Original Material
«В темной, как тьма, темноте»
За свои 79 лет Евгений Костылев пережил войну, побывал в Египте, работал токарем и сантехником, занимался самбо. А затем стал художником-самоучкой, годами искал собственный «черный квадрат» и наконец нашел: придумал личный стиль «жеко», в котором написал более 100 картин — но часть из них никогда не видел
«Листай, листай, только говори, что там нарисовано. Икона? Это “Ноша”, каждый несет свою ношу. “Троица”? На ней реактивный самолет — значит, Вознесение. Вечеря? Нет, это не вечеря, это называется “И мысли, и дела он знает наперед”».
Почти все пространство комнаты-мастерской занимает большой стол. К двум свободным от дивана и шкафа стенам прислонены картины, некоторые высотой в человеческий рост. На столе ярким пятном — еще стопка работ. У стола стоит их автор, 79-летний Евгений Костылев — в джинсах, черной толстовке, трикотажной шапочке и круглых черных очках. Мы перелистываем одну за другой, на всех замысловатым образом переплетены геометрические фигуры: белые и черные круги, красные прямоугольники, желтые треугольники, обведенные синим.
Но сам художник уже семь лет не видит своих картин — только ощущает их.
«Нехватка витаминов»
Евгений Костылев родился в 1939 году в пригороде Ленинграда, городе Колпино. Войну вспоминает отрывисто: «Мама и папа у меня с Украины, приехали в Ленинград строить заводы. Когда немец окружил нас с мамой, она была беременна. Эвакуировали, а отец остался в блокаде. Мамина сестра с мужем жила на Урале, муж ее строил Магнитогорск, был знатный металлург. Про него даже уральский поэт стихи сочинил: “У Орлова цель одна — дать побольше чугуна”. До Челябинска нас довезли на поезде, оттуда мы добрались до Магнитогорска, а потом все равно переехали в Челябинск. Мама родила братика, нам дали комнатешку».
Евгений КостылевФото: Вадим Брайдов для ТД Когда блокаду сняли, к жене и детям приехал из Ленинграда отец. Он сразу устроился на завод — и семья осталась жить на Урале.
Проблемы с глазами у Евгения начались еще в школе. В седьмом классе на медкомиссии из-за плохого зрения ему дали освобождение от армии. Врач предположила, что сказалось военное детство.
«Нехватка витаминов, — объясняет он. — Здесь с питанием было не лучше, чем в Ленинграде».
После школы Евгений пошел в техникум, потом — в институт: «Пошел учиться на ракетчика, а потом подумал: “Да на фиг мне эти ракеты? Те же трубы, только летают”. И ушел на строительный факультет».
В стройотряде Евгений женился, перевелся на вечернее отделение и пошел работать.
Евгений КостылевФото: Вадим Брайдов для ТД 
Последние 20 работ художника появились с помощью его жены Веры: она вырезает и приклеивает нужные фигуры под диктовку мужаФото: Вадим Брайдов для ТД «Инструментальщиком был, токарем на заводе, начальником участка, карьеру мог сделать великолепную, но что-то не тянуло меня в это начальство, — признается он. — А так я активный был, спортом занимался, чемпион города по самбо, бегал. И любил ходить по музеям, нравился мне Малевич. Потихоньку сам начал рисовать, ну как рисовать — срисовывал портреты, кошки у меня хорошо получались».
«В совершенно пустой пустоте»
Рассказывая, художник то и дело поворачивается ко мне: все ли поняла? Передо мной снова и снова появляются темные очки, но каждый раз я машинально киваю — и он удовлетворенно продолжает рассказ.
Плакат выставки Костылевых в Челябинске. Художник указывает свою жену Веру в качестве соавтораФото: Вадим Брайдов для ТД Пробовать рисовать Евгений начал после того, как однажды увидел «Черный квадрат» Малевича и мультфильм «Сотворение мира» по рисункам Жана Эффеля. Костылев по памяти приводит слова оттуда: «В темной, как тьма, темноте, в совершенно пустой пустоте жил бог в молчании суровом, да и с кем перекинешься словом».
Первый глаз художник потерял в 35 лет — отслоение сетчатки, второй тогда удалось сохранить. Вскоре после этого Костылеву предложили путевку в Египет. Она стоила 500 рублей, зарплата — 130, но художник так мечтал побывать в этой стране, что смог вовремя собрать нужную сумму и полетел.
«Я облазил все гробницы, побывал в пирамиде Хеопса, все эти наскальные надписи смотрел. Все, что до этого видел только в учебниках, увидел вживую. В деревню вернулся, встал на улице и заплакал. Египет — дикая страна, оказывается, была, а для меня — великолепие».
Евгений Костылев и его диптихФото: Вадим Брайдов для ТД 
Любимое произведение Веры. В качестве профилей танцующих женщин — лицо самого художникаФото: Вадим Брайдов для ТД Это великолепие и «торкнуло», вспоминает художник: пережитое потрясение подтолкнуло к поискам себя и своего стиля. К тому времени Костылев с женой и детьми переехал в деревню Селезян — в отличие от Челябинска, где жилья не было, в деревне сразу дали квартиру. Вера пошла работать учителем физики и немецкого языка в школу, Евгений трудился сантехником в местном ЖЭКе, а в свободное время продолжал рисовать.
Прямоугольник, треугольник, круг
«Я подумал: Леонардо, Рафаэль — все они рисовали на библейские сюжеты. И пошел купил Библию, открыл первую страницу, читаю: “В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог”. И зацепился. Использовал эти три буквы — БОГ — и потекло, вот когда Бог-то помог. Я всегда любил геометрию, планиметрию, стереометрию. Обвел Б — получился прямоугольник, О — кружок, Г — треугольник».
К символам со временем прибавилась и философия цвета: красный цвет — мужское начало, а синий — женское. Прямоугольник символизирует мужчину, треугольник — женщину. А круг — ребенка. В первой же работе Евгений соединил все эти символы между собой и назвал соответствующе — «Повозка семьи».
«Придумал ведь это не я, я только продолжил. Малевич назвал свой стиль, свой “Черный квадрат” по-русски “высшее”, в переводе на французский — супреме, супрематизм. Если черное высшее, то белое — низшее, подумал я. Поэтому ребенок — белого цвета, он еще не определился, что из него будет по жизни — мужчина или женщина. В основе всех моих картин всего три символа: прямоугольник, треугольник и круг».
Свой стиль и «черный квадрат» Евгений обозначил проще — «жеко», соединив начало имени и фамилии.
Над первыми картинами работал гуашью, но почти сразу придумал вырезать фигуры из цветной самоклеящейся пленки. Это и помогло продолжить работу, даже когда начал подводить второй глаз. Художник выполнял рекомендации врачей, капал капли, принимал лекарства — пытался спасти зрение до последнего.
«Под новый, 2012 год мне сделали операцию, сказали прийти через месяц. Ничего не видел, но все рекомендации выполнял. Через месяц пришел, спрашиваю: “А видеть-то я когда-нибудь буду?” Тут профессор испугался, сразу же меня на другую операцию отправил, но уже не помогло. Сейчас у меня нулевое зрение».
Художник и его пес АдольфФото: Вадим Брайдов для ТД В первые месяцы темноты было «тошновато и страшновато», вспоминает Евгений, заснуть практически не удавалось.
«Когда все время ночь, не знаешь, когда спать, когда не спать. Вставал в ночь зимой и шел гулять. Вдоль забора. Потом привык, но я до сих пор помню все, что видели мои глаза».
Фигура и линия
Стоя у стола, Евгений Костылев водит по полотнам рукой, ощущая пальцами каждую линию и фигуру, большую часть из них он сам вырезал из пленки и приклеил на лист древесноволокнистой плиты — его холст. Затем, с полной утратой зрения, вырезать и приклеивать под его диктовку начала жена Вера — последние 20 из 110 созданных картин появились с ее помощью.
Евгений Костылев предпочитает крупные форматы, однако встречаются и небольшие картиныФото: Вадим Брайдов для ТД 
Часть работ выполнена в технике аппликации, и художник узнает их на ощупьФото: Вадим Брайдов для ТД Евгений рассказывает жене о замысле новой работы, объясняет, какие фигуры какого цвета и размера надо вырезать из пленки, финальный этап — приклеивание. И сам художник, и жена признаются: процесс конфликтный.
«Ругаемся, да, не понимает она меня, — говорит Евгений. — Слепому непросто объяснить, где и что. Но потом доходим до истины». В ответ Вера отмахивается: «Не помогала бы, но куда деваться — мы 54 года вместе. И он живет только этим».
Евгений и Вера КостылевыФото: Вадим Брайдов для ТД Все работы хранятся здесь, дома, в селе Белоусово Челябинской области. За всю жизнь у художника Костылева было семь выставок — «но короткоспелые», последняя шла всего неделю. Все, на что надеется художник Костылев сегодня, — что когда-нибудь сможет представить свои работы где-то еще.
«Постоянно обдумывает размеры фигур, ощупывает, с какого угла какая будет линия, где будет центр, — все в голове рассчитывает, — соглашается внук Шура. — У него постоянно голова работает».
Говорить и думать о своей работе Костылев продолжает, даже когда просто выходит на улицу. Медленно переступая и касаясь рукой стены, он доходит до двери, вышагивает в просторную прихожую-столовую, доходит до сеней — но там стена, по которой можно идти дальше, оказывается слишком далеко. Тогда он поднимает руку и хватается за веревочку, которую протянул для себя до самой калитки. Держась за нее, проходит несколько метров по двору, усаживается на скамейку и приобнимает пса Адольфа.
Поклонник конструктивизма и супрематизма Евгений Костылев у ворот своего домаФото: Вадим Брайдов для ТД «Я слышал иногда на выставках, искусствоведы рассказывают: художник написал это по велению души. Но вы никогда не узнаете, что на самом деле пытался изобразить художник. А у меня все понятно: если видите кружок, значит, это ребенок. Желтый цвет — это любовь, фиолетовый — мужчина и женщина, но без любви, а голубой, то есть синий и белый, это умирающая женщина. Логично? Логично».
искусство пожилые художники