В воскресенье в городе Сарове (Нижегородская обл.) был объявлен траур в связи с гибелью сотрудников Российского федерального ядерного центра – Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики. Речь идет о пяти специалистах, погибших 8 августа на 45-м государственном центральном морском испытательном полигоне ВМФ России вблизи Неноксы (Архангельская обл.) во время испытаний неназванной ракеты, они будут похоронены в Сарове. Всего в результате ЧП пострадало более 10 человек, о состоянии пятерых выживших информации нет.

Эксперты полагают, что в тот день проводились испытания одного из изделий, о разработке которого впервые сообщил Владимир Путин в 2018 г. По данным «Росатома», испытания неназванной ракеты проходили на морской платформе. Однако по их завершении произошло возгорание топлива жидкостного двигателя, приведшее к детонации. В госкорпорации отметили, что трагедия произошла из-за «стечения факторов», и добавили, что такое нередко происходит при испытаниях новых технологий.

Согласно открытым данным, на проходившей испытания ракете были использованы радиоизотопные источники – устройства, использующие энергию, выделяющуюся при радиоактивном распаде, для нагрева теплоносителя или преобразующие ее в электроэнергию. По всей видимости, именно ее частичное разрушение привело к тому, что 8 августа с 11.50 до 12.20 по московскому времени в районе проведения испытаний было обнаружено повышение радиационного фона до двух микрозивертов в час (при установленной норме аварийного реагирования от 0,6 микрозиверта). Оказавшиеся на месте специалисты получили ударную дозу радиации. Именно этим, похоже, объясняется то, что одежда пострадавших была сожжена на месте; что вертолеты, доставившие их к спецборту Министерства обороны, перед началом транспортировки пострадавших были обследованы специалистом с дозиметром; что кареты «скорой помощи», доставлявшие их в сопровождении машин военной автоинспекции в Медицинский биофизический центр им. Бурназяна, были обмотаны пленкой, а их водители – одеты в костюмы химзащиты. Район ЧП был закрыт для судоходства на месяц: это время требуется, видимо, для поиска останков ракеты и оценки материального ущерба.

В России действительно ведутся закрытые разработки десятков и сотен военных программ, многие из которых в ходе первых этапов испытаний терпят неудачу. Однако до последнего времени они не несли какой-то угрозы обывателю, привыкшему видеть достижения российской оборонки исключительно по телевизору. Создали новый самолет и он упал? Ничего страшного: будут сделаны выводы и все встанет на свои места. Сделали новый танк и он от выстрела развалился? Проведут дефектацию – и все исправится. Спустили на воду новый корабль и он затонул? Ничего: следующий отплавает и за него тоже.

Это утрированные примеры, но факт остается фактом: ни один самолет, танк или корабль не несет обычным людям такого потенциала катастрофичности, как оружие на ядерном топливе. Цена ошибки в данном случае может стать роковой не только для специалистов, знающих о сопутствующих рисках и добровольно подписавшихся на рискованную работу, но и для тысяч и миллионов людей, не имеющих к экспериментальной ядерной физике никакого отношения. Безусловно, комиссия, созданная для расследования причин ЧП в Неноксе, сделает свои выводы (о которых вряд ли будет объявлено официально). Но быть застрахованными от повторения подобного случая на 100% нельзя.

Токсичные успехи оборонки