Тройка по биологии

Лет шесть назад научно-популярная литература была редкостью, а появление толковой книги становилось настоящим событием. Три года спустя такие книги пошли равномерным потоком, пестря в основном английскими фамилиями авторов. Их еще можно было успевать читать. Теперь научно-популярных книг такое множество, что внимательно прочесть их едва ли возможно. Каждый месяц десяток российских издательств выпускает тома про астрономию, антропологию, психологию, физиологию (впрочем, некоторые дисциплины, например геология, совершенно обойдены вниманием издателей).

Один из китов, на которых держится рынок научно-популярной литературы, — биология в самом широком смысле слова. За последние пару месяцев вышел десяток любопытных книг об этой области знания. Три интересны своим исполнением. Во время чтения кажется, что этим книгам чего-то не хватает. Они могли бы занять место на книжной полке рядом с Докинзом или Циммером. Но не заняли.

Джонатан Бэлкомб «Что знает рыба»

Эта книга привлекает внимание уже внешним видом. Такую оригинальную и стильную суперобложку нечасто увидишь: она полупрозрачная, и сквозь бумагу просвечивает фигура красного окуня. Взяв книгу в руки, удивляешься еще больше. На суперобложке, как положено, напечатаны восторженные отклики всевозможных экспертов, среди которых… Далай-лама. По его словам, для буддистов рыбы — разумные существа и автору книги удалось показать, что у них есть чувства. «Надеюсь, что это станет еще одним шагом на пути к уважительному обращению с животными», — написал лама. Интересно, какими путями издательству удалось взять у него аннотацию?

К слову сказать, аннотации не уместились на обложке, ими заняты две страницы внутри книги. Они вполне обычны: «один из лучших образцов», «проникновенный рассказ», «поучительный рассказ», «потрясающая», «изумительный», «вдохновляющее».

Сама книга представляет собой пестрое собрание последних научных сведений о поведении рыб. Оказывается, у них бывает стресс и радость, некоторые рыбы даже приручаются. Автор вполне успешно опроверг обывательское мнение о рыбах как о тупых существах с крохотными мозгами и памятью длиной в три секунды.

Ученые сведения в книге ценные и важные, но не производят единого, цельного впечатления. Она напоминает антологию или, скорее даже, гору кирпичей на стройплощадке. Что помешало автору сложить кирпичи в здание, непонятно, но книга кажется недоработанной.

Ее оживляет любопытный диалог — или всё же монолог — русского научного редактора, который почти на каждой странице дополняет, исправляет и уточняет автора. Также есть построчные примечания переводчика, автора, редактора. В современной книге такой средневековый набор схолий смотрится необычно.

Арман Мари Леруа «Лагуна. Как Аристотель придумал науку»

Аристотель — ключевой персонаж западного мира. В разные этапы истории он то уходил в тень, то возносился на самые верхи культуры и философии. Сейчас он снова поднимается, но уже не как философ, а как естествоиспытатель. Эту непривычную точку зрения горячо отстаивает биолог Арман Леруа. По его словам, Аристотель в первую очередь биолог и натуралист, а философия и логика были для него побочным явлением и требовались для создания полноценной биологической картины мира.

«Изобретение» Аристотелем науки и биологии изложено на шестистах страницах. Книга получилась затянутой, во многом из-за стремления Леруа изложить сразу все имеющиеся мнения об Аристотеле. В результате смысл некоторых глав так и остается туманным. Ситуацию усугубляет невозможность точной интерпретации ряда мест из Аристотеля, а также нехватка биографических сведений о нем.

Остается лишь пожалеть, что автору не попался такой же увлеченный темой литературный редактор. От сокращения и уточнений она бы сильно выиграла.

В книге стоит особо отметить не­обычные иллюстрации животных, которые показывают, как могли выглядеть рисунки, сделанные Аристотелем к его биологическим трудам (см. илл.). К сожалению, все эти рисунки утрачены.

Стив Брусатти «Время динозавров»

Увлекательная книга о динозаврах, похожая на настоящую летопись. О динозаврах рассказано как о каком-нибудь интересном и экзотическом государстве или династии — инков, парфян или Борджиа. Здесь нет привычного атомизма палеонтологических книг, где понемногу говорится обо всем. Читателя ждет цельный и увлекательный рассказ, идущий через весь мезозой: от следов первых динозавроморфов до последнего дня динозавров, когда от удара кометы земля стала батутом и пролился стеклянный дождь. Истории собраны в цельную, захватывающую и, что важно, понятную картину. Ученые сведения пересыпаны байками и историями о палеонтологах, среди которых было множество эксцентричных личностей.

Книга могла бы стать эталоном научно-популярной литературы, если бы не стиль: местами он граничит с графоманией. Сам предмет книги и ее сюжет величественны, словно оперы Вагнера, а стилистические недочеты выглядят в ней как расстроенная скрипка, не попадающая в тональность.

Чувство меры сильно подводит автора, когда он начинает заниматься украшением текста и называет триасовые вулканы «террористами» или пишет, что аллозавры атаковали добычу «с челюстями нараспашку», а челюсти тирекса были «камерой пыток для добычи»…

Обидно, что в такой блестящей книге оказались такие необязательные и досадные помарки.

Антон Нелихов,
научный журналист, историк палеонтологии