Two criminal cases and one call that forced the Krasnodar judge to change the surname and lose their voice. To ... save the chair

Updated 31.07.19
After the complaint of the lawyer and the article of Novaya Gazeta, Judge Natalya Kalita was again deprived of the authority to decide the qualification collegium of judges of the Krasnodar Territory. The base is the detention of a seriously ill Vladimir Rudnik.

A fragment of the conversation

& Nbsp
- Where are you at all? There is no composition, I read everything. There is no composition. Where are you rushing?

- Natalya Viktorovna, do you think I am?

- You are an investigator!

- I?

- Yes. Well, where are you rushing? Who will sign it?

- Well…

- No, who will sign, I will call, of course. Just drop me the phone number of this ... signing devices, by last name ... What is his name? Name? Drop me, I will ask that he is going to sign there? I think Sho is not Natalya Pavlovna ( prosecutor of the Korenovsky district of the Krasnodar Territory. - Ed. ) This will be approved. And not shepherds ( deputy prosecutor of the Korenovsky district. - Ed. ), And this one, again this ... [obscene abuse], Kozhaichev ( another deputy prosecutor of the Korenovsky district. - Ed. ). <...> I, ... [obscene abuse], I will arrange for all, handsome men.

A fragment of the conversation

& Nbsp
- And you sho, want to plant it, deprive my children? Do you want? Saving him the 291st for 100 thousand?

- I, Natalya Viktorovna ...

- I will call Natalya Pavlovna ( prosecutor of the Korenovsky district. - Ed. ). And where she put her hooks, I saw, in the wrong place. There is no composition. Roman, well, you have no composition! <...>

“I am an ordinary investigator, what should I argue with you.”

-Call this moron to Pastukhov and Kozhaichev and say that there is no composition, I will call too, but the fact that they walked in the bath ... [obscene abuse] will not cost them a good way. Goodbye!

The voice of the law

On November 13, 2017, the investigator Roman Birov rang the phone. The call came from the number of the judge of the Korenovsky District Court of Natalia Sa. The record, on which the female voice peremptorily convinces the investigator, as if in the criminal case of Sai’s lawyer “there is no composition”, cost the chair to the judge of the Korenovsky District Court.

Sai's lawyer is the ex -husband of the judge of the Korenovsky court, Natalia Say, against whom they opened the case under Part 5 of Art. 291.1 of the Criminal Code ("Mediation in bribery"). The plot of the prosecution looks like this: he was detained after receiving money - 50 thousand rubles, which were intended for the justice of the peace. One could exhale: although there were no conflict of interests.

But no. When the indictment was transferred to the Korenovsky District Court, it was examined by the former wife of the lawyer. This fact is confirmed by the card on the website of the Korenovsky District Court. The precedent, when the judge pronounces the verdict of the former husband, was still avoided - the judge was declared a discharge, and the case of Vladimir Sai was transferred to another court.

The investigator Roman Birov transferred the audio recording to the Federal Security Service of Russia in the Krasnodar Territory. From there, the information “On the inaccessible behavior of the judge” entered the qualification collegium of judges of the Krasnodar Territory. They decided that "the violations committed by the judge are not compatible with the high rank of judge, undermine confidence in it as a representative of the judiciary and give no reason to rely on the fact that this trust will be restored." In March 2018, the collegium decides: a disciplinary offense - admit, the authority of the judge - to terminate.

This solution cannot be called out of the ordinary. According to the qualification collegium of judges, in 2017, 27 judges were removed with such a motivation from their powers, and 23 judges in 2018.

Surprisingly different.

Two judges

The Cossack village of Korenovskaya became a city only in the 1960s. Before the war, there were a Bolshevik collective farm and a sugar factory. Now in honor the dairy and conservation plant-its products are known under the brand "Layer from Korenovka".

In the center, the city itself is a little like a variegated wrapper from Slombir: frame-monolithic three-story buildings, bright signs, high fences. The landscape occasionally violates the sudden appearance of mysterious objects like an ice palace and frozen on a helicopter pedestal. However, it is not surprising-near Korenovsk at the military airfield, the 55th helicopter regiment is deployed.

The building of the Korenovsky District Court - a boring three -story building with bars on the windows - is located right there, in the center. On the contrary - a local cultural house, two minutes from the entrance - the Sicily pizzeria with Moscow prices. In the spring of 2018, one of the offices of the district court was closed to visitors. He belonged to Judge Natalya Sai. The cabinet was empty for several months, visitors to the district court recall - "We thought, a new judge will appear there."

But the new judge never appeared. A couple of months after the deprivation of authority, Natalya Sai regained the status of a judge. The decision on June 22, 2018 was issued by the disciplinary board of the Supreme Court of the Russian Federation. The judge was saved by a medical certificate. Due to the poor health, the judge was postponed the meeting twice, and as a result, the qualification collegium of the judges of the Krasnodar Territory decided without the participation of Natalia Say. This was the basis for the abolition of the decision: the judge proved that she was on sick leave when she was deprived of her authority.

Attempts by the qualification collegium of the Krasnodar Territory to challenge the decision of the Supreme Court ended in failure - on September 20, 2018, the appeal instance left the decision without change. There will be no new attempt - in the commentary, the chairman of the qualification board Elena Shprotko indicated: the law “On the status of judges in the Russian Federation” does not provide for re -consideration of the issue of bringing to disciplinary liability of the judge after the abolition of the previously adopted decision. ”

However, to be precise, in the Korenovsky District Court there is no longer Natalia Sai. The decisions are made by Natalya Kalita. The judge changed the surname when a criminal case was opened against the lawyer Vladimir Say.

Judge No. 2

In the corridors of the Korenovsky District Court, a echoing silence. People here appear only before meetings - in order to hastily disappear in the halls. But first, you need to pass the frame with metal detectors and exchange replicas with cheerful guards. “Oh, girl, where are you? To the judge? Why do you need it? I’ll ask the judge now if she needs you. ”

I meet Judge Kalita in the corridor. Now there is no mantle on it, instead of the vestment of the judge - the middle length is a gray knitted dress and comfortable shoes. Short haircut. The corners of the lips are lowered down. Not strictly, rather indifferent. The gaze is tired, he slides past.

The same view is at meetings. Not a single emotional statement, not a shadow of a joke-some kind of emptiness.

Natalia Sa 46 years old. She graduated from the Yurfak of the Kuban State University. The position of judge of the Korenovsky District Court was appointed in April 2015. Before that, 15 years have been a justice of the peace in the same Korenovsk. Five children - two from marriage with lawyer Vladimir Say. Divorced in 2011.

The first meeting is by theft.

A man in a black jacket came with a girl. “He was intoxicated, got out of the bar, got into the car, drove off <...> he threw the car.” The victim - in a similar black jacket - clearly does not crave blood: rather, everything would have ended. The judge comes out, returns, announces the decision. Reads at speed, turning the words into barely distinguishable porridge. Participants exhale. The judge goes to another hall.

The next meeting is the theft.

The victim and the defendant come - mother with her son. The guy lean on the edge of the bench. At the very beginning, the mother quietly declares: "I have no complaints." When the judge comes out, dead silence comes - everyone is very scared. The judge returns and sets the date of the next meeting.

Between meetings I go to the judge. But she does not comment on anything: neither the decision of the qualification board, nor the Supreme Court, nor the case of the lawyer Sai. “I will not. I will not comment on in any way. This is the best option, ”she says in the corridor. “Without comment, everything was said at a meeting of the Supreme Court.”

Judge without a voice

I am listening to the same record from the disciplinary collegium of the Supreme Court, where the judge Sai is returning the authority. “What was said”, it is not easy to understand - at the meeting, the judge whispers. No, this is not a figurative expression. At the meeting, Sai said that as a result of neurasthenia she lost her voice and could only talk in a whisper for two weeks. Therefore, if you can still hear the words of the judge, then it is impossible to understand how habitually her voice sounds.

The presiding judge Sergei Rudakov is clearly surprised by this circumstance (“Today you are somehow interesting to have lost your voice, deprive us of the pleasure of hearing”).

Fragment of the recording with & nbspipred college of the Supreme Court

& Nbsp
- So, Natalya Viktorovna, did you call? And who called?

- I don't know. The voice looks like mine.

- Why the phone, your number?

- My phone, number - yes, really. There are now such technologies that you can call from any alien.

- Let's do without technology!

- Let's conduct a phonoscopic examination, if necessary.

“So you say that you did not call?”

- No.

- And who needed it? What are your assumptions?

- I don't know. <...>

- And why does the investigator call "Natalia Viktorovna"?

- The voice is very similar.

- The voice is like. And you <...> someone really says "yes, yes, I." Directly detective novel.

- (whispers).

Says the representative of the judge Alexander Kononov:

- I would like to tell a little the background of the whole thing. The fact is that for many years, I did not know between the Korenovsky district prosecutor and the Korenovsky district court, well, to put it mildly ... in general, a negative attitude, very stretched. What is this expressed? If the judge takes a fundamental position, does not agree with the qualification and reasonably returns the case, this is perceived by both the investigator and the prosecutor who signed the indictment, almost as a personal insult. Why? The negative consequences for the investigator are reprimand, deprivation of a quarterly bonus. It does not contribute to the establishment of interagency interaction, ”the lawyer concludes.

- And why is Kalita so interesting? - Sergei Rudakov asks sharply.

- Why exactly she, honestly, can not understand. But, most likely, what shows a fundamental position on criminal cases.

FSB experiments

In the UFSB of Russia in the Krasnodar Territory, a fundamental position is apparently called differently. In the decision of the qualification board of the Krasnodar Territory, a curious fragment can be found against judge Sai.

Let us recall the moment when the investigator Roman Birov handed the recording of the conversation to the Federal Security Service. So: along the way, the audio recording was supplemented by other materials: on January 9, 2018, in his appeal, the deputy chief of the Federal Security Service of Russia for the Krasnodar Territory (a specific name is not indicated) reports: “There is information about the signs of non -subject on the part of the judge on representatives of the prosecutor's office and investigators.” They are expressed in intentionally delaying the terms of consideration of criminal cases. “For eight criminal cases, the terms of consideration were postponed within three months,” the appeal says. And the judge sends criminal cases for the investigation "on far -fetched grounds."

And, apparently, the judge with the security forces quarreled a specific criminal case. “The judge has a criminal case under Part 2 of Art. 228 of the Criminal Code of the Russian Federation, according to which a decision was made to recognize unacceptable material evidence (narcotic drugs), despite the decision of the Krasnodar Regional Court previously issued and entered into force, ”the appeal said.

It turns out that it was the statement of the FSB that formed the basis of the charges that were brought by the judge. However, in the response to the request of the "new" representatives of the Federal Security Service of the Service from the intervention, they disowned.

The transcript of the recording of the conversation of the judge and investigator “representatives of the Investigative Committee of the RF IC in the Krasnodar Territory was not transferred to the Federal Security Service”, and “the early termination of the powers of judges into the competence of the FSB bodies is not included,” the answer says.

But how then to understand the decision of the qualification collegium of the Krasnodar Territory, where it is written in black and white: “Information received information from the deputy head of the Federal Security Service of Russia for the Krasnodar Territory on the unworthy behavior of the judge of the Korenovsky District Court of the Krasnodar Territory of Kalita (Sa) N.V.”?

In the “new” response to the question of what the source of the record is, representatives of the Investigative Committee of the IC of the Russian Federation in the Krasnodar Territory indicate “we recommend contacting the FSB for information about the sources of records.”

Moreover, the very transfer of a bribe to the former husband of the judge, lawyer Vladimir Sayu, was an “operational experiment”.

Banks of the Bank of jokes

This experiment was under the control of the FSB. This follows from the court decision in the case of a lawyer.

Vladimir Sai was a lawyer for their intended purpose with N.N. Tupitsin - with respect to a resident of Korenovsk, a murder was brought up. According to the prosecution, for 100 thousand rubles, the lawyer promised Tupitsin to help avoid real imprisonment. Further interesting: in the court decision it is indicated that the client’s lawyer Sai turned to the FSB bodies and the IC of Russia with a statement about the crime, and before that he managed to record a conversation with a lawyer on the recorder.

The bodies carried out the work surprisingly quickly: the next day, Tupucin handed over to the lawyer Saya received to carry out the “operational experiment” “Married 5,000 bills, as well as the bills of the“ Bank of jokes ”. The experiment was a success - after a few hours, lawyer Vladimir Sai was detained by the FSB department. In the back seat of his foreign cars in the brown leather portfolio lay those same bills of “jokes”.

There is one detail that unites the lawyer Sai and Judge Sai. You can pay attention to it if you once again view the decryption of the investigator’s conversation, transferred, as we know, the FSB.

"Sa N.V., Sai N.V. - advocate. And try to correct now. There is “Say N.V.” everywhere, - the female voice is indignant. These interlocutors in different ways repeat the initials at least twenty times. Investigator Roman Bir for a long time does not understand what it is about.

“Have you seen this? Sai N.V. - It's me!" - finally does not stand the voice.

It turns out that the investigators transferred the indictment to the court, indicating in it the initials of a completely different person - the judge of the Korenovsky District Court Natalia Viktorovna Say. Coincidence? The novel of the Bir calls it a “technical mistake”, which does not interfere with the interlocutor openly funny over the next puncture of investigators.

The case of a lawyer Sai

On August 8, 2018, lawyer Vladimir Sai was found guilty, having received 2 years 6 months of a penal colony of general regime. Two months later, the general regime was replaced by a colony-settlement-the court considered the lawyer a crime of moderate severity. In a commentary to Novaya Gazeta, a lawyer Saya Elvira Sergeyeva, a lawyer, said that he would be released at the end of 2019.

Elvira Sergeyeva does not exclude the version that Sai’s lawyer could be substituted. He does not call specific departments. “You know, everything is possible,” she says. - I, as it were, do not withdraw this version from the accounts. You know, I won’t be surprised if they come to me tomorrow and do the same way. ”

I call the Korenov lawyers. Who is Vladimir Sai? In a city where there are only about ten lawyers, they simply cannot but know him. Something is known from the minutes of meetings of the qualification collegium. Vladimir Sai has two formations: one is mathematical, the second is legal. First, he worked at the school as a teacher of OBZh, then in the tax inspectorate.

- No, I did not intersect with him at all, so I can’t help you with anything.

- I heard, but I can’t give a description.

- This is my colleague, no matter how bad or good he is, so I do not want to express conclusions.

- I didn’t communicate with this person especially, I know that he lives in our city.

Different voices merge into one choir, but one thought is distinctly distinguished: the story of the lawyer Sai is a warning.

“A harmless, silent, never came into conflict with anyone,” says lawyer Alexander Goncharov. “You understand that a person can be to blame, but not necessarily that he was charged.”

Cambysa Court in Korenovsk

From Krasnodar to Korenovsk - a little more than an hour by car. At the entrance to the city of motorists is met by the reproduction of the canvas of the Dutch artist Gerard David "Tearing off the skin from a corrupt judge." The year of creation is the 1498th. In 2019, on the creation of Gerard David, the collective farm to them, on the M4 Don federal highway, installed the creation of Gerard David. Kirov.

The lawyer of the collective farm Nina Popova is an energetic woman with a truly English sense of humor and steel nerves. “We have a very bad reputation,” she says about herself with irony. “Officials call such a category of persons complainants.”

“Nobody loves us,” she continues. - And we do not ask us to love us. We would like, no, not justice. We would like the rule of law.

The appearance of Cambis Court in Korenovsk caused judicial hysteria, says Nina Popova.

Gerard David gleaned the plot from Herodotus from the History. According to legend, for an unrighteous sentence, Tsar Cambis ordered to tear off his skin from the corrupt judge of Sisamn into a edification of others, pulling it with a judicial chair on which the lawyer was sitting.

“Thank God, we are now not living in the Middle Ages,” comments Nina Popova the choice of the canvas. - Probably, we have a reason for joy, because then everything was much easier: the investigations were not carried out and they did not deprive powers. And now the judges are protected by a whole network of privileges: even if they are suspected of corruption, no one will tear the skin. They will not even investigate, because this is a mass phenomenon. В этом смысле у нас есть определенная эволюция. Хорошо это или плохо — потомки наши определят».

Впрочем, до суда потомков еще далеко. И фермеры продолжают переписываться с районным судом, как говорит Нина Попова, «посредством надписей на заборе».

Жанр родился в 2016 году, когда на поле появился плакат «Кореновский районный суд помогает предпринимателям». Следующим посланием стала 40-метровая растяжка «Судейскую мафию с полей!», которую повесили на тракторы. За ее установку Нина Попова сутки провела под стражей. Но перед этим растяжку с поля увезли сотрудники полиции. В поисках колхозного имущества Нина поехала в РОВД: получила сутки и 45 часов обязательных работ. Через полгода уже другой суд признал наказание незаконным, но часы к тому времени Нина Попова отработала.

Кореновский районный суд — место для фермеров знаковое. Ведь именно в этом суде под председательством выходца из прокуратуры Владимира Захаренко принимаются судебные решения, которые, как считают фермеры, легализуют рейдерские захваты сельхозземель.

По словам Нины Поповой, атака продолжается с 2006 года. Цель рейдеров — захват собственности колхоза. Колхоз им. Кирова поддержал участников «тракторного марша» на Москву. В 2016 году колонна из 17 тракторов двинулась в столицу в знак протеста против судебных решений, с помощью которых фермеров лишают земель, но была заблокирована в Ростовской области.

Фермеры передали тогдашнему председателю Краснодарского краевого суда Александру Чернову письмо с говорящей шапкой «О покровительстве Кореновским райсудом деятельности отдельной предпринимательской структуры в сфере земельных отношений». Аналогичное послание ушло в администрацию президента, полпреду президента в ЮФО и в Верховный суд РФ. Ответа фермеры не получили. Зато прилетела «ответка» — за следующие два года возбудили уголовные дела, целью которых было преследование активистов.

По словам Нины Поповой, сейчас фермеры объединились против ООО «Восход», учредителем которого выступает Эрнест Арутюнов. «Он обанкротил два сельхозпредприятия в районе», — говорит Попова. При чем тут Кореновский районный суд? Судьи признают обоснованность претензий Арутюнова, несмотря на то, что, по словам Поповой, в ход могли идти поддельные документы и загадочные манипуляции с завещаниями наследников земельных участков.

Фермеры убеждены, что без руководства Кореновского райсуда здесь не обошлось.

По информации источников «Новой», глава суда Захаренко может быть близок к Владимиру Устинову. Бывший генеральный прокурор РФ, а ныне полномочный представитель президента в Южном Федеральном округе родом из Кореновска.

Захаренко — выходец из прокуратуры, по местным меркам высокопоставленный: в 2007 году перешел на пост председателя Кореновского райсуда с должности прокурора Кореновского района.

Фермеры обращают внимание еще на один удивительный факт: представители компаний Арутюнова освобождены от уплаты госпошлины в суде. Такой же чести был в свое время удостоен Роберт Хахалев — бывший муж бывшей кубанской судьи Елены Хахалевой, ставшей известной после свадьбы дочери.

За годы судебных разбирательств юристы колхоза им. Кирова изучили судейский состав Кореновского суда досконально.

К примеру, судья Станислав Лазарович. Его супруга Елена Романцова (предусмотрительно носит другую фамилию) работает в прокуратуре. По словам юристов, супруги периодически пересекались в суде, но отводы стали брать якобы только после нескольких жалоб кореновских юристов.

Или судья Кореновского райсуда Елена Ермолаева. На входе в ее кабинет висит табличка: «Средства аудиозаписи и видеофиксации с собой в кабинет вносить строго запрещено». А правда, зачем?

— Есть судьи, которых я бы описала как неадекватных, — говорит Нина Попова. — Но про судью Сай я ничего такого сказать не могу. Человек она уравновешенный и сдержанный.

Еще несколько адвокатов в личных разговорах признавались мне, что судья Сай–Калита имеет реноме адекватного, если не лучшего судьи Кореновского райсуда. «Когда появилась судья Калита, мы обрадовались. Вернулся человек, от которого мы хотя бы представляем, что ожидать», — сформулировал один из юристов.

Меня же волнует вопрос: сколько дел теперь решится отправить на доследование судья Кореновского суда Наталья Калита?

— Когда появляется кукловод, ему важно взять на крючок, — говорит Нина Попова. — Всегда удобно иметь в районе покладистый судебный состав. И перечисляет судей Кореновского райсуда — всего пять человек. Эти люди рассматривают все: и уголовку, и административку, и бракоразводные процессы, и дела, связанные с правами на землю.

— Мне бы хотелось, чтобы там был конфликт, — говорит Нина Попова о следователях и судьях. - Why? Потому что у нас качество следствия настолько низкое. Если бы суды возвращали дела на доследование, наверно, это бы подтянуло.

Но обычно судьи стараются не конфликтовать, замечает она: «Ну кого-нибудь сейчас посадим, и что? Это страшно — судебный контроль не срабатывает. Они берут говняные, простите, другого слова не скажу, дела и выносят по ним приговоры».

«Тык молоточком — штраф 25 тысяч!

Главный редактор газеты «Максимум-Кореновск» Татьяна Терещенко помнит Наталью Сай с тех самых времен, когда та была еще мировым судьей. В маленьком кабинете стоят два стола с газетными подшивками. Татьяна — главный автор, главный редактор и учредитель.

«Ярким пламенем гореть, правым словом души греть!» — это слоган. На первой странице газеты — информация о займах на строительство под материнский капитал, на последней — объявления. «Куплю вездеход в любом состоянии», «курочка-молодка, 10 месяцев». Между ними — те самые материалы, которые доводят до белого каления кореновские власти. «Власти обещали построить четыре моста через Кубань. Где же они?», «В поисках ответов», «Нарушения на выборах».

Суды для Татьяны — особый пунктик. В Кореновский районный суд шли чиновники — сводить счеты с газетой.

— Это была травля, — говорит Татьяна, вспоминая события семилетней давности.

Первый из штрафов «Максимум-Кореновск» получила за то, что газета вывеску повесила не в том месте. Потом тогдашний мэр Кореновска узнал себя в одном из очерков и подал иск о защите чести и достоинства. Затем претензии появились у Роскомнадзора, за ними последовали иски от избирательной комиссии и военкомата.

— Я в 50 лет впервые попала в суд! Думала, судья знает законы, я сейчас свои доводы выложу. А там все шито белыми нитками. Прихожу, на меня смотрят, тык молоточком — штраф 25 тысяч!

Суд по «незаконной» вывеске вела судья Наталья Сай. Его «Максимум-Кореновск» проиграла.

— А потом я про все суды писала, — с улыбкой говорит Татьяна и кивает в сторону стола с архивными номерами. Время рассудило по-своему, вопреки всем решениям Кореновского суда. Татьяна перечисляет длинный список чиновников и судей, которых за годы борьбы сдуло из Кореновска. Одни ушли на повышение в Краснодар, других сослали в другие районы, а Татьяна осталась.

У Татьяны свой взгляд на борьбу с неизбежным: «Есть у нас читательница-бабушка, она говорит: «Земля круглая, попа скользкая, не знаешь, где поскользнешься».

Бульвар дедушки Медведева

Судьбу Кореновска изменил Дмитрий Медведев. По крайней мере, так считают кореновцы, которые связывают процветание города — а на фоне многих городков Кубани он выглядит лучше прочих — с покровительством премьера.

Основания для таких рассуждений есть: Медведев побывал в городе дважды. И, как надеются кореновцы, приедет еще. Все дело в том, что в 1950-е в Кореновске недолго жил и работал дед экс-президента — Афанасий Медведев, который возглавлял районный комитет партии и, по легенде, строил школу.

В эту самую школу № 18 Дмитрий Медведев и приезжал, причем оба раза. Посещение в 2008 году стало главной городской байкой, но не из-за визита высокого лица, а потому, что прошло в духе «потемкинских деревень». История начинается с того, что к приезду Медведева в школу № 18 привезли ноутбуки, интерактивные доски и книги из окрестных станиц и даже районов Кубани. Школьников, с которыми общался чиновник, отбирали с не меньшей тщательностью — классы сформировали из лучших учеников, но из разных школ Кореновского района. Ну а после того, как визит закончился, всю технику и даже мебель отправили обратно. Более того — демонтировали часть металлических заборов, установленных по пути следования кортежа.

В 2014 году Дмитрий Медведев снова приехал в Кореновск — уже будучи премьером. На этот раз высокого гостя порадовали строительством школьного бассейна. Дмитрий Медведев пообещал приехать в следующий раз. И в Кореновск потекли деньги из бюджета края: на реконструкцию парка, строительство ледового дворца.

Несмотря на то, что в Кореновске в честь предка Медведева назвали бульвар, историй о деде премьера в городе сохранилось, прямо скажем, немного. «Это был короткий период, — объясняет Татьяна Терещенко. — Он, может, просто не успел чем-то прославиться».

Татьяна Терещенко причастна к рождению мифа. «Ну у нас как это обычно бывает? Поставили цель — нужно что-то найти, — рассказывает она. — Очень долго искали материалы о дедушке господина Медведева Афанасии Медведеве, — говорит она. — В музее все перерыли, но ничего не нашли».

Потом журналисты вышли на кореновца Василия Солодухина, который лично знал Афанасия Медведева.

Его супруга, фронтовичка Рахель Солодухина, сегодня одна из хранительниц воспоминаний о жизни Медведевых в Кореновске. Медведев возглавил райком партии, а Солодухин — парторганизацию сахарного завода. «Очень скромный человек был, — пересказывает Татьяна Терещенко воспоминания Рахели Солодухиной. — В те годы ковровые дорожки — дефицит жутчайший, но Медведевы себе этого не позволяли. В квартире у них на порожках лежала тряпочка, которой полы моют».

Официальные биографы приписывают Афанасию Медведеву иной вклад: он и разруху в станице победил, и сквер с его подачи разбили, и тополя посадили. «А днем Батька, как уважительно называли его подчиненные, мотался по всему району, сначала на «линейке», запряженной двумя лошадками, позже уже на машине — на старом газике, — сообщает официальный сайт Кореновского района. — Ходил стремительно, чуть наклонившись вперед, невысокого роста, плотный, с глубокими залысинами».

Мифы «о дедушке Медведева» приносят свои плоды — вот и бассейн достроили.

Правда, как отмечает Терещенко, возить туда детей стали в принудительном порядке. Да и с заборами, замененными по ходу следования медведевского кортежа, вышло неловко — за них выставили счет.

Если без показухи, то в городе дедушки Медведева полно проблем, и первая из них — безработица. «Остались молочно-консервный комбинат и сахарный завод, которые работают в сезоны, и работа на администрацию, — рассказывает Терещенко. Кореновцы жалуются на плохие дороги и освещение, доступное только на центральных улицах города.

Завод сухой сыворотки не достроили, бросили. Был заложен спортивный центр — от него остались развалины. Медицинский центр по реабилитации инвалидов проработал несколько лет — закрыли. Когда-то эти проекты принесли главе Кореновского района Владимиру Руднику награды — за привлечение инвестиций в район.

Татьяна Терещенко рассказывает, что хорошо помнит свою последнюю встречу с главой района: «Стоит человек, лицо знакомое, не пойму кто. Я прошла мимо, потом меня пронзила мысль, что это Владимир Николаевич. Он так похудел! Он стал таким худеньким, маленьким, похож на подростка. Я поворачиваюсь, говорю: «Владимир Николаевич, здравствуйте!» Он занервничал, открывает свой внедорожник шикарный, бросает папку на заднее сиденье. Подъезжает его дочь — и к адвокату пошли».

«У него отжали все: землю и здания, — говорит Татьяна Терещенко. — Не думала, что так прессовать будут».

Смертельная мера

Всесильный глава района держался за кресло до последнего — даже когда стало известно о смертельном диагнозе. Всего на посту главы Кореновского района Рудник был семь лет. Ушел в 2012 году, а в день сложения полномочий еще и получил медаль «За заслуги перед Кубанью» II степени.

После отставки против Рудника возбудили уголовное дело по ч. 2 ст. 285 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями») — находясь на посту главы, чиновник устроил на должность знакомого. А именно: направил в Росимущество ходатайство с предложением назначить Анатолия Веретенникова директором ОАО «Дорожное эксплуатационное предприятие № 119». Цель — возможность оказывать влияние на своего ставленника, посчитало следствие.

По версии обвинения, спустя несколько месяцев Рудник предложил Веретенникову продать технику компании, которой на тот момент руководила дочь Рудника Ирина. Ущерб предприятию был оценен в 312 тысяч рублей, контора в итоге разорилось. В суде Рудник пояснил, что не обладал полномочиями, чтобы повлиять на своего ставленника, совершить сделку не предлагал. Гособвинение запросило для Рудника три года лишения свободы в колонии общего режима.

Владимир Рудник был к тому моменту смертельно болен: инвалид I группы, IV стадия рака. Дело рассматривала уже знакомая нам судья Кореновского райсуда Наталья Калита.

На заседании 5 февраля 2019 года она приняла решение заменить меру пресечения — с подписки о невыезде на заключение под стражу.

А потом на Кореновск-ТВ вышло видео с Владимиром Рудником, которое мгновенно облетело маленький город.

Юристу колхоза Нине Поповой ролик переслали в WhatsApp. С Владимиром Рудником она знакома — и, пожалуй, необычным образом. Долгое время они находились «по разные стороны баррикад».

После первого конфликта с колхозом в 2006 году на Нину Попову завели уголовное дело и несколько дней продержали в СИЗО. «Рудник был одним из основных лиц, которые имели заинтересованность в исходе этого дела против нас, — говорит Нина Попова. — Ничего умнее они не нашли, как закрыть под стражу нас, двух юристов-женщин, чтобы мы подписали признательные показания», — рассказывает она.

Надавить на колхоз не получилось. А через какое-то время глава района (на тот момент еще в должности) приехал в колхоз — один, и попросил прощения. «Меня это тогда очень сильно удивило, — говорит Нина Попова. — Сложно сказать «извини», даже если ты там кого-то в автобусе толкнул, не говоря уже о том, когда ты в тюрьму сажал, имущество отбирал. Считаю, что для этого нужно было иметь определенную человеческую натуру.

Друзьями бывшие враги, конечно, не стали, но выводы сделали. Впрочем, для Владимира Рудника и без того наступали другие времена.

— В последнее время он жаловался, что его бывшие коллеги хотят у него отнять все то, что они вместе в свое время распределяли, — рассказала Нина Попова о том, что слышала от теряющего здоровье и силу главы. — Ну а потом мы увидели этот ролик на Кореновск-ТВ.

Этот ролик длится минуту. Мужчина в черной кожаной куртке по бумажке зачитывает постановление суда об изменении меры пресечении. В кровати в одном белье и с трубками молча лежит изможденный человек. Это — Владимир Рудник.

— Он не может ходить, у него полностью не двигается одна нога. Только с реанимации выписались, — говорит за кадром дочь Рудника.

Полицейские приехали, чтобы исполнить решение судьи Натальи Калиты — привести человека с IV стадией онкологии в суд принудительно. Справка о I группе инвалидности Рудника на судью впечатления, видимо, не произвела. К дому Рудника приезжает скорая, чтобы по настоянию родственников отвезти его в краевую больницу. Больного подключили к аппарату искусственной вентиляции легких, но полицейские экипаж скорой не отпускали — решением судьи Натальи Калиты им было поручено через два часа доставить Рудника в здание суда. После споров и переговоров скорая все же забрала больного.

Вскоре Владимир Рудник умер.

— Видимо, она должна была сделать то, что сделала, — говорит о решении судьи Калиты дочь Рудника Ирина. — От ее знакомых слышала, что она по этому поводу переживала, даже плакала. Но я считаю: заставляют, не заставляют, это выбор. Решение выносит судья, подпись ставит она.

Москва — Кореновск

PS

Благодарим за помощь Алексея Малаховского и Ирину Кондратьеву (Право.Ру).