Абсурд, полнейший абсурд

Актер Павел Устинов получил три с половиной года по «московскому делу». Репортаж Кристины Сафоновой

16 сентября в Тверском районном суде одного из фигурантов «московского дела» Павла Устинова приговорили к трем с половиной годам колонии — рассмотрение его дела заняло всего два дня. 24-летнего актера, когда-то проходившего службу во внутренних войсках Росгвардии, признали виновным в том, что на акции протеста 3 августа он вывихнул плечо росгвардейцу Александру Лягину. Изначально против молодого человека завели дело по части 1 статьи 318 УК (применение насилия против представителя власти), но затем заменили на часть 2 (применение насилия, опасного для жизни или здоровья). Максимальное наказание по этой статье составляет не 5 лет, а 10. Устинов свою вину не признал — по его словам, он не участвовал в акции и не выкрикивал лозунгов, что, по утверждению обвинения, послужило основанием для его задержания. Спецкор «Медузы» Кристина Сафонова наблюдала за вынесением приговора по делу Павла Устинова.

Нравственные страдания и телесные повреждения

За полчаса до начала заседания у суда толпятся люди. Очередь движется медленно, а к полудню вход в здание и вовсе закрывают. На улице вместе с желающими поддержать Павла Устинова остаются его мать, сестра и девушка. Нельзя зайти и на этаж, где состоится заседание: единственный проход с лестницы слушателям преграждает пристав. Пройти в зал им удается только с помощью правозащитников.

Когда журналистов и остальных слушателей наконец запускают в зал, выясняется, что скамьи убраны — но они и не нужны: следующие 25 минут судья Алексей Криворучко зачитывает приговор. Все это время Павел Устинов с поднятой головой следит за ним из «аквариума».

«Суд установил: Устинов совершил применение насилия, опасного для здоровья, в отношении к представителю власти в связи с исполнением своих должностных обязанностей», — начинает Криворучко.

Дальше судья подробно озвучивает версию случившегося, изложенную обвинением: 3 августа потерпевший Лягин выполнял «служебные обязанности по охране общественного порядка» на Пушкинской площади, где проводилось «несогласованное публичное мероприятие». Примерно в три часа дня Лягин вместе с коллегами оказался у дома 18 по улице Тверской, где в тот момент находился Устинов. По утверждению сотрудника, молодой человек «выкрикивал лозунги, в том числе оскорбительные». Тогда Лягин «стал осуществлять мероприятия по задержанию Устинова». Для этого он взял нарушителя «левой рукой за правый локоть».

В свою очередь Устинов, продолжает судья, «осознавая противоправность своих действий» оказал активное сопротивление: «положил свою правую руку на левую руку потерпевшего, с применением силы корпуса оказал тянущее воздействие на его плечевой сустав левой руки, причинив своими действиями телесные повреждения в виде вывиха головки левой плечевой кости, чем причинил вред здоровью средней тяжести».

Своими действиями, заключает судья Криворучко, Устинов «унизил честь, профессиональное и человеческое достоинство Лягина, авторитет полицейской власти перед окружающими, причинив потерпевшему нравственные страдания и телесные повреждения».

Дальше судья зачитывает показания обвиняемого: Устинов утверждает, что не участвовал в митинге и пришел на Пушкинскую площадь из-за встречи с другом. Тем не менее суд считает, что его вину доказывают показания Лягина и других омоновцев. Правозащитный центр «Мемориал», ранее признавший Устинова политическим заключенным, обращал внимание на то, что показания сотрудников органов совпадают дословно.

О виновности молодого человека, по мнению суда, говорит протокол осмотра места происшествия и видеозапись с камеры наблюдения, которая показала, что 3 августа на площади проходил митинг. При этом Криворучко отмечает, что на записи не был зафиксирован момент задержания Устинова, так как она «регулярно меняла вектор своего обзора, и в этот момент была направлена в другую сторону». На другом видео — его сняли сотрудники телеканала «Сталинград» — Устинов «оказывает активное сопротивление», утверждает судья.

Ссылаясь на внутренний документ Росгвардии, Криворучко говорит, что «незаконности действий со стороны сотрудников ОМОНа не выявлено». И переходит к справке из НИИ Склифосовского, согласно которой у Лягина был диагностирован вывих левого плеча.

Перечисленные доказательства, считает суд, достоверны, поскольку они «последовательно согласуются между собой». А значит вина Устинова доказана и квалифицируется по части 2 статьи 318 УК. «Опасность для здоровья подтверждается тем обстоятельством, что в результате применения Устиновым физической силы с использованием своей правой руки и корпуса, оказано тянущее воздействие на плечевой сустав Лягина», — заключает Криворучко.

Логично согласующиеся показания

Судья добавляет, что в ходе заседания были допрошены и свидетели защиты — корреспондент «Дождя» Василий Полонский и сотрудник Amnesty International Олег Козловский. Оба не видели, чтобы Устинов «вырывался от сотрудников полиции». Также показания дали сестра, мать и девушка обвиняемого. Они подчеркнули, что молодой человек никогда не интересовался политикой и не участвовал в митингах.

«К показаниям Полонского и Козловского суд относится критически и отвергает их, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего Лягина и свидетелей обвинения [сотрудников органов], которые логично и последовательно согласуются между собой», — утверждает судья. Также он отмечает, что показания свидетелей защиты «отчасти противоречивы»: Полонский говорит о том, что Устинов стоял возле метро, а Козловский — что он прохаживался.

В зале раздаются смешки.

Видеозапись, на которой видно задержание Устинова, суд решает оставить без оценки — она была получена следователем из интернета и приобщена к материалам уголовного дела «непроцессуальным путем», объясняет Криворучко.

В зале снова слышится гул.

Судья говорит, что при назначении наказания учитывают данные личности подсудимого и положительные характеристики — Устинов закончил Высшую школу сценических искусств, за него поручились преподаватели Константин Райкин и Сергей Шенталинский. В то же время, продолжает Криворучко, «исправление Устинова возможно лишь в условиях изоляции от общества».

После короткого технического перерыва, звучит приговор: 3 года 6 месяцев колонии общего режима (обвинение просило для него 6 лет лишения свободы). Под крики «Позор» приставы спешат вывести всех из зала. Один из пришедших поддержать Устинова — мужчина средних лет — обращается к людям в форме: «Вы подумайте, где вы работаете! Все ведь вернется». Те в ответ только усмехаются.

«Люди не могут так врать, но врут»

В коридоре люди окружают плачущую мать Устинова, Татьяну Павловну, и ее дочь Юлию. «Такой беспредел. Все о нем только хорошо отзываются. Против всякой человеческой логики и нравственности», — говорит женщина сквозь слезы. «Все равно докажем, что он не виновен, — заявляет Юлия. — У нас есть независимая экспертиза, предоставленная экспертом из Томска, где написано, что он не совершал противоправных действий против Лягина. Мы это на апелляции докажем. У нас есть видео с разных ракурсов, что он не наносил никаких вывихов, он просто физически этого сделать не мог».

Девушка добавляет, что их семья не верит, что Лягин — настоящий потерпевший, и планирует провести идентификационную экспертизу, чтобы доказать это. Ее перебивают приставы, запрещающие снимать в коридорах суда и требующие, чтобы все вышли на улицу. «У нас есть месяц, будем бороться», — заканчивает свою речь Юлия.

На улице расходиться, кажется, никто не собирается. Напротив входа в суд начинается пикетная очередь. «Лжесудья и лжесвидетель», — написано на плакате у женщины с короткими рыжими волосами. Корреспонденту «Медузы» она представляется Ангелиной. Женщина рассказывает, что приходит на пикет уже второй день. «Это уже не Кафка, это Босх, — говорит она о сегодняшнем заседании. — Очень тяжело молчать, находясь там. [Больше всего меня возмущает], что все играют свои роли и делают вид, что так и надо. Это бесит просто, просто бесит. Невозможно так врать. Просто физически люди не могут так врать, но врут».

Вслед за Ангелиной с плакатом «Я стою! И он тоже просто стоял» становится студентка Светлана. В разговоре с «Медузой» девушка рассказывает, что никогда не участвовала в протестных акциях, но узнав о «московском деле», не могла остаться в стороне. «Уже давно температура нарастает, сейчас самый пик. Потому что людей абсолютно не слушают, все равно на наше мнение», — говорит Светлана.

У входа в суд появляется адвокат Дмитрий Чешков. Он указывает на нестыковки в деле своего подзащитного: «Исходя из видеозаписи, которая была приобщена к материалам уголовного дела, четко видно, что никто от боли не корчится, то есть как такового вывиха там не усматривается. Руки у всех функционируют: росгвардейцы и омоновцы избивают моего подзащитного».

«И больно, и горько», — говорит, обращаясь к журналистам, мать осужденного, Татьяна Павловна. Она говорит спокойно и достаточно громко, чтобы быть услышанной в толпе. Женщина считает, что ее сын невиновен — наоборот, на него было совершено нападение со стороны омоновцев. «Они не могут на попятную пойти и признать [свою] вину, — объясняет Устинова. — Здесь нужен индивидуальный подход, как обещал Владимир Владимирович [Путин]. Увы, я этого не увидела. Я увидела схематичную клевету на моего сына, на все его действия. Никаких, оказывается, прав человека у моего сына нет».

У суда какое-то время стоит и девушка Павла Устинова, Екатерина Балуева. «Честно, тяжело представить, как Паше там, насколько ему обидно не понимать все это время, за что [его судят]. Ладно, если бы он был виновен, но когда есть все факты, все доказательства… Все всё понимают, но сам суд — абсурд, полнейший абсурд», — говорит она корреспонденту «Медузы».

Балуева добавляет, что как и родственники Павла, не сомневается в его невиновности и готова бороться за его освобождение дальше, хотя знает молодого человека только с конца апреля. «Паша пришел ко мне в кофейню, я работаю бариста. Спустя две недели общения что-то щелкнуло, — рассказывает она. — Что в нем зацепило? Не знаю, все! Внешность, характер его, как он относится к окружающим. Нет ничего негативного в нем. Я могу честно сказать, это человек, который кошку с дерева снимет и под машиной ее найдет. Паша всегда меня поддерживает».

По словам Екатерины, когда Устинова задержали, она была абсолютно уверена, что ничего противоправного он сделать не мог. Девушка говорит, что даже если приговор удастся обжаловать, она не намерена на этом останавливаться: «Мы все равно пойдем дальше, чтобы предъявить обвинения людям, которые это все организовывают».

Кристина Сафонова