Бросили и забыли

Как Москва за четыре года сумела настроить против себя Сахалин — один из богатейших регионов РФ

Сахалинская область имеет все шансы стать самым благополучным регионом России. При населении меньше полумиллиона человек здесь на шельфе идет добыча нефти при помощи иностранных компаний. При этом ресурсы можно без труда продать — у Сахалина нет недостатка в портах и расположен остров рядом с самым крупным в мире азиатским рынком сбыта углеводородов. При этом российский регион отстает от других территорий страны по качеству жизни. В последние несколько лет в сознании сахалинцев произошел крутой поворот: они сильно разочаровались в федеральном руководстве — не в последнюю очередь из-за присланных руководителей, один из которых перераспределил нефтяные доходы в пользу Москвы. Накануне губернаторских выборов спецкор «Медузы» Андрей Перцев отправился на Сахалин, чтобы узнать, как Кремль собирается договариваться с населением — и кто из местных политиков попытается использовать недовольство в своих целях.

«Если не знать размер бюджета области, то можно подумать, что это жутко депрессивный регион — в таком состоянии находятся дороги и жилье», — говорит кандидат в губернаторы Сахалинской области от КПРФ Алексей Корниенко. И он не далек от истины. Регион, включающий самый большой остров России и Курильскую гряду, действительно не выглядит цветущим — несмотря на то, что здесь работают и платят в бюджет налоги крупнейшие национальные и иностранные нефтегазовые компании.

В составленном РИА Новости рейтинге регионов России по качеству жизни Сахалинская область занимает 53 место. Для сравнения: похожий по численности населения, схожей ориентации экономики на добычу углеводородов и даже размеру бюджета, но при этом находящийся в Заполярье Ямало-Ненецкий автономный округ занимает 12 место.

8 сентября в Сахалинской области пройдут выборы, где присланному Кремлем единоросу-выходцу из Нижнего Новгорода временно исполняющему обязанности губернатора предстоит вступить в борьбу за симпатии избирателей, которые резко отрицательно относятся и к Москве, и к «Единой России», и к приезжим.

Местного посадили, назначенный уехал

В марте 2015 года сотрудники Следственного комитета и ФСБ задержали последнего сахалинского губернатора из местных —Александра Хорошавина. Политику не помогло даже то обстоятельство, что он был близок к влиятельному главе корпорации «Роснефть» Игорю Сечину — госкомпания участвует в разработке месторождений на шельфе в рамках проекта «Сахалин-1» совместно с крупными иностранными нефтедобытчиками. «Хорошавина специально брали в такое время, когда в Москве все спали, чтобы он не мог дать сигнал своему покровителю [Игорю Сечину]. В Москве проснулись — а самолет с Хорошавиным уже летел в столицу [где во время следствия и суда содержался губернатор]», — вспоминает бывший чиновник правительства региона.

После задержания Хорошавин был отрешен от власти с формулировкой «в связи с утратой доверия президента Российский Федерации». В 2018 году его приговорили к 13 годам колонии строгого режима и штрафу в полмиллиарда рублей.

До назначения губернатором Александр Хорошавин был мэром Охи, второго по численности города на острове. «Первые пару лет его в Южно-Сахалинске недолюбливали: вот в наш столичный Южный привел охинских. А потом привыкли», — вспоминает один из руководителей крупной сахалинской компании в разговоре с «Медузой». Он добавляет, что до ареста сахалинцы предъявляли губернатору претензии из-за слишком роскошной, на их взгляд, жизни. «На вертолете члены его семьи могли в супермаркет на окраине города летать», — утрирует он.

Зато после ареста Хорошавина симпатия к политику начала расти. Его дело теперь воспринимается как начало наступления Москвы на права региона — в первую очередь финансовые. По словам нескольких собеседников «Медузы», сейчас в области бытует мнение, что Александр Хорошавин пострадал за принципиальность — якобы на самом деле губернатора посадили не из-за коррупции, а из-за того, что сопротивлялся перераспределению денег сахалинского бюджета в пользу федерации.

Другая причина ностальгии по временам Хорошавина — в том, какую политику проводил назначенный после губернатором Олег Кожемяко. Назначенец из Кремля проработал на Сахалине три года, прежде чем был переведен в Приморский край, но за это время к нему успели накопиться претензии — в том числе из-за невыполненных обещаний.

Губернатор обещал сахалинцам начать строительство моста на материк, стоимость которого могла бы превзойти по затратам возведение Крымского в 3,5 раза. Более того, Кожемяко говорил, что после установления сухопутного сообщения с материком нужно будет взяться за второй мост — чтобы соединить российский Сахалин с японским Хоккайдо.

На Курилах глава области намеревался ликвидировать весь аварийный жилой фонд. А еще — перенести столицу Дальневосточного федерального округа из Хабаровска в Южно-Сахалинск, сделать рыбу дешевой и доступной для людей, а также не приводить в администрацию на острове чиновников-«варягов».

«Кожемяко ворвался в жизнь области — всего на выборах наобещал, по каждой крыше проскакал со своим флагом, ему поверили, даже я попалась на эту удочку, а он быстро взял и смотался, почти ничего не выполнив. Привез амурских чиновников, перевел нефтяные доходы в пользу Москвы», — говорит теперь бывший депутат Сахалинской областной думы от КПРФ Галина Подойникова. Она охотно критикует и бывшего губернатора и нынешнего, потому что на выборах 8 сентября хочет попасть в городскую думу Южно-Сахалинска.

Но почти этими же словами о Кожемяко говорит один из муниципальных чиновников Сахалина, с которым поговорил корреспондент «Медузы» (служащий просил не упоминать его имени в статье). По его выражению, предыдущий губернатор в Приморский край «бежал», при этом предыдущий глава области сам был варягом и привел во власть чужаков. Это, по мнению муниципального руководителя, «жителей не устраивало».

Однако главная претензия к Олегу Кожемяко состоит в том, что он отдал сахалинские деньги Москве. И это, в отличие от распространенных в разных регионах России суждений о том, что они кормят столицу, — не абстрактное заявление.

Нефть в обмен на разочарование

Осенью 2017 году в федеральный бюджет были внесены поправки, которые пересмотрели то, как распределяются доходы по соглашению о разделе продукции проекта «Сахалин-2. Пересмотр был в пользу федеральной казны.

До 2018 года Сахалинская область оставляла себе 75% налога на прибыль, которую получали нефтяники в рамках совместного проекта (и эти деньги в 2016 году составили 60% поступлений доходов области), остальное уходило в национальный бюджет. При Олеге Кожемяко пропорция изменилась: в 2018 году центр забрал себе 75%, а региону оставил 25% собранных доходов. Многие на острове это запомнили и не простили, хотя губернатор Кожемяко договорился с Москвой, что фактическая пропорция будет более выгодной — 50 на 50, — потому что часть изъятых денег центр будет возвращать в виде дотаций на строительство инфраструктурных и социальных объектов на острове через министерство развития Дальнего Востока.

Сахалинская область с населением 489 тысяч человек потеряла из-за пересмотра условий распределения доходов 33-32 миллиарда рублей (без учета возвратных субсидий) ежегодного дохода как минимум в 2018, 2019 и 2020 годах (бюджет России принимается ежегодно, но с перспективным планированием в три года). Год назад заместитель главы российского министерства финансов Илья Трунин заявил, что такое распределение налога на прибыль от проекта „Сахалин-2“, „это справедливо“.

Местные жители ничего справедливого в таких пропорциях не видят. Еще в октябре 2017 года, когда пересмотр финансирования только утверждался Госдумой, жители Сахалинской области собрали больше 17 тысяч подписей против.

Разочарование в Олеге Кожемяко и приславшем его на Сахалин Кремле только выросло после отставки губернатора. 26 сентября 2018 года сахалинский глава стал временно исполняющим обязанности губернатора Приморского края — его задачей было не допустить к власти кандидата от КПРФ Андрея Ищенко в результате протестного голосования.

После отъезда Кожемяко на другой берег Татарского пролива место главы Сахалина оставалось незанятым больше двух месяцев. Депутаты областной думы даже обратились в президенту с просьбой назначить исполняющего обязанности губернатора, поскольку без руководителя исполнительной власти региональный парламент не мог рассмотреть бюджет, были сорваны выборы в муниципалитетах области (формирование комиссии для назначения местных глав — тоже прерогатива губернатора).

„Было полное ощущение, что нас бросили, забыли. Что центру наплевать на то, что здесь происходит!“ — говорит один из сахалинских депутатов. В тот период, пока руководитель не появился, в соцсетях и в популярном на Сахалине вотсапе, обсуждалось, что место главы региона специально придерживают — на тот случай, если Олег Кожемяко не сможет выиграть выборы в Приморье. Другой слух был еще более тревожным: Москва хочет объединить нефтеносный Сахалин с Приморским краем, чтобы Кожемяко было на что выполнять свои предвыборные обещания — данные на этот раз во Владивостоке.

Еще одним поводом для недовольства сахалинцев стали очередные переговоры между руководством России и Японии в ноябре 2018 года, на которых речь традиционно зашла о Курильских островах. В Южно-Сахалинске прошли акции, в том числе несанкционированные, в знак протеста против передачи Курил Японии и, заодно, против объединения Сахалинской области с материковым Приморским краем.

Владимир Путин назначил временно исполняющим обязанности губернатора Сахалинской области только 7 декабря. Новым главой стал Валерий Лимаренко — до этого он работал в корпорации Росатом, которой до своего назначения заместителем главы администрации президента руководил Сергей Кириенко. На Сахалине Лимаренко пришлось не только срочно осваиваться с управлением чиновнической структурой и приводить в порядок дела (например, вносить бюджет области — губернатор сделал это на следующий день после назначения), но и думать о предстоящих выборах. Лимаренко стал одним из первых губернаторов-назначенцев, который объявил, что не будет выдвигаться от „Единой России“ — всего на предстоящих 8 сентября выборах в шести из 16 регионов кандидаты от власти идут формально как самовыдвиженцы.

„Единая Россия“, ассоциирующая с непопулярной у сахалинских избирателей центральной властью, вряд ли могла бы добавить ему голосов на выборах. В разговоре с „Медузой“ Лимаренко рассуждает так: „На областном уровне никакой политики нет. Политика работает только на государственном уровне. Поэтому важно, чтобы на выборы [губернатора] пришли голосовать не только единоросы, но и люди, у которых есть левые взгляды. Как самовыдвиженец я рассчитываю на поддержку [своей кандидатуры сторонниками] всех партий“.

Ведет он себя и правда не как единорос, а скорее как оппозиционер. „Мы не боимся критики, потому что мы [сами положение вещей в Сахалинской области] критикуем жестче чем остальные, — говорит „Медузе“ Валерий Лимаренко и приводит пример: — Мне говорят: „Вот жилья не хватает“. Я отвечаю: „Более того, каждая десятая квартира, каждый десятый квадратный метр жилья в Сахалинской области — аварийный“. До меня никто этого не говорил, и мы берем на себя обязательство строить это жилье. То же самое дороги — люди жалуются на две беды, а я говорю жестче: „У нас хуже всех по стране с дорогами. Только одна треть имеет твердое покрытие [то есть заасфальтирована], а в среднем по России — более 50%““.

Губернатор признает: то, что он говорит — „это левая повестка, фактически с левой повесткой мы идем на выборы“. При этом Лимаренко совсем не коммунист и не оппозиционер — весной 2002-го он выступил соучредителем нижегородского отделения „Единой России“, потом долгие годы работал с либералом Сергеем Кириенко, а на Сахалине оказался в декабре 2018 года как назначенный президентом России временно исполняющий обязанности главы.

К тому же „Единая Россия“ Лимаренко все-таки помогла. Для того, чтобы он смог пойти на выборы не под партийными знаменами, а кандидатом-самовыдвиженцем, Сахалинская областная дума (20 из 28 депутатов которой — единоросы) приняла изменения в региональное законодательство. Раньше участие в губернаторских выборах кандидатов, не выдвинутых какой-либо зарегистрированной министерством юстиции партией, не допускалось.

Устранение конкурентов

Еще одним средством помочь кандидату от власти стали действия политических администраторов из Кремля для снижения конкуренции на выборах. Главным соперником Валерия Лимаренко на губернаторских выборах могла бы стать депутат облдумы Светлана Иванова. Она — популярный на Сахалине политик и член пусть и системной, но ассоциирующейся с протестом КПРФ.

Правда у Ивановой непростые отношения с однопартийцами: в облдуму она избралась от КПРФ, но сейчас не входит во фракцию коммунистов. У Ивановой конфликт с руководством обкома, связанный с борьбой за власть в местных партструктурах. Тем не менее, Иванова надеялась выдвинуться на губернаторские выбора от КПРФ, поскольку к ней хорошо относится федеральное руководство компартии. Источник „Медузы“ в КПРФ говорит, что несмотря на доброжелательность лидера КПРФ Геннадия Зюганова, московские товарищи не стали добиваться утверждения кандидатуры Светланы Ивановой для участия в сахалинских выборах с администрацией президента.

„Иванова, если бы выдвинулась, выиграла бы эти выборы. Она резкая, умеет общаться с народом, в облдуму избралась не по [партийному] списку, а по [одномандатному] округу“, — признает источник „Медузы“, близкий к администрации президента.

Светлана Иванова пошла на губернаторские выборы самостоятельно, но в Кремле не смогла добиться регистрации в качестве кандидата — без партийной поддержки в Кремле она не собрала подписи местных депутатов, чтобы преодолеть муниципальный фильтр. Кандидатом от КПРФ стал депутат Госдумы Алексей Корниенко — уроженец Приморского края, он курирует в компартии Дальний Восток. Корниенко для жителей острова такой же варяг, как и временно исполняющий обязанности губернатора. И именно поэтому в Кремле сочли его кандидатуру удобной и безопасной. Источник „Медузы“, близкий к федеральному руководству „Единой России“, не без удовольствия говорит: „Корниенко [на выборах 8 сентября] может взять обычные партийные проценты. Иванова взяла бы больше, но не Корниенко“.

Кроме депутата Госдумы от КПРФ в сахалинском бюллетене будут депутат сахалинской областной думы от ЛДПР Дмитрий Флеер и кандидаты коммунистических партий-спойлеров — Дмитрий Кочергин от КПСС (Коммунистической партии социальной справедливости») и Дмитрий Зенкин от «Коммунистов России».

О желании побороться за губернаторский пост заявлял и областной депутат-единорос, чемпион мира по панкратиону Евгений Лотин — но он свою кандидатуру так и не выдвинул. «С ним поработали в АП [то есть администрации президента России] и президентском полпредстве в Дальневосточном округе. Хотя такое внимание [со стороны чиновников-кураторов политики] странно — особой угрозы Лотин не представлял, он бы не выиграл выборы», — рассказывает собеседник «Медузы» в областной думе Сахалина. С ним не согласен один из муниципальных руководителей области — он уверен, что Евгений Лотин мог бы набрать «неплохой процент, [потому что] люди говорили: „Мы за Женю!“, — но не случилось».

Большинство кандидатов, которые по идее должны соперничать с назначенным Москвой временно исполняющим обязанности губернатора на выборах, явно намерены исполнить лишь роль статистов. То есть не мешать Валерию Лимаренко выиграть выборы с хорошим результатом.

Дмитрий Флеер из ЛДПР на своих предвыборных билбордах призывает Сахалин «проявить характер» и подчеркивает, что он (в отличие от Лимаренко) на острове — свой. Однако агитационные встречи с избирателями практически не проводит. На звонки «Медузы» кандидат не ответил, а через общего с корреспондентом издания знакомого передал, что не может найти времени на разговор, который к тому же ему не очень интересен.

Спокойный коммунист против «атомного деда»

Несмотря на то, что от конкурентов на выборах выборы практически зачищены, один из кандидатов все же представляет угрозу для провластного кандидата. Это Алексей Корниенко из КПРФ, которого в Кремле сочли не опасным.

«Сахалин — регион, у которого Москве есть что отжать, увести, как это было с доходами от СРП. Вы слышали о законе о перекрестном субсидировании одного региона другим? Мы не будем делиться своим бюджетом [с другими субъектами федерации]! Мы не будем присоединяться к другому региону! Мы не будем делиться частью своей территории с другим государством!» — заявляет Корниенко на агитационной встрече с сотрудникам южно-сахалинской телекоммуникационной компании «Крильон-сервис».

Он — единственный соперник временно исполняющего губернатора, который ведет более или менее заметную избирательную кампанию. Основной лозунг Корниенко — «Сахалинская область делиться не будет». Эту фразу можно считать ответом и на межбюджетную политику Москвы и на угрозу территориальной целостности региона.

«Как относитесь к пенсионной реформе?» — спрашивает на встрече с кандидатом молодой человек. Депутату от КПРФ отвечать на этот вопрос несложно: Корниенко напоминает, что его фракция в Государственной думе голосовала против предложений власти. Избиратель на этом не успокаивается и пытается узнать у кандидата, как в случае победы кандидат сможет повлиять на увеличение пенсионного возраста: «Что вы как губернатор сможете сделать, как будете противостоять повышению?» Алексей Корниенко начинает рассуждать о выплатах людям предпенсионного возраста за счет областного бюджета.

«А если единороссам сверху скажут вам противостоять?» — уточняет другой участник встречи. Аудитории слишком мирный настрой коммуниста явно не по душе. Корниенко заявляет, что будет работать с каждым конкретным депутатом, чтобы убедить в своей правоте. «Да, мне говорят — это популизм. Но сейчас время популистов пришло», — пытается развеять сомнения он.

О том, что он сам неместный, Корниенко не спрашивают, на этот вопрос он дает ответ заранее — в начале встречи представляется «депутатом Государственной думы от Сахалина и Курил», и точно также его аттестует агитационная газета. Хотя это не вполне верно: избран в парламент депутат КПРФ не как одномандатник, а по списку партии в региональной группе, включающей, помимо Сахалинской области, еще и Приморье, Хабаровский край и Еврейскую автономию.

Своего конкурента Валерия Лимаренко кандидат в губернаторы от КПРФ перед избирателями называет «одним из родоначальников единоросов», призывая не обращать внимание на то, что формально Лимаренко — самовыдвиженец. «От „Единой России“ сейчас все шарахаются, как черт от ладана», — говорит Корниенко.

«Корниенко спасает, что он из Приморья и депутат по Дальнему Востоку, хотя аргумент, что Лимаренко нездешний, бьет и по Корниенко тоже», — говорит его соратница по компартии Галина Подойникова. Она уверена, кандидат от КПРФ все равно выглядит выигрышней всех остальных участников кампании, потому что выступает против пенсионной реформы.

Встречи с избирателями временно исполняющего обязанности губернатора Валерия Лимаренко проходят обычно в больших залах. Официально агитацией они не считаются и подаются как общение главы области с гражданами (первая такая встреча прошла через несколько дней после назначения Лимаренко на Сахалин и формально была посвящена обсуждению бюджета региона). На одно из недавних собраний в Южно-Сахалинске политик пришел вместе с региональными и муниципальными чиновниками. Тем из служащих, кто лично явиться не смог, он звонит прямо со сцены, чтобы уточнить информацию, дать распоряжение или отчитать.

Глава области рассказывает об успехах, которых добился за несколько месяцев своего нахождения на посту. К ним он относит то, что с осени 2019 года на Сахалин будет летать «Аэрофлот» (пока есть только рейсы авиакомпании «Россия»), а также двукратное увеличение средств, выделенных бюджетом на ремонт и строительство дорог.

В разговоре с «Медузой» чуть позже Валерий Лимаренко тоже рассуждает о строительстве инфраструктуры. «Я принял хозяйство, в котором в два раза меньше асфальтированных дорог, чем в целом по России. Я сразу запланировал, что главную дорогу острова Сахалин [Южно-Сахалинск — Оха] надо передать в федеральную собственность [из областной], и мы сейчас это делаем. Министр транспорта посчитал, что ему надо будет потратить 6 миллиардов на содержание дороги и 28 миллиардов на ее строительство. Это средства, которые будет теперь тратить федеральный бюджет, — региональный бюджет [деньги] сэкономит. Мы направим их на строительство муниципальных дорог», — увлеченно рассказывает он.

В случае своей победы на выборах Лимаренко планирует увеличить объем строительства жилья в области — с прогнозируемых в этом году 300 тысяч квадратных метров до 500 тысяч в 2021-м. «У нас не решен вопрос с кадрами, мы с апреля подняли медикам заработную плату на 30%. Сейчас она у нас рекордная по России: врач получает 150 тысяч, подъемные увеличили до двух миллионов», — агитирует корреспондента «Медузы» политик.

На встрече с ним в Южно-Сахалинске люди говорят не о будущем строительстве, а об актуальных проблемах — изношенных коммунальных коммуникациях или, например, о нехватке денег на покупку спортивной формы для соревнований детям. Глава области со всем обещает разобраться. Пожилая слушательница задает вопрос: «Нам сначала одни социальные карты дали, в с сентября еще новая программа стартует — новые дадут. Зачем такая лишняя трата денег?» — «Нам для вас никаких денег не жалко!» — отшучивается в ответ Лимаренко.

Главный упрек, который звучит в его адрес — что он «варяг» и значит отстаивает интересы федерального центра, а в регион работать чиновниками привозит своих земляков из Нижегородской области. Действительно, шесть назначенных Лимаренко заместителей председателя сахалинского правительства — не из местных, хотя среди них есть не только выходцы из Нижнего Новгорода, но и москвичи (например, бывший префект Центрального округа Москвы и заместитель мэра столицы Сергей Байдаков). «Я опираюсь на местных. Давайте такую статистику приведу: за время работы я уволил из правительства 12 человек, из них двух сахалинцев, а пригласил на работу десять сахалинцев. С математикой все хорошо!» — отвечает Валерий Лимаренко.

«Варягом» временно исполняющий обязанности губернатора себя не считает. «Забота о людях, реальная вовлеченность в дело, это и есть — свой родной человек. Скажу откровенно, мне скоро будет 59 лет, я ни разу не чувствовал себя „варягом“, чужим или временно присутствующим, в глазах людей на встречах я тоже такого отношения не видел!» — уверяет Лимаренко корреспондента «Медузы».

Алексей Корниенко на своих встречах бьет еще в одну болевую точку конкурента. В сентябре 2018 года председатель правительства России Дмитрий Медведев подписал распоряжение, по которому сахалинский порт Корсаков включается в перечень портов, куда разрешается заход и выход судов, транспортирующих ядерные материалы и радиоактивные вещества. «Вы об этом слышали?» — интересуется кандидат от КПРФ у работников «Крильон-сервиса» на встрече. Те отвечают дружным «да!». В беседе с «Медузой» Корниенко говорит, что у него есть информация о строительстве некоего ядерного могильника на Курилах. «Я направил в федеральное правительство запрос по этому поводу и жду ответа. Здесь [в правительстве Сахалина] мне никто ничего объяснить не может», — заявляет политик.

Галина Подойникова рассказывает, как слухи о ядерном могильнике циркулируют в популярных сахалинских группах в мессенджерах и соцсетях. «Главный негатив связан с [не построенным и официально не заявленном] могильником. Кожемяко у нас деньги взял, а этот [глава области] нас хочет похоронить — вот такой настрой [у людей]. Лимаренко из Росатома — вот его с распоряжением Медведева быстро связали. По соцсетям гуляет такое утверждение: „Голосуешь за Лимаренко — подписываешь себе смертный приговор“», — говорит она, уточняя, что сама не знает, верить информации о строительстве полигона для отходов, или нет.

«Медузе» не удалось обнаружить в соцсетях записей или комментариев с лозунгом, о котором говорит Подойникова. В «Одноклассниках» в группе «Независимый общественный форум города Оха» опубликовано видео, как на встрече с Валерием Лимаренко молодой человек многословно и сбивчиво спрашивает временно исполняющего губернатора области о принадлежности Курил и возможности строительства на территории области ядерного могильника. «Значит вопрос звучит так: „Отдадим ли мы кому-то Курильские острова?“? — уточняет Лимаренко в ролике. — Нет, никому мы Курилы не отдадим». Зрители недовольны, поскольку считают, что Лимаренко не ответил на вопрос. Возможно, источником слухов о строительстве полигона для хранения радиоактивных отходов стали новости из Приморья — там, после объявления в конце 2018 года о создании ядерного могильника, о недовольстве местных жителей и созданной ими интернет-петиции часто писали местные СМИ.

Многие собеседники «Медузы» упоминали в этом контексте популярное прозвище назначенного главой Сахалинской области Валерия Лимаренко — «атомный дед». Правда звучало оно не только в отрицательном ключе, но и в положительном — как характеристика его управленческих способностей, полученных в Росатоме.

Собеседник, близкий к правительству региона, употребляет прозвище как раз в хорошем смысле. Источник уверяет, что Валерий Лимаренко не связан с включением Корсакова в список «ядерных портов»: «Распоряжение вышло, когда губернатором был еще Кожемяко и никакой речи о его уходе в Приморье не было. Лимаренко пришел в декабре, подпись [под документом] поставили в сентябре».

Один из членов сахалинской «Единой России» обвиняет в распространении слухов о создании могильника ядерных отходов коммунистов: «Сами придумывают скандалы и инфоповоды — сами с ними борются».

Спор за то, кому тратить деньги

Из проблем явно не придуманных, а настоящих, но при этом не таких острых, как принято думать — финансовая. Бюджет полумилионной Сахалинской области достигает почти 172 миллиардов рублей. Расходы 200-тысячного Южно-Сахалинска в 2019 году составят больше 35 миллиардов рублей. Для сравнения: 600-тысячный Хабаровск потратит только 18 миллиардов рублей за год.

В своих выступлениях сахалинские кандидаты, которые могли бы спекулировать на теме изъятия средств федеральным центром, честно говорят: на самом деле деньги есть, просто нужно их с умом тратить.

«Все деньги прожирает чиновничий аппарат. Когда Хорошавин пришел, в обладминистрации работало 875 человек, сейчас там 4,5 тысячи», — возмущается Алексей Корниенко.

Временно исполняющий обязанности губернатора предпочитает сосредоточиться на состоянии инфраструктуры. Валерий Лимаренко упоминает, что при предыдущем главе региона Олеге Кожемяко средства бюджета не осваивались и часть денег приходилось возвращать в Москву. Прямо своего коллегу он ни в чем не обвиняет. «Люди начинали год с того, что расторговывали лоты на год [для оплаты работ ремонта и строительства объектов], пока они расторговывали — год заканчивался. Мы ввели трехлетнюю программу», — объясняет он.

Один из муниципальных руководителей, с которым говорит корреспондент «Медузы» признает: теперь тратить деньги бюджета стало проще. «А что, так можно было? Оказалось, да! Запланировали ремонты, строительство. При Кожемяко нас останавливали, проекты замораживали — вдруг своруете», — рассказывает он.

Миллиарды сахалинского бюджета и то, кто сможет их тратить, — является главной целью политической борьбы. Муниципальный чиновник объясняет, что местные группы влияния настроены к назначенному Москвой главе области Лимаренко настороженно. И именно их помощь кандидату от КПРФ играет против назначенца Кремля. «Кого он [Валерий Лимаренко] на эти проекты [строительства дорог и другой инфраструктуры] приведет? Каких подрядчиков? Местные опять могут без работы остаться, как при Кожемяко, который амурский бизнес заводил [для освоения гозаказов]. Это понимают, не только бизнесмены, но и их работники».

Валерий Лимаренко в беседе с «Медузой» настаивает, что на бюджетных объектах работают и будут работать местные подрядчики — результаты их работы его устраивают. Он в своей победе на выборах не сомневается — рассказывает, что после выборов рассчитывает полностью укомплектовать правительство специалистами. Рисует и более общую перспективу развития региона: «Никуда мы присоединяться не собираемся, мы довольны своей территорией. Денег никому не отдадим, мы еще больше хотим прибавить бюджет. Это заслуженно — сначала надо наладить жизнь тех, кто создает блага, а потом остальных. Люди тут добывают ресурсы на 15 миллиардов долларов [в год], из этого формируется федеральный бюджет. Если жители области не будут обеспечены, то не будет этих 15 миллиардов», — рассуждает временно исполняющий обязанности губернатора, вновь обращаясь к левой риторике.

Несколько собеседников «Медузы» уверяют, что итоги выборов на Сахалине нельзя назвать предрешенными. Источник издания, близкий к полпредству Дальневосточного федерального округа указывает, что Алексея Корниенко поддерживают влиятельные местные бизнесмены и политики. В частности не препятствует агитации кандидата от КПРФ мэр Южно-Сахалинска единоросс Сергей Надсадин. В штабе коммуниста подтверждают, что спокойно проводят встречи на муниципальных предприятиях. «Агитация оппозиции в МУПе — это нонсенс! Значит, в местных раскладах не все так просто», — отмечает в беседе с «Медузой» источник, близкий к администрации президента России. Телекоммуникационная компания «Крильон-сервис», с сотрудниками которого встречался коммунист, также считается близкой к мэру столицы Сахалинской области.

Сам Алексей Корниенко уверен о том, что дело не в элитных группах, а в избирателях. И вообще — в регионе, несмотря на его внушительный бюджет, люди властью не довольны. «На президентских выборах [2018 года] в городе Ноглики, где добывают нефть и газ, первое место было у Павла Грудинина [выдвинутого КПРФ]», — говорит он. И напоминает, что по итогам голосования за мэра нефтяной столицы Сахалина, Охи, в 2018 году победил коммунист Сергей Гусев.

В штабе Корниенко тоже серьезно настроены на победу. Вице-спикер городской думы Южно-Сахалинска от КПРФ Евгений Плотников в ответ на вопрос о своих перспективах на выборах депутатов в городское собрание (они пройдут вместе с губернаторскими) самоуверенно отвечает: «Я об этом не думаю. Я буду курировать в новом правительстве [области] вопросы рыбного хозяйства».

Автор: Андрей Перцев, Южно-Сахалинск

Редактор: Владислав Горин