Не осталось ни денег, ни перспектив

На местных ресурсах сплошная цыденовская суперреспублика, в которой нет безработицы и оттока населения. Мнение о Бурятии от уроженки республики.

Александра Гармажапова

Журналистка Александра Гармажапова рассуждает о современной политической реальности в Бурятии, откуда люди уезжают на заработки в Монголию или Корею, в провластных СМИ рисуют картину благоденствия и утверждают, что в регионе нет безработицы и оттока населения.

В августе 2017-го, когда я приехала на родину, меня поразила чудовищная бедность. Я бы сказала, беспробудная.

И ошеломляющий разрыв между богатыми и бедными. О том, что в России есть условные Ротенберги, мы знаем, но здесь все было, как под микроскопом.

Одни ужинают на 11 тысяч рублей, а другие берут продукты на 600 (!!!) рублей в долг. И не редкость услышать в разговорах местных: «А! Валя-то на халтуру укатила».

На халтуре — это значит либо на Камчатке, либо в Южной Корее, либо в Монголии. Люди, чтобы хоть как-то прокормить близких, уезжают на подработки. В ленте кто-то смеялся недавно над новостью о том, что Россия заключила стратегическое соглашение с Монголией. Типа, Монголия, вы серьезно?

А я вам скажу: если несколько лет назад жители Бурятии ездили в Монголию затариваться, то теперь все наоборот — в гипермаркетах Улан-Удэ нередко можно увидеть монголов, у которых есть деньги на покупки.

При этом последние пару лет наблюдается сильное закручивание гаек. Многие ругают бывшего главу Бурятии Вячеслава Наговицына, мол, вор и пр., но, простите, при нем в регионе была какая-никакая свобода слова: в одних газетах Наговицына полоскали, в других — хвалили.

Сейчас этого нет: на местных ресурсах сплошная цыденовская суперреспублика, в которой нет безработицы и оттока населения. У жителей не осталось ни денег, ни перспектив. У них оставалась только национальная гордость. Можно сколько угодно обсуждать это явление, но из песни слов не выкинешь.

И когда московские политтехнологи, работающие на действующего главу Бурятии Алексея Цыденова, стали на всю Россию (посредством Рен ТВ) врать, что сенатор Вячеслав Мархаев (единственный бурят в Совете Федерации, на минуточку) — держатель подпольного казино, наркобарон и человек, который бьет женщин, терпение лопнуло.

В соцсетях в те дни многие писали, что если московская «журналистка» Евгения Могилевская позволяет себе приезжать в Бурятию и оскорблять местное население, то значит, «мы сами это допускаем».

Парадокс заключается в том, что в национальном вопросе ситуация была значительно спокойнее при варяге Наговицыне, которому да, иногда доставалось, но он умудрялся настолько уважительно относиться ко всем этносам, что этот хрупкий баланс держался.

Цыденов же пока отметился лишь высказыванием, что он не входил в нирвану, как Пандито Хамбо-лама Итигэлов, поскольку столько не пьет. Я, конечно, уважаю религиозные чувства православного Цыденова, но, наверное, надо сдерживаться и помнить, что в регионе немало буддистов.