Original Material
Элтон, прости, мы скучали
Миф, политика и глэм-рок на 72-ом Каннском фестивале: новые рецензии
В первой половине фестиваля экран окутала мистика. Бразильский психоделический триллер «Бакурау» Клебера Мендонса Фильо и Хулиано Дорнеллес — о городке, который начал исчезать с карт, и «Атлантик» — сенегальский дебют Мати Диоп, буквально напитаны мифологией.
«БАКУРАУ»
&NBSP
В «Бакурау» с первых кадров носятся сквозняки фантастического реализма. В прологе торжественные, красочные похороны матроны, главы бесконечного семейства с маркесовскими персонажами. Но очень скоро на место мистики является вестерн. В обличье сокрушительного призрака современности — американские глобалисты с автоматами наперевес, бессердечно и глупо убивающие все живое: от мала до стара. Волшебство вмиг превращается в компьютерную игру.«АТЛАНТИК
&NBSP
«Атлантик» — сомнамбулический трип с духами… по следам главного киноволшебника Апичатпонга Вирасетакула, помнящего свои прошлые жизни. Фильм Диоп — микст блуждающего сюжета о мертвом женихе, вселяющимся в тела других, дабы проститься с невестой, и истории женской солидарности (отдаленные мотивы «Лисистраты»). Жаль, автор так и не решила по какому пути идти, сюжет завис между социальностью, мелодрамой и мифом. Лучшее здесь — океан — прекрасное чудовище, пожирающее рыбаков. Странно было бы, если бы Диоп не взяли в конкурс. Все же первая темнокожая женщина-режиссер, номинированная на «Золотую Пальмовую ветвь».«ОТВЕРЖЕННЫЕ»
&NBSP
В «Отверженных» Ладжа Ли, которого именуют «французским Спайком Ли», оказываемся в панельных трущобах небольшого городка. Здесь правят и враждуют друг с другом группировки: исламские братья, чернокожие авторитеты. Местная полиция действует по тем же законам — право сильного. Жертвами замкнутого круга насилия оказываются дети. В начале сверхэкспрессивного фильма-натиска темнокожие мальчишки орут, поддерживая национальную команду в футбольном чемпионате, завернутые во флаг Франции, поют гимн.В финале армия подростков начинает войну против полиции, против страны, которая их не защитила.
Параллели с романом Гюго весьма относительны.
Вот говорят, что слишком много ветеранов в конкурсе. Но после череды необязательных или амбициозных, но не реализованных работ показали фильм 82-х летнего Кена Лоуча, британского соцреалиста, классика мирового кино, выходца из школы «кухонных раковин». Его картина «Прости,мы скучали» — внешне очень простая. Но это зрелое, чувственное, осмысленное и горькое высказывание через призму семьи о современном мире.
«*ПРОСТИ*, МЫ СКУЧАЛИ»
&NBSP
Потерявший свой дом и работу во время кризиса 2008-го Рики (Крис Хитчен), устраивается в фирму развозить посылки. Его жена, соцработник Эбби, вынуждена продать маленькую машину и на автобусе объезжать своих «старичков»: она меняет памперсы, оттирает дерьмо со стен, кормит, ублажает своим нежнейшим тихим голосом (Дебби Ханивуд). Детей — трудного подростка Себа и его младшую сестричку Лизу — родители наставляют в основном по телефону. Постепенно клубок проблем растет, словно снежный ком. И токсичность этих адовых проблем пробирается внутрь семьи. Однажды даже самая сдержанная на свете женщина Эбби сорвется и выскажет по телефону начальнику Рики, все, что она думает. О нечеловеческом отношении к людям, работающим по 12 часов в неделю, шесть дней подряд. И ее хрустальный голос будет звенеть, распугивая всех вокруг.Вроде бы перед нами будни обычной семьи, как говорил классик, «несчастной по-своему». При этом от экрана не оторваться. Лоуч средствами кино, движением камеры, в своей фирменной документальной манере говорит о социуме через интимное.
Он воспроизводит на экране непередаваемое: что такое кровная связь. И что такое надежда… когда надежды нет.
Развивая традиции неореализма, режиссер всей силой страстности (местами даже мелодраматичности) пытается пробиться к усталым современникам. Предыдущая картина «Я, Дэниел Блейк» была на близкую тему. Как же устроен нынешний мир, — спрашивает автор, — если работягам сколь не трудись, не выплыть на поверхность жизни. 82-летний мэтр вновь подвергает критике и гиг-экономику, и государственную политику, направленную против человека. При всей актуальности темы, это вновь вечная история о достоинстве маленького человека в мире. И такие большие мастера, как Лоуч, Бризе, Дарджены, Звягинцев не хотят гасить свой социальный темперамент, погружаясь с головой в «чистое искусство». «Прости, мы скучали» — реальный претендент на «Золотую Пальмовую ветвь». Это было бы уже третье каннское золото для скромного британского социалиста.
Вне конкурса показали «Рокетмена» Декстера Флетчера — музыкальный рассказ об Элтоне Джоне. Про то, как стеснительный очкарик, пианист-вундеркинд Реджинальд Кеннет Дуайт из провинциального городка превратился в икону мировой поп-культуры.
В роли музыканта талантливый актер Тарон Эджертон, который сам поет. Но главное излучает бешеную энергию (которой, кстати, не хватало Рами Малеку в роли Меркьюри в «Богемской рапсодии»). Флетчер самим стилем фильма — гламурностью, блескучестью, эпатажем пытается писать портрет молодого Элтона Джона. Он создает на экране не столько историю, сколько музыкальное зрелище, поп-фантазию.
Если сравнивать «Рокетмена» с недавней «Богемской рапсодией», то авторы решили не слишком ретушировать портрет своего героя. И выиграли.
Возможно, сюжету не хватает глубины. Но авторы сочинили свой самобытный драматический мюзикл с необычайным человеком-ракетой. Здесь и личные травмы Элтона, и проблемы с алкоголем и наркотиками, и глубокая депрессия, и попытка самоубийства, и… отрыв от сцены на своих гигантских цветных платформах — прямо в небо. Фильм напичкан роскошными клипами — камера летает вокруг рояля или рояль летает вокруг камеры — не важно. Голова у вас все равно закружится. И когда прямо на вас будет нестись это чудо с крыльями и в рогатом шлеме и очках-сердечках, роняя перья и стразы, вам станет его нестерпимо жалко. Потому что под сверкающим скафандром из блесток славы, денег и пороков, прячется тот самый маленький мальчик, который со слуха может повторить любую мелодию на рояле или «думая пальцами», сочинить свою мелодию. Маленький мальчик, остро нуждающийся в любви и прощении.
Элтон Джон приехал поддержать картину. В голубом костюме и фирменных очках-сердечках позировал фотографом. А перед премьерой, уже в строгом черном, вместе с Эджертоном они пели «Рокетмена». Песню космонавта, страдающего от одиночества.