Конец «Русской весны» в Севастополе

Как Кремль избавляется от Алексея Чалого — и от парламента, который он контролировал

8 сентября 2019-го состоятся выборы в законодательное собрание Севастополя. Последние пять лет большинство в нем сохраняли Алексей Чалый и его сторонники — активные участники присоединения Крыма к России. В предыдущие годы они добились отставки двух назначенных Кремлем губернаторов. Сейчас российская власть делает все, чтобы покончить с неудобным парламентом: избирком не регистрирует целые партийные списки кандидатов. Спецкор «Медузы» Андрей Перцев рассказывает, как «народный мэр» Севастополя Чалый в течение пяти лет противостоял московским назначенцам — и как теперь из его рук уходит власть.

13 июля 2019 года депутат законодательного собрания Севастополя и активный участник присоединения Крыма к России (так называемый народный мэр города) Алексей Чалый снял свою кандидатуру с осенних выборов. Он заявил, что хотел идти в парламент второй раз лишь для того, чтобы сместить — путем выражения недоверия — губернатора Севастополя Дмитрия Овсянникова, а следом сдать свой мандат. Однако Чалого опередил Владимир Путин: 11 июля президент России освободил Овсянникова от должности.

«Основное событие этой недели провалило этот хитроумный план [избрания в парламент и отставки главы региона] самым приятным образом, — заявил после этого Чалый. — Поставленная задача оказалась уже выполненной». Депутат добавил, что планирует «завершить неожиданно свалившуюся на него политическую карьеру», чтобы «работать на ниве реализации неполитических проектов».

По всей видимости, Чалый не был до конца честен — как минимум он по-прежнему намеревается провести в законодательное собрание в сентябре 2019 года своих сторонников. Хотя вновь поставить под контроль севастопольский парламент, как это было все пять лет после включения Крыма в состав России, у Чалого вряд ли получится. В город, который был центром «Русской весны» 2014-го, приходит русская осень: в этом сентябре назначенные федеральным центром функционеры оттеснят от власти в Севастополе тех, кто сначала поддержал присоединение Крыма, а затем стал для Кремля проблемой.

Избирком не допускает чалистов

Депутат и глава комитета по градостроительству законодательного собрания Севастополя Вячеслав Горелов — сторонник Алексея Чалого. При этом он недоволен «Единой Россией», в которой Чалый состоит. В 2016-м Горелов покинул городской политсовет партии, а в этом году и вовсе вышел из нее. «Пенсионная реформа, которую „Единая Россия“ проводила с такой настойчивостью в 2018 году, была не вполне корректной, — мягко говорит политик об одном из главных поводов для недовольства властью в Крыму. — У меня нет вопросов, нужна такая реформа в принципе или нет: в современных условиях развития медицины выходить на пенсию мужчине в 60 лет — рано. Но в стране, где существует такой серьезный разрыв между богатыми и бедными, — неправильно. Нужно было стабилизировать ситуацию и сформировать мощный средний класс, и даже в этом случае повышать на пару лет и смотреть в течение лет 5–10, а к чему бы это привело».

В конце июня, за два с небольшим месяца до выборов в законодательное собрание, Горелов возглавил список партии «Зеленые». Примерно в это же время еще одна соратница Чалого, член Совета Федерации от Севастополя Ольга Тимофеева стала первым номером списка «Родины». В списки кандидатов обеих партий вошли, как говорят собеседники «Медузы», и другие соратники «народного мэра» — на местном политическом жаргоне их называют чалистами (а есть еще и античалисты, оппоненты Алексея Чалого). Сторонники политика присутствуют также в списке «Единой России» и среди самовыдвиженцев. И хотя Чалый публично заявил об уходе из политики, наблюдатели в Севастополе говорят, что в его планах было провести в законодательное собрание 16 своих депутатов (всего в городском парламенте 24 кресла) и вновь сформировать большинство.

Кандидаты двух партий («Зеленых» и «Родины») и самовыдвиженцы объявили о создании коалиции «За Севастополь» и помогали друг другу в оформлении документов для регистрации на выборах — они собирали подписи в одном месте, на улице Нахимова в медиацентре «Севастополь», созданном в рамках избирательной кампании.

И «Зеленые», и «Родина», будучи непарламентскими партиями, должны были для регистрации на выборах предоставить в избирательную комиссию по полторы тысячи подписей избирателей. Они это сделали. И хотя претензий к качеству подписей у чиновников не было, обеим партиям во включении в бюллетень отказали.

Горизбирком нашел нарушение в том, что сборщики подписей «Родины» и «Зеленых» на подписных листах не указали даты своего рождения. Такая графа есть в одном из двух образцов бланков, размещенных на сайте Центральной избирательной комиссии. Представители партий настаивают: оплошность формальная. Вячеслав Горелов из «Зеленых» говорит, что даты рождения указаны в другом поданном в комиссию документе — нотариально заверенном списке сборщиков подписей — и если бы чиновники захотели, они могли бы изучить эти сведения.

Горелов добавляет, что кандидаты будут оспаривать решение городского избиркома и добиваться регистрации. Судя по интонации, большой надежды на успех у него нет. Городской суд Севастополя уже поддержал избирательную комиссию. Теперь кандидаты хотят обжаловать решение в Верховном суде России.

Главный редактор севастопольского сайта «Примечания» Виктор Ядуха сравнивает ситуацию в Крыму с недопуском кандидатов в городскую думу в Москве: «Здесь — консервативно-патриотическая оппозиция, в Москве — либеральная, а результат один и тот же: на выборах не регистрируют тех, у кого есть свое мнение, какая-то пассионарность».

Но, во-первых, в отличие от московской, севастопольская оппозиция в парламент попадет, даже несмотря на отказ в регистрации двум партиям. Во-вторых, в отличие от Москвы, в Севастополе депутаты на исполнительную власть влияют самым серьезным образом — за последние пять лет парламентское большинство под руководством Алексея Чалого вынудило уйти в отставку двух из четырех губернаторов города. Притом что первым из этих четырех российских глав Севастополя был сам Чалый, а последний находится у власти всего месяц с небольшим.

Парламент, увольняющий губернаторов

11 июля президентским указом в Севастополе назначен новый временно исполняющий обязанности губернатора. Пост занял Михаил Развожаев, и теперь у него есть чуть больше года, чтобы подготовиться к выборам, — губернаторское голосование состоится в сентябре 2020-го. Но уже этой осенью Развожаеву нужно сформировать лояльное законодательное собрание — орган власти, представляющий главную угрозу его управлению.

На вопрос «Медузы» о том, как так вышло, что на выборы законодательного собрания оказались не допущены «Родина» и «Зеленые», Михаил Развожаев рассказывает, что сам заходил в медиацентр «Севастополь», где собирали подписи для своего выдвижения сторонники Алексея Чалого. «Я общался с разными представителями блока „За Севастополь“, объединившего партии и самовыдвиженцев, но все признали, что люди, которым поручили оформление подписных листов, юристы электоральные, оказались несколько недобросовестными. Основания, по которым не были зарегистрированы „Родина“ и „Зеленые“, избирком счел существенными. Если его решение устоит в суде — то оно верное. Я говорю и продолжаю говорить: готов со всеми политическими силами взаимодействовать, просто готовьте аккуратно документы, вот и все», — разводит руками временно исполняющий обязанности губернатора.

Алексей Чалый в разговоре с «Медузой» настаивает: местный избирком посчитал формально недействительными многие подписные листы этих партий, при этом признав, что подписи — подлинные. «Из соображений соблюдения духа Конституции и закона о выборах не считаю, что такая позиция корректна, — говорит он. — Посмотрим, что скажет по этому поводу суд».

Отказ в регистрации сторонникам Чалого — продолжение многолетнего политического конфликта, одна сторона которого — «народный мэр» и его союзники, а другая — центральная российская власть, которая пытается приучить Севастополь к порядкам, принятым в остальных регионах страны.

«Здесь активная политическая жизнь, очень много общественных организаций, людей со своим мнением, — признает Михаил Развожаев. — Идет дискуссия по целому ряду вопросов. Все бурлит, очень много разных точек зрения». Его предшественники — губернаторы Сергей Меняйло и (особенно) Дмитрий Овсянников — находились в жестком противостоянии с Алексеем Чалым. И хотя первые месяцы политик ладил с обоими, хорошие отношения надолго сохранить не удавалось. В обоих случаях федеральный центр под давлением севастопольского политика отзывал своих назначенцев.

В 2015 году Чалый обвинил Сергея Меняйло (которого сам же весной 2014-го рекомендовал Путину для назначения на пост главы Севастополя) в срыве программы развития города и предложил губернатору подать в отставку. Поскольку отставки не последовало, Чалый сам ушел с поста председателя законодательного собрания, оставшись простым депутатом; его самоустранение было принято парламентом только в марте 2016-го. При этом после своего демарша фактического контроля над парламентом Чалый не утратил: новым спикером стала его соратница Екатерина Алтабаева, а союзниками остались 13 из 24 парламентариев.

Одним из требований Чалого к губернатору Меняйло помимо отставки было введение в Севастополе прямых выборов главы субъекта Федерации (прежде руководителя исполнительной власти города-региона утверждал парламент). Чалый заявлял, что если Меняйло так уверен в своей политике, ему не составит труда выиграть всенародные выборы. В июле 2016 года Сергей Меняйло все же подал в отставку — по словам собеседника «Медузы», близкого к администрации президента, решение об этом приняли в Москве. «Чалому и севастопольцам сделали такой подарок [как отставка губернатора и введение прямых выборов губернатора] перед выборами в Госдуму — атмосфера в городе была накалена, если бы ничего не изменилось, люди бы голосовали протестно», — говорит кремлевский чиновник.

После Сергея Меняйло временно исполняющим обязанности губернатора в июле 2016 года стал заместитель министра промышленности и торговли России Дмитрий Овсянников. Кандидат в депутаты законодательного собрания, член Общественной палаты города и политический противник Алексея Чалого Олег Гасанов называет первый год Овсянникова на посту «конфетно-букетным периодом»: отношения с парламентом и его бывшим спикером у назначенного главы были отличными. Чалый поддержал нового губернатора на первых всенародных выборах, и Дмитрий Овсянников получил 71% голосов избирателей.

«В течение первого года он [Овсянников] старался вести себя скромно», — заявляет теперь Вячеслав Горелов из партии «Зеленых». Несмотря на это, по словам политика, он «почувствовал в губернаторе какой-то надлом»: «Я сказал товарищам: после выборов мы получим совсем другого человека. К сожалению, я оказался прав. Овсянников — это сплошное разочарование, он сделал все, чтобы разрушить сбалансированную систему управления городом».

Иван Комелов из «Родины» обвиняет теперь уже бывшего губернатора в «коррупционных скандалах и провале федеральной целевой программы» развития Севастополя и Крыма: «Личные качества не позволили ему стать губернатором — он породил конфликт со всеми, начиная с силовиков и заканчивая простыми горожанами».

Конфликт законодательного собрания, в котором большинство принадлежало сторонникам «народного мэра», с Дмитрием Овсянниковым был жестче и ярче противостояния с Сергеем Меняйло. Городские чиновники отказывались отчитываться перед депутатами об исполнении бюджета. Губернатор подавал на спикера Алтабаеву в суд за бездействие в процессе принятия бюджета и отзывал своего представителя из собрания. «Противостояние с исполнительной властью возникло из-за нарушения губернаторами принятых на себя обязательств перед городом, зафиксированных в присяге», — коротко комментирует свой конфликт с главой исполнительной власти Алексей Чалый.

Уволить губернатора через парламент команда Чалого не могла: для вынесения недоверия главе Севастополя требовалось две трети голосов депутатов заксобрания, то есть 16 человек — это на три меньше, чем было чалистов. Тогда в феврале 2019 года противники губернатора подали в избирком Севастополя заявку о проведении референдума об отставке главы города и одновременно написали обращение Владимиру Путину с просьбой отстранить Дмитрия Овсянникова от должности. Летом 2019-го, накануне осенних выборов в законодательное собрание Севастополя, федеральные власти снова использовали прием, к которому уже прибегали в 2016-м: убрали непопулярного губернатора, с которым у Чалого был конфликт. Как и Меняйло, Овсянников формально ушел с формулировкой «по собственному желанию».

«Многие цели, которые ставил перед Овсянниковым Кремль, не достигнуты, — говорит Олег Гасанов, который был сторонником предыдущего губернатора. — Сделано много, но недостаточно. Центр заинтересован в отсутствии конфликтов, а их избежать не удалось». По словам Гасанова, в том, что Севастополь на протяжении пяти лет находится в атмосфере «постоянного противостояния», виновата не только исполнительная власть, но и депутаты законодательного собрания.

Сподвижник Чалого Комелов замечает, что за время работы Овсянникова в городе один важный процесс все-таки был завершен — и это изменило политическую ситуацию в Севастополе в пользу Кремля. «Должности, и не только руководящие, в правительстве [города] заняли приезжие чиновники», — заявляет сторонник Чалого.

«Диктатор», отдающий власть «варягам»

Настроение в столице «Русской весны», несмотря на отставки губернаторов, и сейчас можно назвать протестным. Люди, с которыми говорил корреспондент «Медузы», считают, что жизнь в городе намного хуже, чем «в России, на материке» или «в Крыму» (то есть в являющейся административно отдельным регионом Республике Крым). «Зарплаты низкие, а цены выше, чем в Москве. Многие стараются уехать в Москву или Питер. Люди могут неплохо зарабатывать и тут на сезонных сельхозработах, но это адский труд!» — описывает положение одна из собеседниц издания.

Лидер «Родины» Иван Комелов рассказывает, что многие представители среднего бизнеса после вхождения Севастополя в состав России покинули город. «Они привыкли к украинским схемам работы, логистике, в российскую действительность не вписались», — констатирует он.

На этом фоне с особым раздражением воспринимаются приезжие, назначенные в большом количестве при Дмитрии Овсянникове на различные государственные должности. «Все местные сидят без работы — чиновники, силовики. [Потому что] даже низшее звено привезли из разных регионов», — говорит один из опрошенных «Медузой» жителей, попросивший, чтобы его имя не упоминалось в материале.

Михаила Развожаева разговоры о «варягах» не смущают. «Не чувствую здесь деления на своих и чужих, — заявляет он. — У меня принцип один — разговаривать с людьми и делать свое дело. Это самый простой рецепт. А дальше год [который остался до выборов губернатора Севастополя] покажет. Я сразу сказал, что моя задача — продемонстрировать хорошую работу и завоевать доверие севастопольцев. Если получится — будет решение об участии в выборах, если не получится — другое решение».

Тем не менее социолог, проводивший исследования для одной из парламентских партий в городе перед выборами, утверждает: разделение на своих и чужих в Севастополе все-таки есть. Многие местные жители возмущены, что в город приезжают «некомпетентные специалисты с материка, которые вытесняют коренных жителей». «Наши люди — компетентные и образованные, а вот с материка едет непонятно кто, те же врачи, — воспроизводит часто звучавшую точку зрения собеседник „Медузы“. — Мнение такое: хороший специалист из России сюда не поедет, он востребован на родине. [Также говорят] мы подарили России Крым и Севастополь — и что получили взамен? Высокие цены и нашествие „варягов“. Кто-то говорит, что при Украине жилось материально лучше, хотя о присоединении к России никто не жалеет», — суммирует социолог претензии горожан.

Политики тоже часто упоминают «варягов» — поскольку те возглавляют даже городскую избирательную комиссию, которая отказала в регистрации сторонникам Чалого. Но не только им. В числе незарегистрированных — политическая противница Алексея Чалого Ольга Дронова. «Когда я ходила по городу и собирала подписи для регистрации [как кандидат в депутаты законодательного собрания Севастополя], меня сразу спрашивали: „Вы из „Единой России“? Если из „Единой“, то даже на порог не пустим!“» — описывает столкновение с электоратом Дронова. Она перечисляет причины, по которым часть жителей города так резко отзывается о доминирующей в России партии и других представителях власти, которые ассоциируются с Москвой: пенсионная реформа, обнищание людей, отъем земельных участков в пользу государства, мизерные зарплаты.

Вообще-то Дронова не оппозиционер — она сотрудничала с «Единой Россией» и даже была в течение года, с августа 2016-го до июня 2017-го, председателем совета сторонников партии в Севастополе (правда, потом с партией поссорилась). Также Дронова входила в Общественную палату России как делегат севастопольской городской палаты — туда ее направил еще губернатор Сергей Меняйло. Этой осенью Дронова хотела поучаствовать в выборах в законодательное собрание, но горизбирком забраковал ее подписи.

История отказа в регистрации Ольги Дроновой — почти детективная. Кандидатка рассказывает, что 20 июля рабочая группа по проверке подписей при территориальной избирательной комиссии оснований для отказа не обнаружила. «Ровно через двое суток я пришла в Гагаринскую [районную] ТИК и получила решение об отказе. Оказалось, что 21 июля член горизбиркома от „Боевого братства“ Ирина Локшина приехала в ТИК и провела некую выездную проверку, после которой 32 подписи якобы оказались недействительными. Что с ними сделала Локшина — почеркала, пожевала, пролила на них кофе, — я не знаю», — возмущается Дронова. Ей не удалось зарегистрироваться и после жалобы в городскую избирательную комиссию.

Название организации ветеранов Афганистана «Боевое братство» она упоминает не просто так: сейчас севастопольское отделение «Единой России» возглавляет депутат Государственной Думы, лидер «Братства» Дмитрий Саблин. До назначения исполняющим обязанности руководителя севастопольских единороссов в январе 2019 года его фамилию в городе никто не знал.

У Ольги Дроновой своя теория, почему ее не допустили до выборов и как с этим может быть связан депутат Госдумы. Она уверена, что Алексей Чалый договорился с единороссом Дмитрием Саблиным. «Чтобы Чалый не начал войну против „Единой России“ в своих СМИ, отказать в регистрации должны были его [Чалого] противникам, в том числе и мне. Решение принималось на уровне администрации президента — [начальника управления по внутренней политике Кремля] Андрея Ярина, который курирует выборы в заксобрания», — уверена Дронова. Кандидатов из списков «Зеленых» и «Родины» она называет «шушерой»: «Для торга нужна разменная монета — он [то есть Чалый] сдал эту шушеру, а вся его команда в выборах участвует [по одномандатным округам и спискам „Единой России“]».

Дронова называет бывшего спикера законодательного собрания Чалого «диктатором». «Для Украины это нормально — в каждой области есть свой олигарх, который решает все. Он [Чалый] думал, что поставил Меняйло и будет им управлять, а у Меняйло оказалась вертикаль, которой он подчинялся, — рассуждает политик. — Как Первый канал дурит голову людям, так и он [Чалый] дурит голову севастопольцам. Мы ЛОМы [лидеры общественного мнения] — снизили его рейтинг с 99% до 32%». Дронова поддерживает популярную в Крыму точку зрения, что в 2014 году местные лидеры не были решающей силой присоединения — операцию осуществили вооруженные силы России. Она замечает, что Чалый «сам придумал [о себе и своих сторонниках] этот миф о героях „Русской весны“ и пользуется им». Дмитрий Саблин не ответил на звонки и сообщения «Медузы» в вотсап (хотя сообщение депутат прочел — об этом можно судить по меткам в мессенджере).

Дронова считает, что недопуск политиков, не связанных с Чалым, нужен центральной власти не только потому, что у чиновников Кремля есть негласный договор с «народным мэром». Места в парламенте нужны самим представителям Москвы, которая намерена получить в заксобрании Севастополя «контрольный пакет акций», оставив Чалому «блокирующий». Дронова не исключает, что недопуск «Родины» и «Зеленых» был способом соблюсти квоту — иначе непарламентские партии могли бы получить на выборах протестные голоса севастопольцев и принести лишние мандаты чалистам. А те вряд ли бы отказались от лишних кресел в парламенте и возможности давить на очередного присланного из столицы губернатора, несмотря на соглашение с Кремлем.

Источник, близкий к администрации президента, подтверждает, что у центра были договоренности с Чалым. «От него в горсовет должны пройти шесть человек — все они выдвинуты „Единой Россией“. Но Чалый начал свою игру — попытался провести больше людей по спискам других партий. Это пресекли», — заявляет собеседник «Медузы». Чалого он критикует, называя «севастопольским Навальным». «Чалый, конечно, за Россию, за Путина, но он не за государство», — резюмирует источник. Несмотря на свое возмущение поведением крымского политика, столичный собеседник заверяет, что Кремль свой договор намерен соблюсти и дать пройти в законодательное собрание шести чалистам.

Алексей Чалый на вопрос «Медузы» о присутствии своих сторонников в рядах кандидатов от «Единой России» отвечает: «Что касается моего отношения к партии „Единая Россия“ в контексте грядущих выборов в законодательное собрание Севастополя, то я считаю, что для регионального заксобрания не важно, от какой партии в него заходят люди. Важно, что это за люди, — Чалый вспоминает о своем конфликте с губернаторами и их сторонниками в парламенте и добавляет: — В 2014–2019 годах в севастопольском законодательном собрании мы внутри одной фракции наблюдали две очень разные „Единые России“. Депутаты от первой боролись как могли за интересы города. Депутаты от второй как могли продавали свое положение. Это лишь подтверждает мой тезис».

Разговор об осенних выборах в законодательное собрание Севастополя Виктор Ядуха из «Примечаний» начинает с комплимента «народному мэру»: «Чалый — хороший стратег, он разложил яйца по разным корзинам. Несколько близких к нему людей имели бы шансы пройти по спискам „Родины“ и „Зеленых“ благодаря протестному голосованию. Несколько [его] человек как по списку, так и по округам выдвинуты от „Единой России“».

Журналист вспоминает, что до отставки губернатор Дмитрий Овсянников пытался противопоставить команде Чалого кандидатов от ЛДПР и КПРФ — севастопольский глава поддерживал их неофициально и рассчитывал, что благодаря протестному голосованию представители системной оппозиции смогут получить неплохой процент на выборах. Летом 2019 года в городе даже начался демонтаж билбордов кандидатов-единороссов, за что губернатора критиковал секретарь федерального генсовета «Единой России» Андрей Турчак. Источник, близкий к городской власти, уверяет, что решение не регистрировать списки прочаловских партий было принято еще тогда — и принималось оно не в городском правительстве, а в администрации президента.

Политические оппоненты Чалого Олег Гасанов и Ольга Дронова объясняют, для чего бывший председатель парламента хочет сохранить свое присутствие во власти Севастополя. По их версии, ему нужно защитить собственные бизнес-интересы. «Здесь [в Крыму] самый серьезный инвестор, в силу понятных причин [международных санкций], государство. Чалый бился за проект „Энерджинет“ — приборостроительный кластер, где могли бы участвовать его структуры», — заявляет Олег Гасанов.

«Мне не известно ни одного случая контроля и использования в личных целях потоков городского бюджета депутатами из так называемой команды Чалого. Если вам известны соответствующие факты, мне бы было интересно их услышать. При их отсутствии обсуждать ваш вопрос мне не кажется корректным», — отвечает в разговоре с «Медузой» на аргументы противников сам Чалый.

Остров Севастополь

Соратник Алексея Чалого Вячеслав Горелов называет уходящее «независимое законодательное собрание» одним из «итогов „Русской весны“». «Кому-то показалось, что севастопольский всплеск [самостоятельности] может создать те или иные сложности управления государством, — рассуждает он. — Эта система [в России] сложилась и работает. И тут возникает самостоятельный парламент, самостоятельный орган власти, который пусть с перевесом в один голос, но удерживает общегородскую повестку, он не штампует бездумно законы, которые предлагает городское правительство. Давайте представим, что такое происходит в любом другом субъекте. На это надо как-то реагировать».

По словам самого Алексея Чалого, контроль его сторонниками большинства мест в законодательном собрании давал «защиту людей и городских пространств от беспредела исполнительной власти». «Разумеется, в доступных для законодательного собрания пределах. В конце концов, [большинство обеспечивало] смену исполнительной власти, не готовой выполнять свои обязательства перед обществом», — объясняет Чалый.

По мнению Ивана Комелова, отставка губернатора Овсянникова — достижение. «Но мы сейчас за него сполна платим. Севастополь — единственный регион, где два раза снимали губернатора под давлением общественности. Центр не готов к тому, что в новом составе парламента будут люди, которые могли бы всерьез контролировать власть и влиять на нее. Сильный парламент — это необычная [для России] ситуация. Система не готова к этому», — заявляет лидер «Родины», говоря об отказе в регистрации его партии.

Зато готовы севастопольцы — которые привыкли жить по отдельным для остальных регионов страны правилам. С 1939 года Севастополь как главная база Черноморского флота был закрытым городом. Ограничения то ослабевали (как в конце 1940-х, когда въезд был запрещен только иностранцам), то усиливались (как в середине 1980-х, когда Севастополь объявили приграничной зоной — и въехать сюда можно было только по пропуску), а окончательно какие-либо ограничения были сняты украинским правительством в 1995 году. Однако у многих севастопольцев остались представления о том, что есть отдельный от всей остальной страны «остров» Севастополь (который постоянно держит оборону), а есть «материк» — СССР, Украина или (с 2014 года) Россия. «В сознании многих этот шлагбаум на КПП у въезда в город стоит до сих пор. Он может больно ударить [неподготовленного человека]», — подбирает сравнение Виктор Ядуха.

Вячеслав Горелов тоже говорит об особом характере севастопольцев и ищет его истоки в героической истории города: «Куда бы ты ни пришел, она повсюду, город своим прошлым будто зажимает тебя в тиски. Это особая самость, специфика города вступает в конфликт с теми, кто сюда приезжает. Севастополь по сути — простой город: это камни и люди. Но это только на первый взгляд. Это люди крепкие, как камни, и камни с такой же живой историей — как люди», — патетично заявляет он. Поддержку избирателями политиков, критически настроенных по отношению к присланным назначенцам из Москвы при лояльности руководству России, он объясняет так: «Есть фундаментальные ценности, а есть вопрос колбасы. Когда Севастополь восстал [в 2014 году], в качестве модели, в которую возвращались, мы видели Советский Союз, а вернулись в Россию. Может, с этим связано разочарование части людей. Однако слова „дым отечества нам сладок и приятен“ — для меня лично это не пустой звук».

«Духа единения, как в 2014 году [когда Россия присоединила Крым], сейчас нет — тому есть причины и политические, и экономические, и объективные — постоянно люди не могут жить в атмосфере перемен. Царит усталость и разочарование — задвигают и героев [„Русской весны“], и простых севастопольцев», — констатирует Иван Комелов.

Глава региона Михаил Развожаев, напротив, настроен оптимистично. «Дух „Русской весны“ в городе сохраняется», — уверен он. Врио губернатора убеждает, что участники присоединения Крыма к России, определявшие с 2014 года политику в городе, могут найти себя в Общественной палате Севастополя. «Сейчас она бездействует, это прекрасная площадка, чтобы там выступить, донести свою позицию до законодательной, исполнительной власти. Мне кажется, все конструктивные силы, которые хотят ради города работать, найдут себя в качестве членов палаты», — говорит он.

По мнению Алексея Чалого, «ощущения и ожидания пятилетней давности не вернуть, но они задали такую высокую планку, что некоторый откат, вероятно, ожидаем». На вопрос «Медузы», не сожалел ли он о том, что в 2014 году отказался сам стать губернатором Севастополя, а пошел в законодательное собрание, политик говорит: «Много чего за эти пять лет было, но мне сейчас это обсуждать неинтересно». Он повторяет свое обещание, данное в середине лета после отставки губернатора Дмитрия Овсянникова: «После завершения идущей выборной кампании, в рамках которой я поддерживаю некоторых кандидатов в депутаты, я планирую завершить политическую деятельность».

Выполнить обещание Чалому будет несложно: его большая политическая карьера, похоже, уже завершена.

Автор: Андрей Перцев

Редактор: Владислав Горин