Снесите все файлы заранее!

Как обезопасить себя, если ваш смартфон решил изъять Следственный комитет

В оформлении задержанных за административные правонарушения на акции 3 августа появилось нововведение: людей опрашивали в качестве свидетелей по делу о массовых беспорядках, возбужденному после предыдущей акции 27 июля, и в рамках допроса у большинства изымали мобильные телефоны. Гаджеты приобщали к уголовному делу вне зависимости от того, принимали ли задержанные участие в предыдущем мероприятии. Корреспондент «Новой» пообщалась с теми, кто расстался со своей собственностью, а также разобралась в том, что нужно делать, если в следующий раз отобрать телефон захотят у вас.

ОБНОВЛЕНО
По информации «Новой газеты», у части задержанных 3 августа, чьи смартфоны были изъяты, в начале недели произошли попытки взломов сервиса Telegram, а также — учетных записей Gmail у владельцев смартфонов на базе Android. Кроме того, один из телефонов не был отключен, и владелец отслеживал его геолокацию: во вторник этот iPhone отвезли в Люберцы.

Константин Фокин встретился с двумя друзьями на станции «Тургеневской» в районе 14 часов в субботу, чтобы «прогуляться по бульварам» до «Пушкинской», где они позднее разошлись каждый по своему маршруту. Сам Константин ненадолго остался около здания «Известий», где присел на тротуар. «Вокруг меня собралась небольшая толпа, так как особо интересного ничего не происходило, все просто стояли, подходил кто-то даже с плакатами, ну и когда присел рядом, наверное, четвертый человек, к нам подошли сотрудники Росгвардии и забрали нас в автозак», — рассказывает он.

По его словам, росгвардейцы подошли сзади, «выломали руки и потащили», несмотря на то что все «спокойно сидели и почти даже не разговаривали». Более 20 человек, с которыми в одном автозаке оказался Константин, попали в ОВД Ясенево. Сначала автобус покинули несовершеннолетние, затем единственная девушка, потом зарегистрированный кандидат в Мосгордуму, а после — уже все остальные. Константин был последним, так как «никуда не торопился» и отказался сразу отдать свой паспорт в отличие от большинства остальных.

Как рассказывает Константин, процесс оформления был понятен не сразу, никто ничего не объяснял. В итоге выяснилось, что есть два параллельных допроса: у группы сотрудников Следственного комитета и у полицейских из ОВД. Поучаствовать нужно было в обоих, начав с общения с СК в качестве свидетеля по уголовному делу о массовых беспорядках 27 июля, а только затем обсуждая с сотрудниками ОВД мероприятия 3 августа и свое задержание по административному правонарушению.

«Отдельная очередь была организована для сдачи мобильных телефонов. Когда до меня дошла очередь, я попросил объяснить, что вообще происходит, и сказал, что без адвоката участвовать в этом всем не стану», — говорит Фокин. По его словам, он и другие задержанные сразу обратились в ОВД-Инфо, им прислали юриста, однако полицейские говорили им, что адвокат приехал и сразу уехал, а адвокату сообщали, что никто не просил о его помощи. Константин утверждает, что в итоге был единственным, кто отказался дать показания без содействия юриста, которого в итоге сам обнаружил на улице, выйдя из здания ОВД, и вернулся на допрос уже с юристом, так как покинуть территорию полицейских через КПП так и не смог.

— Тут встала эта тема с телефоном. Мне говорят: «Вы готовы отдать мобильный?» Я сказал, что вообще-то не хочу, адвокат меня поддержала. Сотрудники СК сообщили, что тогда будут изымать его принудительно. Привели двух девушек в качестве понятых, полицейского, говорят: «Ну все, вы готовы? Мы изымаем». Я взял телефон покрепче, но его вырвали из рук. Затем составили протокол об изъятии и дали мне копию.

Управляющий партнер коллегии адвокатов «Железников и партнеры» Александр Железников говорит, что следователи обладают широким спектром полномочий в этом вопросе и могут изъять телефон и у свидетеля, в том числе через протокол выемки, либо через протокол обыска, но только в рамках уже возбужденного уголовного дела. Оперативные сотрудники или росгвардейцы в рамках административных правонарушений могут осмотреть телефон исключительно снаружи или под чехлом. «Кроме того, следует обратить внимание, что есть законные требования, есть незаконные требования, а есть просьбы. Если при понятых и с протоколом, копия которого есть у задержанного, то это законное требование, а если смартфон просто забрали, и никаких бумаг у вас нет, то это не что иное, как «гоп-стоп», — рассказывает Железников

По его словам, в силу «изобилия различных квазизаконных действий», которые предпринимаются правоохранителями в этот период, естественно, процедуры игнорируются, но стоит пытаться процессуальные требования соблюдать. «Вы можете со смартфона удалить то, что хотите, но не отдавать силой я бы не рекомендовал», — резюмирует адвокат.

Почти во всех автозаках нашлись провокаторы, которые рассказывали остальным, что отдали телефоны и пароли, и так будет даже лучше.

По данным ОВД-Инфо, в Ясенево привезли 22 задержанных, по крайней мере, один из них остался ночевать там. Телефоны забрали практически у всех. По словам Константина Фокина, время выключить смартфон, выйти из всех приложений, удалить их и вытащить сим-карту у него и у остальных задержанных было.

В ОВД Марьино 3 августа привезли 19 человек. Среди них были Сергей и его друг. Схема работы правоохранителей была идентичной: допрос от следователей СК и от полицейских из самого ОВД, автозак покидали также по одному. «Мой приятель вышел раньше меня и написал мне сообщение о том, что могут предложить сдать телефон, но ты, мол, не сдавай, — говорит Сергей. — Когда мне уже в ОВД сказали это сделать, я попытался отказаться, ссылаясь на адвоката, но мне заявили, что будут проблемы и надо сдать, это обязательно, ну пришлось подчиниться». Сергей рассказывает, что телефон положили в пакетик, на котором описали его характеристики, и забрали. «Больше я его не видел», — говорит Сергей. «Сначала я не беспокоился ни о чем, потому что телефоны обещали вернуть на выходе из ОВД. Но потом прошел слух, что их изымут. Поэтому по возвращении домой я стер его через iCloud, поменял пароли», — говорит он.

Из бумаг Сергей получил на руки только копию протокола об административном правонарушении 3 августа. Никаких документов об изъятии телефона у него не осталось. Из 19 человек телефоны не забрали у двоих: у девушки, так как в ОВД не нашлось понятых женщин, и ее не стали досматривать, и у молодого человека, который просто забыл свой рюкзак в автозаке.

IT-консультант Фонда борьбы с коррупцией Владислав Здольников говорит, что будущее телефона в руках экспертов из Следственного комитета зависит от того, iPhone это или смартфон на базе Android. В начале 2018 года израильская компания Cellebrite сообщила своим клиентам о возможности взлома любого смартфона iPhone компании Apple. В компании утверждают, что ее технологии позволяют обходить блокировку большинства популярных моделей смартфонов на Android и iOS и загружать с устройств файлы владельцев, а также восстанавливать удаленные файлы. При этом для взлома устройства нужен лишь физический доступ к нему.

В марте того же года из данных сайта госзакупок стало известно, что программы и оборудование израильской компании закупают региональные управления ФСБ России, Следственного комитета и МВД. В июне нынешнего года компания рассказала об апгрейде, позволяющем спецслужбам разблокировать любые гаджеты с iOS версии 7 и выше, включая новейшую iOS 12.3. Владислав Здольников рассказывает, что это не совсем так: «Дорогостоящая программа умеет взламывать некоторые достаточно старые версии iOS, но, по моей информации, это оборудование абсолютно бессильно против последних обновлений, где устранены уязвимости». На первый взгляд таким образом отсеивается часть потенциально находящихся в опасности смартфонов, но тем не менее есть несколько советов, которые эксперт считает полезными для всех:

— Во-первых, удаление программ не означает выхода из них. То есть если вы снесли с телефона приложения, в ваш аккаунт можно будет зайти, установив там приложение снова. Ведь остается папка с данными, достаточными для входа. Нужно обязательно разлогинить устройство в каждом из сервисов, где вы зарегистрированы. Затем — сменить пароль.

То есть одно из этих действий — удаление приложения, выход из аккаунта или смена пароля — могут быть недостаточной защитой, нужно сделать именно комплекс действий, — советует эксперт.

В особой опасности, по словам Здольникова, находятся те пользователи Android, которые не шифруют файловую систему — таких большинство. «Владельцы последних iPhone могут дышать чуть спокойнее», — резюмирует он. Хотя и для них есть опасности. Например, если вместо обычного пароля включены функции Face ID или Touch ID, а смартфон изымают насильно, то эти сервисы могут сыграть на руку тем, кто хочет забрать у вас телефон. «Тогда надо попытаться сделать десять коротких нажатий подряд на кнопку выключения. Да, это будет не очень легко. Но, к сожалению, такие вещи происходят: и к пальцам подносят насильно, и к лицам. Если вы идете на митинг, лучше включать шестисимвольный пароль или больше, как хватит терпения», — говорит Здольников.

Сергея Б. задержали 3 августа около театра «Современник» и отвезли в ОВД Красносельский в числе 27 задержанных. В пути всех предупредили, что позднее телефоны заберут, а пока пользоваться ими можно. «Нам не сказали, что гаджеты приобщат к какому-то уголовному делу, сообщали, что их заберут на время допроса в ОВД», — рассказывает Сергей. В итоге с помощью сотрудника Следственного комитета Сергей составил некую расписку на имя главы ОВД об изъятии мобильного телефона, вытащил сим-карту, удалил личные записи и несколько приложений, попросил жену дистанционно выйти из всех приложений и оставил смартфон с распиской на столе в актовом зале, сообщив неправильный пароль.

— Я пошел на допрос к следователю. К нам в кабинет ворвался сотрудник полиции и сказал, что телефон пропал или я его не оставил. Обыскали меня, весь ОВД, всех, кто был в комнате, туалет. Телефона нигде не было. Я предполагаю, что его могла потерять сотрудница СК, но точно не уверен. Телефон старый, я с ним хожу в походы, мне не очень жалко. Другим задержанным адвокат, который с нами работал, сказал, что это все незаконно, когда я уходил, они еще там оставались, — рассказывает Сергей Б. Никаких документов за свой телефон он не получил.

У Следственного комитета есть собственная экспертиза, которая занимается вскрытием и расшифровкой смартфонов. «Разумеется, это незаконно, такими вещами должны заниматься сторонние и приглашенные специалисты, а не те, кто приписан к СК и не может быть независимым априори, но пока все так», — говорит адвокат Александр Железников. По его словам, они будут искать в телефонах ответы на вопросы, поставленные следователем, в известность об этих вопросах должен быть поставлен и человек, чей телефон изъят. Скорее всего, их будут интересовать фотографии, переписки, список контактов, уверен адвокат.

— Если у человека был изъят мобильный телефон, то не обязательно он будет привлечен к делу как обвиняемый или подозреваемый.

Но километры видео, которые наснимали владельцы телефонов, точно будут отсмотрены и приобщены к делу. По ним уже будут искать нарушителей.

Поэтому, вероятно, с телефонами стоит попрощаться и ждать звонка от следователя из СК.

У Здольникова есть еще пара рекомендаций, которые стоит выполнить, если у вас уже изъяли гаджет: и для Android, и для iOS есть дистанционное удаление всех данных, которое можно осуществить, зайдя в учетные записи Google и Apple. «Ну и последнее, что надо сделать обязательно, — это пойти в офис своего оператора и перевыпустить сим-карту, иначе у правоохранителей будет возможность запросить ваши пароли. Сделать это следует не позднее чем через сутки после задержания», — рекомендует Здольников. «Лучше снести со смартфона все, если он остался у следователей, очень ценны фотографии с отпуска, конечно, но сохранять их ценой возбуждения уголовного дела точно не стоит», — говорит эксперт.

Ни один из собеседников «Новой газеты», которые были задержаны 3 августа и у кого изъяли телефоны в рамках уголовного дела о массовых беспорядках 27 июля, не был на мероприятиях неделей раньше и потому неясно, свидетелями чему они могут быть в рамках расследования.