Бигбит из-за железного занавеса. Артемий Троицкий вспоминает не только Карела Готта

Хедлайнеры сто восьмого выпуска программы "Музыка на Свободе"​ – исполнители неблагонадёжной рок-музыки из Чехословакии. Рок-критик Артемий Троицкий связан с этой несуществующей уже страной сентиментальными воспоминаниями, и это даёт ему дополнительное право покопаться в старых музыкальных записях.

Я давно хотел сделать эту программу, но материала не хватало. Но вот вышел сборник Czech Up! Volume 2, и материал с него заполнил пробелы. Речь пойдёт о модной чехословацкой музыке конца 60-х и начала 70-х годов. Тема эта мне более чем близка: с 1963-го по 1968 год я, трудный подросток, жил в Праге, где родители мои работали в редакции международного журнала "Проблемы мира и социализма". Рок-музыку, которую тогда в ЧССР называли "бигбит", я впервые услышал осенью 1963 года и немедленно к этой музыке проникся. Поначалу я слушал только пластинки, в основном синглы, которые имелись у моих школьных товарищей из западных стран. Французские я одалживал у Жан-Пьера и Патрика Бельфруа, итальянские у соседки Кати Моранино, латиноамериканские у Марианы Атиас из Чили. Ну и, конечно, у них всех были Beatles, Rolling Stones, Beach Boys и прочие глобальные знаменитости. Позже я начал, тайком от родителей, ходить на концерты местных пражских бит-групп. Был я там всегда самым маленьким и, признаться, чувствовал себя не совсем в своей тарелке среди волосатых парней в джинсах и роскошных девчонок в мини-юбках. Пива я не пил, да мне бы и не отпустили.

Клубы все были в центре города и назывались Sluničko ("Солнышко"), Olympic, Music F-Club, и концерты там проходили каждую неделю. Вскоре я узнал все главные чешские группы того времени, и у меня появились свои фавориты. Групп было десятка два; самыми известными были Matadors, Rebels, Olympic, Framus Five, Beatmen из Словакии, Synkopy 61. Моими любимыми были The Primitives Grpup, которые исполняли исключительно американскую психоделику. И ещё две группы, тоже психоделические, с ревущими фузз-гитарами и свингующими электроорганами, но певшие собственные песни по-чешски. Это были George & Beatovens и Flamengo. У меня были (и до сих пор хранятся) все их синглы. В том числе с любимыми песнями "Ложь безумного поэта" и "Казнь одной блондинки", представленными в сегодняшнем выпуске программы. Пластиночки, однако, за годы запилились на проигрывателе "Юбилейный", и использовать их на радио возможности не было.

George & Beatovens с композицией "Ложь сумасшедшего поэта"

Чешская сцена того времени была довольно качественной и разнообразной; цензура себя особо не проявляла, и даже "попсовые" народные любимцы вроде Карела Готта выступали с электрическими составами, играли рок-н-ролл и позволяли себе петь по-английски. Трагический перелом случился, разумеется, в августе 1968 года. Сказать, что после оказания "братской помощи" вся актуальная музыка тут же обрушилась, было бы преувеличением: гайки завинчивались постепенно ещё года полтора. Навалилась коммунистическая цензура, "идеологически вредная" музыка выдавливалась в подполье, клубы закрывались. Очень многие артисты эмигрировали, в основном в ФРГ. В их числе была и Ивонна Пршеносилова, очень красивая девушка, исполнительница знойного хита "Пойдём вместе в подвальчик", выступавшая с группой Apollobeat. Кстати, и всенародный кумир Готт несколько лет провёл на западе Германии, где прекрасно освоил немецкий язык и тоже стал суперзвездой по кличке "Пражский соловей".

Карел Готт с песенкой "Я никогда не был таким молодым"

В 70-е и 80-е годы музыкальная ситуация в Чехословакии стала очень похожей на советскую. Настоящий рок был полностью вытеснен из публичного пространства на секретные сходки и на квартирники и подвергался полицейским преследованиям. Это, впрочем, не помешало флагманской чешской андеграунд-группе Plastic People of the Universe прославиться на весь мир, а их менеджеру и вдохновителю Ивану Йироусу (начинал, кстати, в Primitives Group) угодить в тюрьму. Что до официальной сцены, то она формировалась по лекалам "старшего брата": появилась масса весёлых ВИА, всячески поощрялась народная музыка и традиционная эстрадно-шлягерная песня. В этой среде, как и в СССР в 70-е, бурно расцвёл "бессловесный" джаз: блистали флейтист Иржи Стивин, вибрафонист Карел Велебны, интереснейший ансамбль SHQ. Самые талантливые из профессиональных композиторов, как и наши Геннадий Гладков, Микаэл Таривердиев и Александр Зацепин, ушли в киномузыку, сочиняя изысканные и, как правило, очень грустные песни. Вроде этой, Rokle, в исполнении Ганы Загоровой, к року отношения не имеющей. В переводе с чешского – "Овраг".

Плей-лист программы "Музыка на Свободе" (выпуск 108):

1. King Krule (UK). The Locomotive, LP The Ooz

2. Khruangbin (USA). Como me Quieres, LP Con todo el mundo

3. Hollywood Sinners (Spain). Chunk of Steel, LP Khome kakka

4. Virginia Wing/Xam Duo (UK). Yesterday's Guest, LP Tomorrow's Gift

5. George & Beatovens (ČSSR). Lež blazniveho basnika, LP Surf Beat Behind the Iron Curtain

6. Flamengo (ČSSR). Poprava Blond Holky, LP Czech Up! Vol.1

7. Karel Gott (ČSSR). I've Never Been So Young, LP Czech Up! Vol.1

8. Yvonne Prenosilova & Apollobeat (ČSSR). Nočni modlitba, LP Czech Up! Vol.2

9. SHQ (ČSSR). V obore, LP Czech Up! Vol.2

10. Hana Zagorova (ČSSR). Rokle, LP Czech Up! Vol.2

11. Nikolai Blad (Finland). Troijan Samovaari, LP Kotinpaluu

12. Gordi (Australia). Long Way, LP Reservoir

13. Camila Fuchs (Mexico/Germany/UK). One on One, LP Heart Pressed between Stones