
Можно ли сон или чтение с экрана назвать виртуальной реальностью? Что происходит, когда физическое пространство человека дополняется смартфоном и мессенджерами? Об этом на митапе Теплицы рассказали микросоциологи, исследователи, основатели Лаборатории виртуальной реальности Мария Ерофеева, Степан Козлов и Нильс Кловайт.

«Лаборатория визуального программирования» стала первой компанией, которая продавала очки и перчатки виртуальной реальности в 1987 году. Тогда технология была популярны в узких кругах программистов. В 2014 году появились очки Google Cardboard как пример массовой формы VR-технологии.
Весной 2019 года компания Facebook выпустила новые портативные очки виртуальной реальности Oculus Rift S. Чем активнее развивается мобильность VR-очков, тем больше виртуальная реальность становится частью повседневной жизни.
«Когда вы надеваете шлем виртуальной реальности с полноценными контроллерами, то у вас появляется шесть степеней свободы движения и полностью заменяется картинка того, что вы видите». Нильс Кловайт
Очередь, место ожидания, публичное пространство – это пространства, где люди не совсем взаимодействуют, но занимают позицию в пространстве и смотрят, что они делают относительно того, что делают другие.

Микросоциологи анализируют пространство смешанных форм взаимодействия. Это пространство, когда одновременно кто-то сидит за столом, кто-то говорит или заказывает еду, кто-то не участвует в разговоре. С распространением Интернета эта концепция изменилась, так как люди физически могли быть в одном пространстве, но общаться с другим человеком в виртуальном пространстве.

В социологии под виртуальной реальностью понимают то, что происходит с человеком, когда на нем VR-шлем. В VR-пространстве люди встречаются, надевая шлемы, и общаются, используя ресурсы, которые доступны через шлем. Приложение Bigscreen дает возможность смотреть запись видео с перспективы того человека, который в шлеме.
«С помощью Bigscreen я захожу в пространство коворкинга, и там два программиста, которые делают совместный проект. И организовать пространство виртуальной реальности важнее, чем созвониться, потому что им важно видеть, как люди друг на друга смотрят, как они кивают, как меняется взгляд». Нильс Кловайт
Виртуальная реальность медленно передвигает нас с пространства, где все было максимально анонимно, в пространство, где социальные отношения имеют большую значимость и вес.
Заменит ли виртуальная реальность физическую? Мария Ерофеева, изучив историю развития технологий, говорит, что нет. Технологии встраиваются во взаимодействие между людьми, не мешая людям общаться в физическом пространстве.

Однако СМИ часто пишут про автоматизацию и вытеснение роботами человека с привычных ролей.
«Образы автоматизации бывают пессимистические из серии: роботы придут и отнимут нашу работу, мы будем бедные. Либо в более позитивном ключе: мы будем развлекаться, а роботы вместо этого будут работать за нас». Мария Ерофеева
Мария Ерофеева подчеркивает, что технологии не замещают человека, а скорее «вплетаются» в его жизнь в виде смартфонов, планшетов, виртуальной реальности. Так, появление мобильных телефонов сильно изменило построение социальных отношений между родственниками. Когда были стационарные телефоны, то родственники подолгу говорили друг с другом. Мобильные телефоны сделали разговоры короче, но увеличили их частоту.
Степан Козлов предложил рассмотреть виртуальную реальность с точки зрения четырех логик разговора о технологиях.

Митап прошел 28 марта 2019 года при поддержке Центра развития благотворительности и социальной активности в Москве «Благосфера».
