Обращение главы полиции Парижа Мориса Гримо к сослуживцам, 1968 год

ОБРАЩЕНИЕ ГЛАВЫ ПОЛИЦИИ ПАРИЖА К СОСЛУЖИВЦАМ

«Возможно, мы одержим победу на улице. Но мы потеряем нашу честь»

— Я обращаюсь сегодня ко всем подразделениям: к простым постовым и к военнослужащим, к кадровым офицерам и к штатским начальникам. И хочу говорить с вами на тему, о которой мы не вправе молчать: об излишнем применении силы.

Если мы не поговорим сами с собой на эту тему предельно ясно и открыто, то, возможно, мы одержим победу в этом споре, победим в столкновениях на улице. Но мы потеряем нечто гораздо более ценное. Потеряем то, чем вы дорожите точно так же, как и я: нашу честь.

Я знаю, поскольку говорил со многими из вас, что в большинстве своем вы против подобных методов. Также я знаю, а вы знаете это вместе со мной, что случаются отдельные факты, которых нельзя допускать.

Конечно, жаль, что пресса слишком часто осуждает полицию, ссылаясь на эти факты, вырывая их из контекста. При этом не говорит, что та же самая полиция подвергалась насилию и несла потери, сохраняя спокойствие и просто выполняя свой долг.

Я посещал всегда, когда мне только это удавалось, наших раненых на больничных койках, и говорю как живой свидетель о дикости некоторых нападений, начиная с тех, когда булыжниками кидают со всей силы в сотрудников, неподвижно стоящих в строю, и заканчивая применением химических веществ, приводившим к ослеплению или к тяжелым ожогам.

Все это, к сожалению, правда, и каждый из нас знает об этом.

Вот почему я понимаю, что, когда люди, часто подвергавшиеся таким нападениям, получают приказ расчистить улицу, их действия часто бывают жесткими. Но все мы должны согласиться, что, справившись с неизбежным шоком от контакта с агрессивными митингующими, которых необходимо оттеснить, сотрудники правопорядка, которыми вы являетесь, должны немедленно взять себя в руки.

Ударить демонстранта, упавшего на землю, значит нанести удар самому себе, показав себя в образе, который будет распространен на всю полицейскую службу.

Еще хуже — избивать демонстрантов после ареста и на пути в полицейские отделы.

Я знаю, то, что я говорю здесь, будет неправильно истолковано некоторыми. Но я знаю, что я прав, и что в глубине души вы это понимаете.

Если я говорю об этом, то только потому, что солидарен с вами. Я это уже говорил и скажу снова: все, что делает парижская полиция, касается меня, и я не отделю самого себя от нее ни в чем, что касается ответственности за ее действия. Вот почему мы должны быть едины в применении правил, о которых я напоминаю сегодня, и от которых, я уверен, зависит будущее полиции.

Скажите это сами себе и повторяйте всем вокруг: всякий раз, когда против протестующего совершается незаконное насилие, десятки его товарищей захотят отомстить за него. Эта эскалация не имеет границ.

Но признайте, что, когда вы показываете пример храбрости и хладнокровия, это вызывает уважение тех, кто противостоят вам, даже если они не говорят этого вслух.

Наконец, мы будем помнить, что быть полицейским — это работа, не похожая ни на какую другую: когда мы выбирали ее, мы приняли и ее жесткие требования, и ее величие.

Читайте также

Время собирать камни и швырять их в полицию. Парижский май-68: краткая история в изложении собкора «Новой»

Я знаю о трудностях, с которыми сталкиваются многие из вас. Я знаю о горечи, которую вы испытываете, сталкиваясь с унизительными обвинениями и издевательствами, направленными против вас или ваших семей. Но единственный способ избавиться от этих плачевных заблуждений части населения, — это постоянно показывать ваше истинное лицо и вести безжалостную войну со всеми теми, к счастью, очень немногими, кто своими безрассудными поступками подкрепляет тот неприятный образ, который нам пытаются создать.

Я еще раз выражаю вам всю мою веру в вас и все мое восхищение тем, что я видел в течение этих исключительных дней. И я знаю, что преданные своему делу люди, такие как вы, полностью поддержат меня в том, что я предпринимаю, и не имеют иной цели, нежели защищать честь полиции и ее долг перед народом.

Начальник полиции города Париж, Морис Гримо
1968 год.

Оригинал на французском