Привет, «Открытая Россия»!

Оппозиционное движение самоликвидировалось, чтобы прекратить преследование активистов, но правоохранителей это не остановило

С прошлой недели из заголовков новостей не пропадает «Открытая Россия»: вчера издание «7x7» сообщило о срыве показа фильма об активистке ОР Анастасии Шевченко 31 марта в Саранске. В тот же день «МБХ медиа» стало известно о том, что на краснодарского активиста и эколога Евгения Витишко составили протокол по статье 20.33 КоАП («Осуществление деятельности нежелательной организации») за репост видео с поэтического вечера «Открытки» в Facebook.

Это происходит на фоне ликвидации незарегистрированного сетевого движения «Открытая Россия», произошедшей 30 марта в Риге, и создания общественной организации под тем же названием на следующий день. Председателем организации стала юрист «Правозащиты «Открытки» Анастасия Буракова.

Руководство незарегистрированного движения «Открытая Россия», созданного Михаилом Ходорковским в 2016 году, подало в Минюст документы на создание одноименной организации. Это решение Андрей Пивоваров, возглавлявший до недавнего времени ОР, объясняет желанием прекратить уголовное преследование их активистов со стороны правоохранительных органов: помимо привлечения по статье 20.33 КоАПа на двух активистов завели уголовные дела — на члена совета «Открытой России» Анастасию Шевченко и на бывшего координатора движения в Екатеринбурге — журналиста Максима Верникова.

В 2017 году Генпрокуратура признала «нежелательной» в России британскую организацию OR Otkrytaya Rossia, юридически не связанную с российским движением. Это не помешало привлекать российских активистов как до, так и после ликвидации «Открытки».

Поэтический вечер «Открытая капуста», прошедший в Краснодаре еще в 2018 году, стал поводом для двух «административок» в марте этого года. Так, 19 марта стало известно о составлении административного протокола за сотрудничество с «нежелательной организацией» на поэта Максима Дроздова: на видео, где он читал стихи, есть логотип ОР. За репост этого видео повестку в прокуратуру получил и Евгений Витишко.

В материалах дела Витишко значатся 6 скриншотов с его страницы в Facebook с «запрещенным» логотипом, рассказывает в разговоре с «Новой» Алексей Аванесян, адвокат активиста.

Сам Витишко тоже был на поэтическом вечере и читал свои стихи, написанные в заключении: он был осужден за порчу забора экс-губернатора Краснодарского края Александра Ткачева (вместе с другими экоактивистами Евгений Витишко в 2011 году провел инспекцию летней резиденции Ткачева в Голубой бухте — они считали размещение дачи губернатора на лесном участке незаконным). Однако правоохранители привлекают его не за чтение своих стихов, а за репост чужих.

Даже то, что движение ликвидировано, вряд ли повлияет на ход дела, считает адвокат.

Срыв публичного показа фильма об Анастасии Шевченко, обвиняемой по статье 284.1 УК РФ (за деятельность в «нежелательной организации»), прошел в Саранске на следующий день после прекращения деятельности движения — 31 марта.

Один из организаторов показа Евгений Пашуткин сообщил об изъятии моноблока, на котором показывали фильм. Он рассказал, что представители правоохранительных органов прибыли по анонимному звонку и были уверены, что это незаконный сбор членов партии «Открытая Россия». Ему пришлось объяснять, что такой партии не существует.

При этом сами полицейские, как говорит Пашуткин, выглядели растерянно и не очень понимали, что происходит.

— Был такой момент: я всем рекомендовал почитать 51-ю статью Конституции [позволяет не свидетельствовать против самих себя]. Один парниша лет семнадцати растерялся, когда ему задавали вопросы, а

я ему говорю: «Дружище, зачем ты ему отвечаешь? Перечитай 51-ю статью, сэкономишь время себе и им. Думаешь, им здесь охота сидеть?» Один полицейский тайком улыбнулся и кивнул.

Активист считает, что на него могут составить административный протокол за сотрудничество с нежелательной организацией: его заверения, что движение ликвидировано, на полицейских не оказало никакого эффекта.

Срыв мероприятий в «Открытой России» в Саранске происходит не впервые: прямо на открытие регионального отделения в октябре прошлого года пришли правоохранители:

— Было то же самое: на собрание ворвались полицейские, причем половина — те же самые, знакомые лица. Их тоже вызвали анонимным звонком. Примерно через месяц мне пришла повестка в прокуратуру.

Помимо саранского отделения «Открытки» штабы организации существуют еще в 47 регионах России. Пока организация ожидает ответа от Минюста (это может занять до 30 дней), на конференции в Риге успели выбрать ее председателя — юриста Анастасию Буракову.

— Мы подали документы в Минюст в полном соответствии с законодательством об общественных объединениях, поэтому шанс [регистрации] есть, — считает она. — Конечно, вопрос лежит в политической плоскости: если будет политическая воля не регистрировать, они найдут, к чему придраться, в том числе и к абсолютно правильно оформленным документам.

Последние привлечения по административным статьям за сотрудничество с ОР Буракова считает незаконными: «Правоохранительные органы здесь действуют вне рамок правового поля — решение о ликвидации уже было отправлено в Генпрокуратуру и Минюст. Привлекать к ответственности за сотрудничество с нежелательной организацией сейчас нельзя. Хотя и раньше это было ни на чем не основано».

Юрист уверяет, что «Правозащита «Открытки» и дальше будет заниматься уголовными делами Анастасии Шевченко и Максима Верникова и будет обжаловать уже вступившие в силу решения суда по административным правонарушениям активистов.