«Блестящий, очень умный, прекрасно разбирается в теме»

Как полковник ФСБ Кирилл Черкалин крышевал российские банки: «Проект» и The Bell

В апреле был задержан начальник банковского отдела управления «К» ФСБ полковник Кирилл Черкалин и его бывшие сослуживцы Дмитрий Фролов и Андрей Васильев. Всех троих обвинили в мошенничестве на 490 миллионов рублей; Черкалину, кроме того, вменили взятку на 52 миллиона. Размер претензий к обвиняемым не соотносится ни с рекордной суммой в 12 миллиардов рублей, которую у них предположительно изъяли, ни с масштабами их незаконного бизнеса по крышеванию банков, пишут издания «Проект» и The Bell.

ФСБ взяла под контроль рынок обналички с помощью «подкрышников». Это отставные чекисты, которые становились топ-менеджерами банков

Сотрудники управления «К» ФСБ начали контролировать операции по незаконному выводу «черного нала» из банков еще с начала 2000-х, утверждают The Bell и «Проект». Для этого использовались два способа, рассказал изданиям близкий к ФСБ источник. Первый — фиксированные взятки и откаты. Второй — процент от нелегальных операций (обычно 0,1-0,2% от суммы). Для получения процента в банк отправляли так называемого «подкрышника». Это был офицер ФСБ или КГБ в отставке, которого чаще всего назначали главой службы экономической безопасности банка. Таким образом он получал контроль над денежными потоками. Перевозить получаемый «черный нал» по Москве в свободное от работы время помогали сотрудники спецподразделений ФСБ «Альфа» и «Вымпел», утверждает собеседник «Проекта» и The Bell.

Журналисты описывают, как Кирилл Черкалин предложил назначить «подкрышника» на должность вице-президента Пробизнесбанка с окладом в 120 тысяч долларов в год. Предложение прозвучало летом 2014 года во время встречи Черкалина с Александром Железняком — на тот момент совладельцем финансовой группы «Лайф», головным банком которой был Пробизнесбанк. Согласно показаниям Железняка, офицер ФСБ приехал на встречу с часами Rolex на запястье и за всех заплатил — «что за этими ребятами обычно не водится».

Кроме внедрения «подкрышника», у Черкалина было еще одно требование: Железняку и его бизнес-партнеру Сергею Леонтьеву следовало продать крупную долю в группе «Лайф» компании, которая будет делить доходы от бизнеса с высокопоставленными сотрудниками ФСБ и Генпрокуратуры. Железняк не согласился делиться долей в бизнесе. Уже через год ЦБ отобрал лицензию у Пробизнесбанка. Пришедшая в банк временная администрация нашла в его операциях признаки вывода средств и оценила дыру в капитале почти в 35 миллиардов рублей. Железняк и Леонтьев уехали из России.

Впрочем, сам Железняк объясняет крах своего бизнеса политическими мотивами. По его словам, в 2012 году входивший в группу «Лайф» «Банк24.ру» (он тоже лишился лицензии) решил выпустить банковскую карту в поддержу политика Алексея Навального: 1% от каждой покупки с карты собирались перечислять Фонду борьбы с коррупцией (ФБК). Идею хотели реализовать втайне, но журналисты узнали о ней. После этого Алексей Плякин, возглавлявший департамент банковского надзора ЦБ, якобы предупредил Железняка, что у властей сотрудничество группы «Лайф» с Навальным вызовет «множество вопросов». Проект свернули, но «Кремль не забыл об этом случае», считает Железняк.

Сотрудники ФСБ предлагали московскому банкиру компенсацию за потерянный бизнес. Из его банка вывели деньги после конфликта с «ключевой фигурой в обналичке»

Сотрудники управления «К» ФСБ, по всей видимости, прикрывали Евгения Двоскина, которого Bloomberg называл «ключевой фигурой в обналичке» на российском банковском рынке. Это следует из рассказа бывшего зампреда правления банка «Интелфинанс» Михаила Завертяева о его конфликте с Двоскиным. По словам Завертяева, в декабре 2007 года он поймал главного бухгалтера банка на попытке выдать кредит подставной компании, связанной с Двоскиным. На следующий день в банке появился сам Двоскин и его охранник. Приехали они почему-то на машине скорой помощи.

«Подходит Двоскин, бьет в ухо, я даю ему с локтя — он падает, у меня первая мысль: он упал у моего портфеля, там документы, сейчас схватит и убежит. Я наклоняюсь, чтобы передвинуть портфель, получаю пистолетом по голове и теряю сознание», — рассказал Завертяев. По его словам, после этого он попал в больницу, а из банка начали выводить деньги по поддельной подписи (чьей, не уточняется). Всего, по оценке Завертяева, банк потерял 11,7 миллиарда рублей. Он просил ЦБ приостановить лицензию «Интелфинанса», чтобы заблокировать вывод средств. Регулятор отозвал лицензию у банка в середине января 2008 года, отметив, что перед этим «руководители и сотрудники фактически прекратили его деятельность».

Через полгода после драки с Двоскиным Завертяев встретился с сотрудниками управления «К» ФСБ Фроловым и Черкалиным. Также на встрече был первый замдиректора спецслужбы Сергей Смирнов. По мнению Завертяева, чекисты преследовали две цели. Во-первых, выяснить, есть ли у него доказательства визита Двоскина, с которым, как показалось банкиру, они были хорошо знакомы. («Да не переживай ты, мы его уже уволили», — якобы сказал Смирнов про охранника Двоскина. Источники «Проекта» и The Bell утверждают, что тот был под охраной ФСБ). Вторая цель — убедить банкира не пытаться вернуть выведенные деньги. В конце встречи ему предложили компенсацию за потерянный бизнес, утверждает Завертяев.

«Проект» и The Bell не уточняют, какую сумму назвали банкиру и что он ответил, но отмечают, что после этой встречи он попытался привлечь Двоскина к ответственности. Однако тот сумел доказать, что не нападал на Завертяева, поскольку в момент драки давал показания как потерпевший по другому уголовному делу — эту версию подтвердили следователи и биллинг телефона Двоскина. Сам Двоскин заявил «Проекту» и The Bell, что Завертяев выдумал эпизод с дракой, а сам он впервые увидел его на очной ставке.

Подельником Черкалина мог быть бывший замглавы Агентства по страхованию вкладов. Он уехал за границу после ареста полковника

Черкалин был хорошо знаком с бывшим замглавы Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Валерием Мирошниковым, следует из рассказов Железняка и еще одного банкира, с которым пообщались «Проект» и The Bell. По словам Железняка, на одной из встреч, где он был вместе с Черкалиным и Мирошников, те, не стесняясь постороннего, обсуждали, каких управляющих назначить в обанкротившиеся банки.

В 2016 году, после отзыва лицензии у Пробизнесбанка, Мирошников якобы предложил Железняку пообщаться с Артемом Зуевым, которого назвал партнером компании «Кворум»; ее назначили управляющим банкротством Пробизнесбанка. Зуев при встрече с Железняком сказал, что согласовал свои полномочия с Мирошниковым и Черкалиным и предложил сделку: владельцы группы «Лайф» полностью раскрывают свои активы, возвращаются в Россию и сотрудничают с властями. Им дают три-четыре года домашнего ареста, после чего они получат свою долю из «общего котла» возвращенных активов — как и «Кворум». В противном случае финансисты станут «объектами международного преследования», сказал Зуев. Железняк отказался от его предложения. «Кворум» продолжает разыскивать активы, принадлежащие ему и его партнеру, по всему миру.

О том, что Черкалин знаком с Мирошниковым, говорил и Сергей Пугачев — бывший владелец Межпромбанка, в 2010 году перешедшего под контроль АСВ. По словам Пугачева, сотрудники агентства под руководством Мирошникова вымогали у него 350 миллионов долларов, предлагая в обмен сохранить за банкиром часть активов. Пугачеву угрожали уголовным делом и даже физической расправой. «Это был не интеллигентный разговор, а реальные угрозы, — мол, что они пришлют… палец моего сына», — рассказывал банкир. В связке с АСВ, как утверждает Пугачев, действовали Черкалин и Фролов, которые вымогали у него 20 миллионов долларов, угрожая сделать фигурантом дела о выводе денег из Межпромбанка. Пугачев, по его словам, платить не стал; он уехал за границу. В 2013 году его объявили в международный розыск.

Мирошников проходит свидетелем по делу Черкалина, писал РБК со ссылкой на источники. Сообщалось, что бывший замглавы АСВ покинул Россию сразу после ареста полковника ФСБ. Его знакомые рассказали The Bell и «Проекту», что он отправился сначала в Австралию, а позже в Германию — «на лечение». АСВ в начале июля объявило об отставке Мирошникова по состоянию здоровья.

Черкалин не наладил отношения с новым начальником управления «К». Его арест может быть связан с конфликтами внутри ФСБ

По версии следствия, Черкалин и его бывшие сослуживцы в 2011 году под угрозой уголовного преследования заставили московского застройщика Сергея Гляделкина передать им активы на 490 миллионов рублей. Это не первое дело, в котором Гляделкин фигурирует в качестве потерпевшего. В 2012 году по его заявлению на три года условно был осужден бывший вице-мэр Москвы Александр Рябинин, которого признали виновным в вымогательстве.

Как отмечают «Проект» и The Bell, у Гляделкина был совместный проект с Игорем Чайкой, сыном генпрокурора Юрия Чайки. Прокурора в своих показаниях упоминал и Железняк. По словам банкира, доля в бизнесе группы «Лайф», которую у него вымогали, предназначалась для того, чтобы «две птицы» закрыли дело против акционеров компании. Под прозвищем «две птицы» якобы проходили генпрокурор Чайка и тогдашний глава управления «К» ФСБ Виктор Воронин.

С 2016 года управление «К» возглавляет генерал Иван Ткачев. Источники «Открытых медиа» говорили, что у него не сложились отношения с Черкалиным, который считался человеком Воронина. Около года назад Ткачев начал оперативную разработку Черкалина с одобрения главы ФСБ Александра Бортникова, утверждали собеседники «Открытых медиа». Источники РБК говорили, что Ткачев начал разрабатывать Черкалина еще на прежнем месте работы — в управлении собственной безопасности ФСБ. «Внутривидовая борьба» — так описал происходящее «Проекту» и The Bell предприниматель со связями в силовых органах. С этой версией согласился крупный российский банкир, хорошо знавший арестованных офицеров.

«Блестящий, очень умный, прекрасно разбирается в теме, если бы не все это, я бы его на работу взял, — описал Черкалина один из источников „Проекта“ и The Bell в банковской сфере.— Но это все ребята коммерческие, такое поколение».

Пересказала Ольга Корелина