«Мы устроили оккупай администрации»

Оппозиционеры в Петербурге уже три дня круглосуточно охраняют бюллетени, чтобы у них не украли голоса. Мы с ними поговорили

После единого дня голосования прошло уже три дня, но в Санкт-Петербурге до сих пор не подвели итоги муниципальных выборов. Кандидаты-оппозиционеры утверждают, что в округах, где они побеждали, массово фальсифицируют результаты голосования: бюллетени подменяют и пересчитывают голоса в пользу «Единой России». Чтобы защитить свою победу, оппозиционеры уже больше трех дней сторожат бюллетени — некоторые дежурят даже ночью. «Медуза» поговорила с четырьмя кандидатами в депутаты, которые считают, что набрали большинство голосов, а затем пытались сохранить результаты. Получилось не у всех.

«Это не „Единая Россия“ проиграла, это мы выиграли»

Егор Карпенков, кандидат в депутаты в округе «Литейный»

Для меня это первая избирательная кампания. На предыдущих я был наблюдателем или членом комиссии, теперь я кандидат. Я давно недоволен, как у нас ведутся дела на всех уровнях. И считаю, что муниципалитет — это уровень, на котором реально можно что-то изменить.

Во время кампании я очень много агитировал — последние три недели каждый день ходил по квартирам по 12 часов. К 8 сентября был уверен, что если не будет незаконных сюрпризов, я пройду. В день голосования все было очень спокойно — на участках практически ничего не было, кроме того, что с утра мы прошляпили одну урну для надомного голосования. Она «ушла» с участка без адекватных наблюдателей, а вернулась с 20 одинаково заполненными бюллетенями за команду единороссов.

Когда подсчет закончился, мы получили заверенные копии протоколов голосования, и поехали в ИКМО [то есть в избирательную комиссию муниципального образования], которая незадолго до выборов переместилась в здание администрации Центрального района на Невском проспекте. Там нам ночью объявили, что комиссия закрывается до 16 часов 9 сентября. Якобы до этого времени результаты внести в ГАС «Выборы» не получится — есть технические проблемы. Комиссия от нас просто убежала.

Мы остались — опасались, что результаты выборов хотят пересчитать в пользу единороссов. Начали писать жалобы, требовать внесения результатов в систему. Фактически мы устроили оккупай администрации. Я говорил, что не уйду из помещения без внесенных [в электронную систему] результатов. Просто поселились там и стали там жить. Сидели на полу под дверями, некоторые легли на пол и заснули. Одна девушка спала на подоконнике. Весь быт обустроили — днем 9 сентября нам подвезли еду и бутылки воды. Поели на подоконнике.

Бюллетени все это время хранились в подвале администрации. Сначала они там лежали без присмотра, потом дверь запечатали, но кто-то сломал пломбу на двери. Ее запечатали еще раз, но снова сломали. Мы поставили своего человека у подвала, чтобы бюллетени не подменили, но администрация запретила ему там дежурить — его увезли в полицию.

К вечеру 9 сентября к нам пришел глава администрации Центрального района, с ним общался депутат заксобрания Борис Вишневский, который приехал к нам. Они с главой договорились вместе окончательно запечатать дверь в подвал, что и сделали.

Из администрации мы не выходили до позднего вечера 9 сентября. Пересчета в итоге не было, наши результаты все-таки внесли к 23 часам. Но мы до сих пор опасаемся, что результаты все-таки изменят. В других округах были подобные случаи.

Окончательных итогов выборов нет: пока кажется, что часть мандатов у оппозиции украли, но их все равно будет много. Результаты мне представляются очень позитивными. Это не «Единая Россия» проиграла, это мы выиграли. Это большая победа для оппозиции. У нас пошла движуха снизу, а у них только грубый админресурс сверху. Пойти на полный беспредел и просто переписать все результаты произвольным образом они, конечно, могут. А в текущем режиме они нам проиграли, потому что у них просто нет живых сил на низах.

«Все плакали, члены комиссии чуть не подрались»

Александра Лобовикова, кандидат в депутаты в округе «Остров декабристов»

В этих выборах я решила участвовать после призывов [выдвигаться в качестве кандидатов от] штаба [оппозиционера Алексея] Навального и штаба партии «Яблоко». Я знаю, что муниципалитет, в котором живу, сейчас занят единороссами, которые ничего не делают, а только устраивают праздники за бюджетные деньги. И если взять большинство [мандатов в муниципальном совете], то можно заняться благоустройством и проталкивать другие полезные вещи, в том числе нормально контролировать бюджет.

В день голосования наша команда «Яблока» оставила довольно много жалоб на нарушения. Например, члены комиссии несколько раз убегали с участка с урной для надомного голосования. Наши наблюдатели пытались их остановить, но те скрывались от них. А потом сфальсифицировали данные: утром члены УИК показывали наблюдателям реестр с 30 «надомниками» [то есть избирателями, проголосовавшими дома], а вечером их оказалось уже 90 человек.

Около девяти утра в день голосования мы обнаружили типографский брак в бюллетенях на одном из участков — в окошке за кандидатку-единоросску стояла малозаметная точка. То же самое мы обнаружили на большинстве наших участков. Мне не хочется впадать в конспирологию, но, кажется, это было сделано специально. У нас сразу было подозрение, что КОИБы засчитают эту точку как голоса, но наши жалобы сначала отклоняли. Из-за упорства части наблюдателей на нескольких УИКах голоса все-таки пересчитали. Выяснилось, что КОИБы действительно считали неправильно: на одном из участков из-за точек у единоросски было на 50 голосов больше, чем должно было быть.

На другом УИКе, где точки заметили сразу и перестали выдавать такие бюллетени, [у кандидата от «Единой России»] было [всего] на девять голосов больше. Эти голоса перераспределились между независимыми кандидатами. В итоге было принято решение о полном пересчете результатов в округе, хотя они уже были внесены в ГАС «Выборы». По старым результатам я не проходила в депутаты, а после частичного пересчета уже опережаю основного конкурента из «Единой России». У нас в округе небольшая явка, поэтому все разрывы между кандидатами мизерные.

Добиваться этого приходилось с боем — ИКМО не хотела делать пересчет. По поводу полного пересчета с нами согласились только к 15 часам 10 сентября [то есть полтора дня спустя после завершения выборов]. Все очень устали — и был такой сюр: все плакали, члены комиссии чуть не подрались.

Со вчерашнего дня наша команда дежурит у здания администрации Василеостровского района, чтобы бюллетени не подменили, как в других округах.

Бюллетени хранятся в подвале, где находятся ТИК и ИКМО. Туда ведет сразу три двери — две наружние и одна в здании администрации. Две двери можно просматривать с улицы, но третью контролировать очень сложно — в здание нас не пускают и говорят, что за бюллетенями следить не нужно. Мы тоже не уверены, что все это не бесполезно, но делаем это чисто для своего спокойствия.

У администрации мы дежурим сменами, в том числе ночью. Пока ничего особенного не было: стояла полиция, член ТИК позволил нам опечатать двери, ведущие к бюллетеням. Еще приходил человек, который пытался нас разговорить и незаметно снимал нас на камеру.

Пересчет голосов назначен на сегодня, будем продолжать дежурить. Всего нам нужно пересчитать семь участков. Если продолжится тенденция, которая была после пересчета первых двух участков, у нас может быть большинство в муниципалитете. И кажется ИКМО этого не хотят. Мне в целом кажется, такие проблемы с муниципальными выборами из-за того, в некоторых частях города у нас сохранился феодализм. Там все очень срощено — у глав муниципалитетов большая власть, полиция их поддерживает, ИКМО не подчиняется Горизбиркому. Люди не хотят отпускать власть.

После полного пересчета голосов представители «Яблока» потеряли мандаты в муниципальном округе. Они заявляют о вбросах и других масштабных фальсификациях.

«В избиркомах жулики, которые всегда могут что-то придумать»

Ксения Лаврова, кандидат в депутаты округа «Владимирский»

Для меня важной причиной пойти на выборы был муниципальный фильтр — чтобы стать кандидатом в губернаторы Петербурга, нужно собирать подписи муниципальных депутатов. Независимым кандидатам сделать это сложно. Я выступаю за отмену этого фильтра, но с помощью выборов мы хотя бы можем сделать ситуацию с его прохождением проще. Кроме того, я хочу как депутат заниматься вопросами опеки и попечительства — например, состоянием детских домов.

Изначально я хотела баллотироваться в Московском районе в округе [муниципального образования] «Гагаринское», но там был ужасный подлог документов — и независимых кандидатов не регистрировали. В итоге пошла в Центральном районе — от «Справедливой России» по проекту «Объединенные демократы». Кандидатом меня зарегистрировали в самый последний день выдвижения. Для подачи документов оставалось буквально два часа.

Это может быть странно, но на участке, где сидела я сама, мне безумно понравилось. У нас никто ничего не вбрасывал, все честно считали, все давали проверить и перепроверить. После подсчета бюллетени увезли в администрацию района, где мы организовали дежурство у помещения, где они лежали. У нас постоянно дежурил человек у входа — мы приносили ему еду и сменяли, когда он уходил в туалет.

Мы думали, что бюллетени могут просто поменять, потому что видели, как в ИКМО ходят разные политтехнологи: заходили они веселыми, а выходили уже не очень. Явно там обсуждалось что-то за закрытыми дверями, потому что у оппозиции очень много мандатов — они потеряли контроль за Центральным районом. Поэтому, например, команду моего коллеги просто выбросили из победителей. По результатам голосования они получили большинство в своем округе, но бюллетени вбросили, пересчитали и теперь они проиграли.

Наши результаты уже внесли в ГАС «Выборы», но мы продолжаем дежурить у ТИК и ИКМО. Потому что знаем: в избиркомах сидят жулики, которые всегда могут что-то придумать. Например, сейчас наша ИКМО просто отказывается проводить собрание, где должны утвердить результаты выборов. Мы будем дежурить, пока они этого не сделают.

Для меня то, что свои результаты нужно охранять, выглядит как какой-то кошмар. Да, я понимаю, что людям, сидевшим в муниципалитете 20 лет, обидно проигрывать выборы. Но оно ведь не стоит того, чтобы идти на подлог и совершать преступление. По крайней мере, мне так кажется.

Конечно, я понимаю, что и на этих выборах, и на других все нечестно. Но чем больше людей в них будет участвовать, чем больше интереса к ним будет, тем сложнее власти будет сфальсифицировать результаты.

«Депутатом я пробыл пять часов, а потом голоса просто украли»

Кирилл Касимов, кандидат в депутаты в округе «Московская застава»

На выборы я шел как кандидат от «Яблока». Я видел, что на муниципалитеты уходят огромные деньги, но непонятно куда они уходят. Хотелось изменить ситуацию.

Нашу команду не хотели регистрировать. В ИКМО подменяли документы, выдвигали нелепые претензии и прочее. Поэтому первые документы для регистрации я подал 28 июня, а зарегистрировали меня 3 сентября — за четыре дня до «Дня тишины» и за пять дней до выборов. Зарегистрировали после трех судов, [жалоб в адрес] Горизбиркома и так далее.

В ходе голосования особых проблем не было. С утра было сообщение о вбросе на соседнем участке, но оно потом не подтвердилось. Все прошло спокойно, подсчитали все нормально. В ГАС «Выборы» выложили итоги по всем участкам — у меня было 485 голосов, я проходил в депутаты.

Все документы увезли в администрацию Московского района, а вечером 9 сентября объявили, что будут пересчитывать один участок — по жалобе «Единой России», как я понял. Сделали пересчет, добавили голоса кандидатам от власти. Но, видимо, не хватило, чтобы прошли все нужные люди — сделали еще один пересчет. Снова не хватило — докинули еще. То есть бюллетени, которые им не понравились, просто выкинули, а «нарисованные» пачками добавляли. При этом бюллетени даже визуально отличались — на них не было никаких опознавательных знаков. Видимо, просто тихо вбросили где-то в кабинетах администрации.

В итоге у этих кандидатов стало по 300 голосов на пересчитанном участке, хотя на соседних они набирали по 30. У меня до всех пересчетов совокупно было 485 голосов, а стало около 420. Я уверенно занимал третье место, а теперь вылетел из пятерки — где-то на шестом-восьмом месте. Эти результаты уже внесли в ГАС «Выборы», хотя еще утром там висели результаты, где я проходил в депутаты. Наша ситуация показывает, что если они хотят, то обязательно вбросят. От этого нельзя защититься — при пересчете присутствовали кандидаты, но это не помогло.

Депутатом я пробыл пять часов, а потом голоса просто украли. И мне стыдно перед избирателями, местными жителями, что их голоса украли. Так еще совпало, что 9 сентября у меня день рождения. Сначала мне все звонили и поздравляли, что я получил хороший подарок к 28-летию — стал депутатом. Но потом все изменилось — видимо, избирком тоже решил меня поздравить. И я уже не депутат.

Сейчас мне кажется, что может помочь только общественный резонанс. Если все спустят на тормозах, ничего не изменится. Если о выборах в Петербурге будут говорить все, их результаты могут отменить. Ведь сейчас подобное происходит по всему городу. Идет передел власти.

Павел Мерзликин