Страна устала

Что происходит в Молдове, где разразился крупнейший политический кризис

В Молдове жарко. И не только потому, что термометры фиксируют температуру выше +30. Политическая температура здесь начала накаляться еще три месяца назад — после выборов в молдавский парламент, состоявшихся 24 февраля. По их итогам депутатские мандаты распределились практически поровну между тремя основными политическими силами страны: Партией социалистов, считающейся пророссийской, проевропейским блоком ACUM и Демократической партией — карманной структурой самого богатого человека страны Владимира Плахотнюка.

Молдова — парламентская республика, потому именно парламенту предстояло сформировать коалицию и определить состав нового правительства. Но процесс застопорился. Социалисты отказывали в объединении и Плахотнюку, и ACUM. Плахотнюк предлагал блоку ACUM объединиться, но всякий раз получал отказ. Один из лидеров блока Андрей Нэстасе прямо заявил, что «блок ACUM не будет участвовать ни в каких консультациях с действующим руководством ДПМ, поскольку этот клан является ответственным за захват государства, за внешнюю изоляцию страны и подрыв экономики из-за сомнительного захвата наиболее важных экономических активов, за нищету и изгнание людей из страны».

Катализатором обострения ситуации в какой-то мере стала встреча президентов России и Молдовы на полях саммита Евразийского экономического союза (ЕАЭС). О чем говорили Владимир Путин и Игорь Додон, неизвестно, но 30 мая на сайте Кремля появилось крохотное информационное сообщение о самом факте «отдельной встречи». И ни слова о содержании разговора. Что послужило основанием для выдвижения огромного количества конспирологических версий, среди которых и такая: «Путин лично проинструктировал Додона о решениях президента Додона», которые тот должен принять в ближайшее время.

Кстати, эта встреча произошла через неделю после того, как экс-президент соседней Румынии Траян Бэсеску назвал Игоря Додона «пуделем Москвы», комментируя перспективы развития отношений между ЕС и Молдовой. Дело в том, что еще 27 июня 2014 года между Молдовой и ЕС было подписано соглашение об ассоциации. 1 июля 2016 года Соглашение вступило в силу. Но в начале 2017 года Игорь Додон заявил о намерении аннулировать документ после парламентских выборов 2019 года. Додон подчеркнул, что Соглашение ухудшило положение Молдовы, потому что российский рынок оказался закрытым для молдавских товаров, а экспорт в страны ЕС резко сократился.

Но на выборах, повторюсь, додоновская Партия социалистов не смогла получить большинства — так что идею денонсации Соглашения с ЕС пришлось отложить.

Близость Игоря Додона Кремлю заметна.

— Любой политик, возглавив государство, прежде всего укрепляет отношения с соседними странами, — говорит Алина Раду, издатель влиятельной молдавской газеты Ziarul de Gardа. — У Молдовы два соседа — Украина и Румыния.

За 2,5 года президентства Додон ни разу не посетил ни Киев, ни Бухарест, зато несколько десятков раз летал в Россию.

Буквально через несколько дней после беседы президентов Молдовы и России в столице Казахстана Нур-Султане, 3 июня, в Кишинев с двухдневным визитом прилетел российский вице-премьер Дмитрий Козак, который также является спецпредставителем президента России по торгово-экономическому сотрудничеству с Молдовой. Среди элиты Молдовы пошли разговоры, что Козак привез Додону подробные пошаговые инструкции выхода из политического кризиса. На пресс-конференции по итогам встречи Козак якобы «проговорился», заявив, что социалистам в парламенте лучше бы создать альянс с проевропейским ACUM, а не с ДПМ, чтобы вернуть страну «из нынешнего состояния в демократическую нормальность».

Примечательно, что пребывание Козака в Кишиневе совпало с визитами в страну комиссара ЕС по вопросам расширения и политики соседства Йоханнеса Хана и директора офиса Восточной Европы Госдепа США Брэда Фредена. И все трое встречались и с президентом Додоном, и с лидерами политических партий, включая Плахотнюка. И все говорили о необходимости стабильности и форсирования появления в стране правительства.

Когда стало очевидно, что додоновская Партия социалистов прислушается к московской «рекомендации» и пойдет на тактический союз с блоком ACUM ради формирования правительства и что уже начался процесс согласования министерских портфелей, теряющий власть Владимир Плахотнюк нанес сокрушительный удар по коалиции, который позже парламентское большинство назовет «попыткой государственного переворота, предпринятой Демократической партией при поддержке генпрокуратуры и Конституционного суда».

7 июня Конституционный суд Молдовы постановил, что уже в субботу, 8 июня, должно появиться правительство. В противном случае президент должен распустить «несостоятельный» парламент.

Додон распускать парламент отказался. И 8 июня решение о роспуске парламента вынес Конституционный суд. Заодно КС отстранил от должности и самого Додона, назначив досрочные выборы главы государства.

Додон отказался уходить, парламент отказался распускаться. Уже в воскресенье, 9 июня, депутаты парламента от Партии социалистов и блока ACUM собрались на экстренное заседание и провозгласили Молдову «захваченным государством».

Публично прозвучали обвинения, что все ключевые государственные структуры, включая Конституционный суд, находятся под контролем Владимира Плахотнюка.

Дальше события начали развиваться стремительно. Сторонники парламентского большинства и сторонники Плахотнюка потянулись на улицы Кишинева, дело шло к прямым столкновениям. Но действующих президента и парламент поддержали США, Евросоюз и Россия.

Более того, в четверг Владимир Путин дал интервью телекомпании «Мир». Относительно ситуации в Молдове президент высказался однозначно: власть в стране узурпирована «олигархическими структурами», подмявшими под себя «все государственные структуры, все абсолютно: и правоохранительную сферу, и парламент, и все что угодно».

В пятницу, 14 июня, офис Демократической партии в Кишиневе посетил посол США в Молдове Дерек Хоган. О чем говорили Хоган и Плахотнюк во время 15-минутной беседы, неизвестно. Но именно после этого разговора Плахотнюк покинул Молдову, а его сторонники свернули уличную активность.

В субботу, 15 июня, Конституционный суд Молдовы снова собрался на заседание и развернулся на 180 градусов, аннулировав свои же решения о роспуске парламента и назначении досрочных выборов главы государства.

На воскресенье, 16 июня, был назначен Марш в честь победы над режимом личной власти Владимира Плахотнюка, которому долгие годы удавалось контролировать Молдову, имитируя евроинтеграцию, борьбу с «русской угрозой», реформы и демократию. То есть Плахотнюк умело использовал противостояние Запада и Востока.

Утром 16 июня я прилетел в Кишинев, но к тому времени марш уже отменили. Как сказал мне экс-депутат молдавского парламента от фракции коммунистов Александр Петков, действующая власть испугалась, что кишиневцы не выйдут на марш, и он получится малочисленным.

— Придумали отговорку, что полиция в последнюю неделю работала чуть ли не в круглосуточном режиме, и ей надо дать отдохнуть, — говорит Петков. — А возможно, Додон испугался возвращения в страну Ренато Усатого.

И эта версия не выглядит совсем нереальной.

Дело в том, что с Петковым мы разговорились у здания спецпрокуратуры Молдовы по борьбе с организованной преступностью, куда доставили Ренато Усатого, лидера молдавской «Нашей партии», бывшего мэра города Бельцы, второго по величине города Молдовы. Политика задержали пограничники и полиция на пункте перехода молдавско-румынской границы.

Усатый несколько лет провел в эмиграции, покинув Молдову после того, как в отношении него было возбуждено более полутора десятков уголовных дел и он был объявлен в розыск. Накануне, уже после того, как Усатый объявил о своем возвращении, он заявил «Новой», что его уголовное преследование — политически мотивированное и было инициировано его оппонентом Плахотнюком:

— Так считаю не только я. Даже Интерпол, изучив, представленные Молдовой материалы, отказался включать меня в свою разыскную базу. И все эти годы нахождения в эмиграции у меня не было проблем с передвижениями по странам Европы.

Тем не менее едва Ренато Усатый пересек границу, его задержали и под конвоем доставили в Кишинев. Тут надо сказать, что на границе политика встречали более тысячи его сторонников, и Усатому пришлось обратиться к ним с просьбой разблокировать полицейские автомобили.

У здания спецпрокуратуры Молдовы тоже собрались сторонники Усатого, которые скандировали: «Свободу Ренато!»

— В Москве такую акцию в полном составе загрузили бы в автозаки и развезли по кутузкам, — говорю Петкову.

— А у нас самый либеральный в Европе закон о публичных мероприятиях. И приняли этот закон мы, коммунисты, — с гордостью говорит экс-депутат парламента Молдовы.

— Достаточно завить о проведении митинга или пикета. И даже заявленное количество соблюдать необязательно, мы это специально прописали в законе: можно сказать, что на акцию вышли заявленные 50 человек, а остальные просто присоединились.

После пяти часов, проведенных в прокуратуре, Усатого освободили. И даже не под подписку о невыезде.

После освобождения Ренато Усатый заявил, что планирует встретиться с президентом Игорем Додоном, с новым премьер-министром Майей Санду и новым министром МВД Андреем Нэстасе, чтобы обсудить, чем он может быть полезен. Усатый пообещал не критиковать Партию социалистов и блок ACUM до тех пор, пока они занимаются демонтажом предыдущей системы.

А демонтаж предстоит серьезный.

Уже упомянутая Алина Раду, которая скептически относится к Ренато Усатому, считая его популистом, солидарна с ним в оценке ключевых проблем Молдовы.

— Самая большая проблема Молдовы — это коррупция, — говорит издатель газеты Ziarul de Gardа. — Страна устала от Плахотнюка. Причем устали все. И элита, и «маленькие люди».

Похоже, что от Плахотнюка устала не только страна. Еще четыре месяца назад, 22 февраля, МВД России сообщило о расследовании уголовного дела, возбужденного по ст. 210 и 193.1 УК РФ (организация преступного сообщества, незаконный вывод средств за границу), фигурантом которого является Владимир Плахотнюк. По версии российских правоохранительных органов, именно молдавский олигарх вместе со своими подельниками организовал международное преступное сообщество, члены которого в 2013–2014 годах вывели из России 37 млрд рублей.

Возможная причастность Плахотнюка к выводу денег из России для меня не стала неожиданностью. И речь не о 37 миллиардах, а о куда более внушительной сумме. О Плахотнюке я впервые узнал летом 2014 года, когда отдел расследований «Новой газеты» и международная организация журналистов-расследователей (OCCRP) разбирались, кто и как вывел из России почти 20 млрд долларов.

В выводе денег из России через «молдавскую прачечную» участвовало 19 российских банков. А лидером по объему сомнительных операций, по данным молдавских правоохранительных органов, был Русский земельный банк (РЗБ), который с 2012 по 2014 год якобы перекачал из России 152,5 млрд рублей (по курсу того времени — около 4,5 млрд долларов).

Незадолго перед выходом публикации «Ландромат» мы с журналистом Романом Аниным встретились с основными бенефициарами РЗБ Александром Григорьевым и Бесланом Булгучевым. Банкиры пригласили нас в принадлежащий им ресторан «Сфера».

Во время разговора и прозвучала фамилия Плахотнюка. Григорьев с Булгучевым убеждали нас, что они честные бизнесмены, а не преступники. Настолько честные, что когда они прилетают в Кишинев, с ними встречаются и обсуждают бизнес-проблемы многие влиятельные молдавские персоны. И первым среди «влиятельных персон» был назван именно Владимир Плахотнюк.

Осенью 2015 года Александр Григорьев был арестован. Правда, не в связи «молдавским ландроматом», а в рамках уголовного дела о хищении нескольких миллиардов рублей в банке «Донинвест». Беслан Булгучев покинул Россию. И до этого года не было никакой информации о расследовании вывода из России через Молдову 20 миллиардов долларов, пока в конце февраля не появилось официальное сообщение об уголовном деле, фигурантом которого стал и Владимир Плахотнюк.

Тогда же, в феврале, «Новая» сообщала, что «обвинение Плахотнюка в отмывании миллиардов из России выглядит нелепо, если на скамье подсудимых нет ни одного высокопоставленного отечественного чиновника, который должен был отвечать за эту схему с российской стороны. Ведь речь идет о системе, через которую прошли не 37 миллиардов, а порядка 700 миллиардов рублей».

Мы не исключаем, что отношение США и Евросоюза к Владимиру Плахотнюку кардинально изменилось после того, как российские спецслужбы поделились со своими западными коллегами материалами расследования о международной преступной группе, которая занималась легализаций десятков миллиардов долларов явно криминального происхождения. В том числе о статусе и роли Плахотнюка в этих преступлениях.

Правда, мы сомневаемся, что в этих материалах есть фамилии крупных чиновников и генералов из России, без покровительства которых эта международная группа не смогла бы работать.