Популисты всех стран

Теперь у них есть своя фракция в Европарламенте

По грустной иронии первая пресс-конференция ультраправой фракции Европарламента «Идентичность и демократия» (ID) проходила в зале имени Анны Политковской. Одного из двух главных героев этого события — лидера итальянской «Лиги» и вице-премьера правительства Италии Маттео Сальвини — в президиуме не было. Была Марин Ле Пен, которая всем своим видом излучала радость и торжество победы. Другие персонажи пока малоизвестны.

Новую политическую группу представляли депутаты от партий, которые в последнее время принято называть «популистскими», «евроскептическими», «националистическими», а еще совсем недавно по историческим меркам определяли как «неонацистские».

Справедливости ради надо отметить, что в последнее время они совершили «ребрендинг»,

отказались от старомодного антисемитизма, больше не оправдывают нацистских газовых камер и даже недавно перестали открыто призывать к роспуску Евросоюза.

Но по-прежнему предлагают простые решения сложных проблем, вместо «ценностей», выстраданных послевоенной Европой, апеллируют к «прагматизму» и «здравому смыслу», привычно ищут причину всех бед во внешних силах и в инородцах.

В новую фракцию вошли 73 европейских парламентария из девяти стран ЕС. Она пятая по численности в Европарламенте после правоцентристов (179), социал-демократов (153), либералов (106) и «зеленых» (75). Основу ID составили итальянская «Лига» и французское «Национальное объединение», к которым примкнули депутаты от «Альтернативы для Германии», Австрийской партии свободы и по одному члену националистических партий Бельгии, Чехии, Дании, Финляндии и Эстонии.

Слово для презентации берет Марко Дзанни, 33-летний депутат от «Лиги», которого накануне избрали председателем фракции ID. Он передает привет от Сальвини, которому помешали приехать в Брюссель более серьезные дела в Италии.

ЧТО СКАЗАЛ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

Мы — антитеза происходящему, тому, что мы наблюдали в Европе в последние годы.

Мы выступаем за другую Европу — не обезличенную, не причесанную под одну гребенку общим законодательством. За Европу, которая движется вперед, защищая эти различия, которая отстаивает идею национального государства…

Мы против неудавшихся попыток создать европейское супергосударство.

Партии политического мейнстрима оказались не способны вывести Европу из глубокого кризиса, который продолжается с 2008 года, справиться с безработицей, государственными долгами. Мы обещаем вывести.

Нынешние евроскептики решительно не хотят, чтобы их так называли. Мол, мы против обезличивания наций, но понимаем, что некоторые направления политики лучше развивать совместно, а другие, в силу исторических и культурных различий, должны быть в ведении национальных парламентов и правительств. И Дзанни формулирует три пункта программы совместных действий:

1. Внутренняя безопасность. «Европа пережила в последние годы крупные теракты. Мы дадим гарантии гражданам, которые боятся ходить по европейским улицам».

2. Отказ от политики открытых дверей для иммигрантов из стран третьего мира, более жесткий контроль на внешних границах ЕС, выдворение тех, кто не имеет права на въезд в ЕС. «Политика открытых дверей Меркель привела к дестабилизации».

3. Экономическая политика. «Никто из наших делегаций не хочет, чтобы страна платила долги других, но надо дать определенную свободу маневра, чтобы некоторые государства решали свои финансовые проблемы, не требуя помощи других». Изменить еврозону. «Налоговое пространство должно быть в ведении государств-членов, ЕС не должен взимать ни прямых, ни косвенных налогов».

С первыми двумя пунктами мало кто поспорит. Еще до майских выборов они и так прочно вошли в повестку дня Евросоюза. Дело движется. Нелегальная миграция, достигнув пика в 2015 году (больше миллиона человек), сократилась в десять раз. А экономическая программа у популистов невнятная.

Дзанни закончил, и сразу же на правах хозяйки мероприятия включилась Ле Пен, видимо, сочтя, что в выступлении молодого коллеги звучало недостаточно уверенности.

ЧТО СКАЗАЛА МАРИН ЛЕ ПЕН

Ле Пен назвала фракцию ультраправых «первой силой суверенистов» в Европарламенте. С воодушевлением говорила о «динамике» движения сторонников «Европы наций». Участие их партий в правительствах — новый уровень зрелости.

Свидетельство «поворота» она видит в изменении тона обсуждений в Совете ЕС, в его решениях. Поэтому, оценивая рост влияния «несистемных» сил, не надо предаваться «бухгалтерскому подходу». ID будет заключать ситуативные альянсы с членами других фракций. По ее оценке, в Европарламенте около 200 (из 700 с лишним) потенциальных голосов блока «суверенистов», что сильно изменяет будущий баланс.

«Мы создадим новый цветовой фон, новую окраску дебатов, которой до сих пор в этих стенах не знали», — провогласила Ле Пен, и в этом с ней можно смело согласиться.

Выступление Ле Пен было встречено аплодисментами, что очень удивило журналистов. В стенах Европарламента они не проявляют своих политических предпочтений. Только в текстах и эфире.

Оказалось, что половину зала составила «группа поддержки» из депутатов фракции и сотрудников их аппаратов.

Аплодисменты не раз раздавались с заполненной депутатами и чиновниками галерки, и журналисты призывали гостей к порядку. Президиум «поплыл», когда дело дошло до вопросов и ответов. Марин Ле Пен вмешивалась, если чувствовала разнобой и непоследовательность в ответах товарищей по фракции.

Вопрос об автономии стран в бюджетной политике. Не нарушит ли это стабильность еврозоны, валюты евро?Дзанни повторяет: национальные парламенты, а не Брюссель, должны принимать решения по бюджету и распоряжаться собственными средствами страны. На тот же вопрос пытается ответить Юсси Халла-Ахо от «Истинных финнов»: «Конечно, если мы хотим иметь единую валюту без новых катастроф, мы должны поддерживать централизованный бюджетный контроль. Или придется демонтировать систему единой валюты… Она толкает ЕС к усиленной интеграции».

Будет ли фракция выступать в Европарламенте за отмену санкций против России, введенных за присоединение Крыма и вмешательство на Донбассе? На этот вопрос отвечает Мойтен из «АдГ». Он, наверное, самый частый гость в России, где обласкан властями и прессой. «Никакого смысла нет продолжать эти санкции, — в который раз повторяет он. — Вы прекрасно видите, что ситуацию в Крыму больше не изменить. Она не изменится от санкций. Лучше действовать прагматично, а это значит хорошо сотрудничать с Россией… как с другими странами».

Ле Пен спешит замять эту тему. Ведь пресс-конференция не в Москве, а в Брюсселе. Во фракции хоть и немало тех, кого называют «друзьями Путина», но есть и те, кто в российской пропаганде слывет «русофобами» и даже по-прежнему «фашистами».

Итак, вопрос о России — не «большая тема».

На бюджетную политику и валюту евро взгляды различаются. Отношение к инородцам, несомненно, общее. Роспуск Евросоюза в повестку дня не входит, хотя некоторые не скрывают, что ненавидят его. В конце пресс-конференции Дзанни выкрикнул под занавес: «Никто из нас не хочет разрушения Европейского союза, мы хотим его радикально реформировать!»

Какое же отношение официальной России ко всему этому?

Обращаемся к словам многолетнего постпреда России при ЕС Владимира Чижова. Выступая на полях Петербургского экономического форума, он констатировал, что Европа явно отстала с темпами своей адаптации к новым реалиям. Но лично он «не сторонник крайностей и совершенно уверен, что те, кто предсказывает Евросоюзу скорый развал, сильно недооценивают живучесть этого объединения». Обращаясь к итогам майских выборов в Европарламент, он отмечает «электоральные достижения тех, кто считает, что антироссийские санкции попросту невыгодны их странам экономически и политически».

Из двух противоположных лагерей, которые совершили электоральный прорыв, он явно не имеет в виду либералов и «зеленых». Значит, других: «Национальное объединение» Ле Пен, «Лигу» Сальвини, «Альтернативу для Германии», Австрийскую народную партию, бельгийский «Вламс Беланг», партию «Брексит» Фараджа, может быть, «Фидес» Орбана.

Все они дружат с Кремлем, многие — официально партнеры «Единой России». Наверное, в Москве делают на них определенную ставку.

«Новые «рулевые европроекта», — с надеждой предположил постпред, — вынесут правильные уроки из опыта своих предшественников на российском направлении, будут смелее формировать подлинно самостоятельную внешнюю политику и на деле прикладывать усилия по восстановлению атмосферы доверия с нами».

На одном из ток-шоу на российском телевидении депутата от «Единой России» спросили, не смущает ли его дружба с европейскими ультра, которые почти не скрывают своих нацистских корней. Тот ответил примерно так: мы дружим с теми, кто поддерживает политику России, и за них на демократических выборах проголосовали миллионы людей.

Брюссель