех складывали коробки с вещами дома у своего знакомого — школьного учителя английского, с которым продолжали поддерживать связь через твиттер. Всё это время Меган пыталась примирить свои сомнения со взглядами Церкви, разговаривая с родителями, однако это заканчивалось только ссорами.

В это время они узнали, что в общине есть семейная пара, которая тоже подумывает об уходе. Они быстро подружились и стали строить планы совместного побега. Через какое-то время отношения в паре расстроились, и муж сообщил Меган и Грейс, что они собираются разводиться. У Грейс завязался короткий роман с этим человеком. Об отношениях узнала жена и отправила родителям сестёр письмо с изложением событий, включая планы о побеге.

В воскресенье, 11 ноября 2012 года, после церковной службы, родители попросили Меган и Грейс зайти к ним в спальню. Отец достал письмо и начал зачитывать его вслух. «Я почувствовала, как будто мир вокруг меня разваливается на части, и я не хочу быть здесь, чтобы видеть это», — вспоминала Меган потом. Она повернулась к сестре и сказала, что им надо уходить прямо сейчас. Мать пыталась успокоить девушек. «Что ты хочешь, чтобы изменилось в Церкви?» She asked. «Я хочу, чтобы ты и все остальные уехали вместе с нами», — ответила Меган. Родители опешили и не нашлись что ответить. Девушки молча отправились в свои спальни собирать оставшиеся вещи.

Пока они паковали чемоданы, вокруг начала собираться толпа родственников, друзей и товарищей по общине. Меган и Грейс были слишком на взводе, чтобы внятно объяснить, почему они уезжают, но быстро стало ясно, что отговаривать их уже поздно. Семья не стала физически мешать им покинуть территорию общины. «Это армия добровольцев, — услышала Меган, — если ты не хочешь здесь быть, значит, тебе здесь не место». В тот же вечер отец отвёз их ближайшему отелю и уехал навсегда.

Двадцатишестилетняя Меган имела образование финансиста, но никогда не работала нигде, кроме семейной фирмы. Грейс ещё училась в школе. Членам общины разрешалось иметь деньги, но их особенно не на что было тратить, кроме авиабилетов, так что сёстры не могли скопить много. За две недели до этих событий, переборов свой инстинктивный страх и отвращение перед бывшими членами общины, Меган связалась со своей кузиной Либби, которая покинула Церковь за несколько лет до этого. Хотя они не общались несколько лет, Либби сразу же предложила девушкам пожить у неё первое время. Они с радостью согласились, но оказалось, что жить рядом с бывшим домом морально тяжело, ведь они почти каждый день сталкивались с представителями общины, которые устраивают в Топике по несколько пикетов каждый день. Через месяц девушки переехали в город Дэдвуд в Южной Дакоте.

Вскоре после ухода сестёр Церковь была вынуждена объявить, что Меган и Грейс больше не принадлежат к общине, — в первую очередь потому, что к тому моменту твиттер Меган был одним из главных публичных рупоров организации. Увидев это объявление, Дэвид Абитдол связался с Меган и пригласил их выступить на фестивале еврейской культуры Jewlicious, основателем которого он был. До этого они даже несколько раз виделись: Меган участвовала в пикетах рядом с этим фестивалем, стоя под плакатами «Твой раввин — шлюха» и «Евреи, покайтесь». Меган сомневалась что придётся там ко двору, но сестра уговорила её поехать. Когда другие участники узнали, что эти гомофобные мракобесы из церкви Вестборо выступят на фестивале, они вначале были обескуражены и недовольны. Но когда Меган закончила свой рассказ, весь зал был в слезах.

С этого момента Меган стала публично выступать на разных площадках, рассказывая о Церкви, о своей в жизни в ней и после неё. Самое известное её выступление — речь на конференции TED. Она стала активистом, выступает за права ЛГБТ, пишет книгу о своей жизни и признаётся, что больше не верит в Бога. Сейчас Меган работает в юридической компании, занимающейся правами на недвижимость. Она вышла замуж и родила ребёнка — от Чада Фьелланда, того самого @F_K_A, в которого влюбилась через твиттер, ещё состоя в секте.

Other

Меган Фелпс-Ропер — самый известный, но далеко не единственный человек, покинувший Церковь. Ещё в 1980-м, до пикетирования похорон и поездок к Саддаму Хусейну, из неё ушёл дядя Меган — Нэйтан Фелпс. Лорен Дрейн, дочь человека, который пришёл снимать документальный фильм о секте в 2000-м и вскоре стал её членом, была изгнана из неё в 2008-м за сомнения в правильности доктрины. Она написала об этих годах книгу. Ещё несколько бывших членов общины предпочитают не афишировать подробности своей прошлой жизни. Последний из ренегатов на сегодня — младший брат Меган и Грейс Зак, который ушёл в 2014 году. Помимо рассказов этих людей, мы практически ничего не знаем о том, что происходит внутри Церкви.

Фред Фелпс скончался от рака 19 марта 2014 года. По некоторым данным, перед смертью он был тайно отлучён от управления за то, что высказывал фундаментальные сомнения в правильности курса Церкви, хотя официальные представители это опровергают. Сейчас организацию возглавляет группа из восьми влиятельных мужчин из второго поколения прихожан, один из которых — отец Меган. Сама Фелпс-Ропер, несмотря ни на что, сохранила о Фелпсе тёплые воспоминания и продолжает ласково называть его «gramps» (дедуля). «Он мог быть ужасно смешным и очень милым. Он пел нам песенки из 40-х и давал нам ласковые прозвища. Я скучаю по нему», — вспоминает она. На двухсполовинойчасовом интервью у Джо Рогана вопрос про смерть её деда был единственным, на который она отказалась отвечать, сказав, что сейчас расплачется.

Фелпс-Ропер сохранила о Фелпсе тёплые воспоминания и продолжает ласково называть его «gramps»

После ухода Меган и Грейс все члены общины порвали с ними связи. Семья больше не звонит, не пишет и забанила их в твиттере — теперь сёстры не видят посты своих родственников. У Меган есть секретный анонимный аккаунт, с которого она смотрит, что происходит с членами её бывшей семьи, — для неё это единственное окно в прошлую жизнь. Вместе с этим она понимает, что свои тайные аккаунты могут вести и члены её общины. Поэтому, критикуя Церковь, она до сих пор старается избегать излишне резких выражений, чтобы не отвратить этих людей от внешнего мира, — на случай, если они тоже её читают. Точно так же она уверена, что некоторые члены церкви слушают её выступления о Вестборо, — и надеется, что Церковь изменится к лучшему.

То ли благодаря усилиям Меган и других ренегатов, то ли в результате внутреннего кризиса Баптистская церковь Вестборо действительно становится всё более умеренной, хотя и остаётся достаточно безумной.

Одним из лозунгов Церкви, которые Меган не принимала, был «Пидоры не способны покаяться». Она называла его в числе прочих в тот день, когда родственники в последний раз пытались отговорить её от ухода. Через два года, уже после смерти Фелпса, Меган увидела в ленте своего тайного твиттера ссылку на официальный сайт Церкви. Статья называлась «По поводу этого знака „Пидоры не могут покаяться“...». Пост был официальным заявлением, что Церковь отказывается от дальнейшего использования этого слогана, потому что Бог всемогущ, и если он захочет… Дальше шли цитаты из Священного Писания.

Через несколько лет после ухода Меган удалось связаться с отцом. У них возникла дискуссия о практике «проклинающих молитв», когда по пятницам члены общины выпускали листовку с надписью «Спасибо, Господи, за N убитых солдат, мы молимся ещё о N тысяч». Она сказала, что это прямо противоречит заветам Иисуса и Павла о том, что надо любить своего врага. Отец не согласился с ней и в тот же день выложил видео, где объяснял с цитатами из Библии, почему Церковь прибегает к проклинающим молитвам. Но через восемь месяцев на проповеди он сказал о необходимости любить своих врагов. А ещё через две недели Церковь обновила текст листовки. Новая версия гласит: «Спасибо, Господи, за N убитых солдат. Так как Господь — наш властелин, мы должны благодарить его за всё».