«Нет нигде цыган, как в воду канули»

Что происходит в Чемодановке после массовой драки жителей с цыганами. Репортаж «Медузы»

13 июня в селе Чемодановка под Пензой произошли массовые беспорядки. До 150 местных жителей участвовали в драке, которая началась после того, как представителей цыганской общины обвинили в попытке изнасилования. Один человек погиб, еще пятеро были госпитализированы с ножевыми ранениями, один из них находится в реанимации. Следующим вечером сотни жителей Чемодановки вышли на трассу М5 «Урал», чтобы привлечь внимание властей к ситуации. К участникам народного схода приехал губернатор Пензенской области Иван Белозерцев. После вечерних событий в полицию были доставлены 170 человек, 15 были задержаны. Корреспондент «Медузы» Екатерина Дранкина отправилась в Чемодановку, чтобы понять, что там случилось.

Утром в воскресенье, 16 июня, все десять километров трассы «Урал» между Пензой и Чемодановкой плотно заставлены полицией, особенно много патрулей рядом с сельской администрацией и на дороге к церкви, где идет отпевание.

В Чемодановке похороны. Хоронят 34-летнего Владимира Грушина, водителя местной транспортной компании. Его убили 13 июня вечером, во время драки, в которой участвовали цыгане и местные жители — первых было сильно больше. Грушин, очевидно, даже не дрался, а просто стоял у забора, и ему досталось случайно. Так же, как и пострадавшему в той же драке Сергею Пугачеву, который сейчас находится в реанимации.

Вокруг церкви густая толпа, человек 300-500. В толпе много мужчин, крупных и крепких, в спортивных штанах и майках, некоторые — в тельняшках. Цыган в толпе не видно.

— Вы здесь, чтобы цыган не пускать? — уточняю у молоденькой сотрудницы полиции, которая сидит на капоте одной из машин.

— А их тут нет, не бойтесь! — встрепенулась девушка. — Мы их по всей округе искали, вплоть до Шемышейки! Нигде нет цыган, как в воду канули.

— Приедут. Обещали же, — недобро откликается стоящий поодаль здоровяк. — В пятницу жена в магазин ходила, там дедушка был цыганский. Говорит — ждите, едет колонна с Самары, с Астрахани. Резать вас будем, убивать.

— Да чего ты придумываешь, людей пугаешь, опять скажут разжигаем! — одергивает его женщина рядом. — Куда они сунутся? Вон полиции сколько.

— Они по полям едут, в объезд! — убежденно возражает мужчина. Вокруг поднимается одобрительный гул: «По полям… колонной идут… с топорами, ножами…»

* * *

Чемодановка — большое и относительно богатое село, фактически пригород Пензы. Когда-то здесь валяли валенки (в Пензе есть музей, посвященный чемодановским валенкам), сейчас многие жители работают на местной птицефабрике и близлежащем химическом предприятии. Работа в селе есть, поэтому население выросло с шести тысяч человек по переписи 2010 года до 13 тысяч в 2019-м. Из них около тысячи — цыгане (в администрации села утверждают, что цыган в селе 700 человек, «но может и больше — они ж без прописки многие»). Большинство цыган компактно проживают в административно подчиненном Чемодановке поселке Лопатки.

Поселок утром 16 июня действительно пустовал. В Лопатках две улицы — Светлая, на которой жили только цыганские семьи, и Песочная, где жили вперемешку. На Песочной людей немного, но есть, на Светлой — никого, пусто.

Ближе всех к чемодановской церкви стоит группа пограничников (в форме и с флагами погранвойск). В этих войсках Владимир Грушин отбывал срочную службу, служил на Северном Кавказе, участвовал в боевых действиях в Кабардино-Балкарии. Высказаться мужчины зовут своего главного — полковника, которого называют Виктор Василич. Фамилию военный сообщить отказывается.

— Вот вы скажите! Вот у вас, допустим, ребенок — грозно начинает Виктор Василич. — И эти нелюди к ребенку… сексуально домогаются. Тоже несовершеннолетние. Что, не вступитесь вы? Нам тут говорят, что это детский конфликт, что дети поссорились. А как это дети, когда вон Вовку убили! А если второй умрет, не дай бог… Он вообще десантник, если сюда десантники приедут…

На просьбу рассказать все по порядку один из пограничников, вздохнув, начинает пересказывать явно не в первый раз историю, в которой лично не участвовал, но точно знает, что было так.

— Купались две девочки, 13 лет, на пруду. Эти начали сексуально домогаться. Тоже несовершеннолетние. Даже, как говорят, нижнее белье… трусики вот что ли стянули. Беременная женщина за девочек вступилась. А они говорят ей: на куски порежем и здесь раскидаем! Нормально это? Цыгане не работают, наркотиками торгуют. Я за них налоги плачу, они пенсию больше моей получают…

Имен тех девочек и женщины никто в толпе не знает, хотя история у всех одинаковая.

— Ну вот, а потом родители этих девочек, и еще несколько человек… пошли к цыганам… — рассказывает пожилая женщина в платке, когда процессия начинает двигаться от церкви к кладбищу. — А те как будто готовы были! Тут же позвонили… И такое началось! Подъехали машины: газель одна и куча легковушек. Наших было двадцать пять человек.

— Двадцать — строго поправляет ее мужчина, который внимательно прислушивается, идя рядом. — Двадцать наших было. А их больше сотни, точно. Чуть ли не двести.

— Да, точно! — поправляется женщина. — По той улице, где церковь, летели они. Как ураган! Палки, железки, цепи у них! Машины, какие были на пути, все крушат. Людей бьют. Этот, Сергей-то, он к матери приехал, стоит курит около подъезда. А они палку из забора выломали и как налетели на него! А этот, Вовка, тоже недалеко был. Такой парень хороший, Вовка-то. Не пил, не курил. Жена вторым ребенком беременная. Как они теперь?

Процессия занимает всю ширину трассы. Машины съехали с шоссе на обочину и терпеливо ждут, не гудят. Вечером 13 июня, после драки, полсела уже выходило на трассу, чтобы ее перекрыть. Приехала полиция, забрала 170 человек из числа митингующих. Потом объявили, что виновные в убийстве тоже арестованы, но в Чемодановке в это не верят.

— Кого похватали? Наших же и похватали! — кипятится крупный мужчина в тельняшке. — А цыгане через два часа уже женщин, детей в машины — и бежать. Говорят, троих цыган арестовали и что они и есть виновные. А где у нас в этом уверенность? То есть убивать нас можно, нас же и сажают за это! А этих значит не тронь. У них пенсия, знаете, какая? Наркотики… Я к банкомату пошел свои 30 тысяч сраные снять. Передо мной цыгане: тррррр, трррр, трррр — устанешь ждать, пока им там вылетает. Всю наличность вымели. Я бегом через поселок ко второму банкомату, пока они и там не вычистили.

Тема высоких пенсий и наркотиков, на которых цыгане якобы зарабатывают свои миллионы, возникает в разговорах то и дело.

— У них там притон в Лопатках, — уверяет пенсионерка Татьяна Медведева, пока мы идем по раскаленному асфальту в сторону кладбища. Оркестр, состоящий из четырех пожилых односельчан Медведевой, вразнобой выдувает протяжные минорные звуки. — У подруги сын умер — в Лопатках, в канаве нашли. От передоза. Она в сердцах, в горе, пошла туда, кричит им: «Что ж вы делаете, ироды…» Они на нее с ножами, топорами. А у самих пенсии, знаете, какие? И пособия на детей. У всех по пять-десять, сотни тысяч получают!

14 июня в Чемодановку приезжал губернатор Пензенской области Иван Белозерцев. Опять была большая сходка, люди скандировали «Выселяй». Губернатор произнес речь об агентах из США и фейковой информации, запретил «до особых распоряжений» продавать в селе алкоголь, сообщил, что в Чемодановке будет работать следственный комитет и ФСБ, а также откроется собственный полицейский участок.

Местные жители, впрочем, и по отношению к власти настроены скептично.

— Эти? Ты что! Что они могут? — восклицает Татьяна Медведева. — Глава администрации был один — нахапал что-то и ушел, второй — то же самое, прям перед убийством в отставку ушел. Губернатор — это вообще. Приехал: бе, ме — двух слов связать не может. Книжку бы почитал какую. Неграмотный! Стыдобища.

* * *

— Общество с 1990-х годов настраивают против цыган, — уверяет Надежда Деметр, президент Федеральной национально-культурной автономии российских цыган, профессор из института этнологии и антропологии РАН. Дипломную, кандидатскую и докторскую работы Надежда Деметр защищала, естественно, по цыганам. — События в Туле СМИ смаковали в подробностях, освещали неправильно. Фильм Соболева «Бремя цыган» очень навредил. Традиционные занятия [цыган, живущих в Пензенской области] — торговля, плюс ремесленники они. Изделия по металлу, крючки рыболовные делали…

Случившееся в Чемодановке Надежду Деметр сильно расстроило. Несколько дней вместо научных докладов она вынуждена была объяснять, что цыгане не убийцы и наркоторговцы, а «древний народ, включающий около восьмидесяти групп, со своими ремеслами и культурой».

Деметр долго пыталась найти в Пензе представителей Федеральной национально-культурной автономии российских цыган, которые встретились бы с корреспондентом «Медузы» лично, но так и не нашла. В интернете появилось видеообращение «руководителя общественного объединения цыган Пензенской области» Андрея Оглы, в котором он от лица цыганской диаспоры приносит соболезнования родственникам погибшего Владимира Грушина и выражает надежду, что виновные будут наказаны.

— Это не настоящий барон, — высказывает сомнения по поводу Андрея Оглы мужчина в сером пиджаке, когда мы возвращаемся в село после похорон. — Настоящий умер в прошлом году. Михай такой был. После этого они и начали беспредельничать.

Надежда Миряева, замглавы администрации Чемодановского сельсовета, не уверена, что Михая можно было считать формальным лидером живущих в Чемодановке цыган, но авторитетом для них он точно был.

— Владимир Петрович Михай был человек мудрый, хитрый, интеллигентный, — говорит она. — Депутатом сельсовета был. Он про себя говорил: «Я не цыган, я бессарабец».

По словам Миряевой, цыгане жили в Лопатках с середины 1970-х годов — с тех пор, как в СССР решили «перевести» их на оседлый образ жизни. Владимира Михая, говорит замглавы сельсовета, все всегда уважали. Но и после его смерти, уверяет она, особых проблем в селе не было.

— Никогда такого не было, 35 лет тут живу. Стычки были, но такого… Посылка стоит в администрации для цыганки одной. Глава администрации привез из области — она на диализе, лекарства из больницы передали. А ее увезли, как она без лекарств. Они же все на пособиях, получают кто за детей, кто за себя. Дома покупали на материнский капитал. А то, что обособленно жили… Это общая беда.

Куда уехали из Лопаток цыгане, Миряева не знает, но уверена, что они вернутся, и Чемодановка заживет как прежде.

— Ага, пусть возвращаются! — мстительно выкрикивает молодой мужчина рядом с кафе, где уже начинаются поминки. На столах, как и обещал губернатор, нет алкоголя. Женщины рассаживаются, мужчины выходят на улицу курить. Повсюду опять разговоры про ножи и топоры, колонны цыган, идущие со всех сторон на село, неправедные цыганские пенсии.

— Никуда они не уехали, — делится со мной случайным открытием пенсионерка Татьяна Медведева. — Вон туда ушли, в те леса, в палатках. В Сосновке, в Лопуховке сейчас. Вот наши мужики напьются на поминках и пойдут туда.

— Так нечего же пить? — удивляюсь я.

— Ну да, — усмехается пенсионерка. — На поминках, и нечего.

17 июня «Новая газета» сообщила, что цыганское население Чемодановки было вывезено в принудительном порядке. Со ссылкой на главу сельсовета Сергея Фадеева издание утверждало, что людей посадили в автобусы и отправили в Волгоградскую область, где их «согласилась приютить местная диаспора». В администрации Чемодановки «Медузе» опровергли сведения о насильственном вывозе цыган.

Екатерина Дранкина, Чемодановка