Одобрено президентом, удобрено миллиардами

Яма у стрелки Васильевского острова уже поглотила 15 млрд из бюджета. Здесь обещали разбить парк, но продолжают финансировать строительство зданий Верховного суда

Территорию бывшего Института прикладной химии (с секретными лабораториями по разработке ракетного топлива) начали освобождать от построек при губернаторе Матвиенко. Тогда ее сын Сергей руководил структурой ВТБ, взявшейся возвести здесь элитный жилой комплекс. «Паровозом» стал Борис Эйфман, которому Путин обещал построить театр почти 20 лет назад, а в 2003 году наконец подписал поручение «О строительстве Дворца танца и многофункционального комплекса «Набережная Европы».

В ноябре 2012-го концепция поменялась: президент объявил о намерении отдать «хорошее пустое пятно» под комплекс Верховного и Высшего арбитражного судов, перебазируемых в Петербург. А ВТБ получил из федерального бюджета компенсацию 11 миллиардов рублей — за вложенные в проект средства.

С 2013 года проект Судебного квартала реализовывало Управление делами президента. Все это время за забором оставались лишь обломки снесенного ГИПХа и загаженный его опасной деятельностью грунт. Согласно экспертному заключению 2011 года, «около 70% территории загрязнено химическими элементами и веществами в чрезвычайно опасной степени и 30% — в опасной; грунты в южном секторе (…) до глубины 5 м характеризуются высоким содержанием тяжелых металлов — ртути, сурьмы, цинка, кадмия, меди и хрома, концентрации которых превышают фоновые в десятки раз; местами химические элементы мигрировали в почвы на глубины до 10,5 м». По словам сопредседателя Гильдии экологических журналистов Петербурга Лины Зерновой, объем опасных грунтов тут оценивался в два миллиона тонн.

То, что эта химическая бомба в центре Петербурга обезврежена, нельзя утверждать до сих пор.

Еще нынешним летом, согласно сайту госзакупок, УДП продолжало оплачивать приемку на полигоне грунта и строительных отходов. Однако 22 апреля на заседании городского правительства Александр Беглов вдруг заявил, что отданная под Судебный квартал территория — не просто «хорошее пустое пятно», как оценил ее Путин, а «уникальная площадка, рядом Петропавловская крепость и Зимний дворец». А уже на другой день он предъявил президенту макет будущего арт-парка. Все, разумеется, было подано как «волеизъявление горожан», «запрос общества» и радение о благе петербуржцев, которым не хватает зелени и креативных пространств.

Путин идею поддержал.

«Смотрите, масштаб какой! Место прямо на берегу Невы, с выходом потом к Петропавловской крепости и на Стрелку Васильевского острова, — восхитился явившийся на стройплощадку гарант. — Виды, достойные мировых столиц».

И добавил, что тут общественный парк может выйти «даже получше Зарядья».

Не успевшие обрадоваться защитники старого Петербурга восприняли предложенный образец для подражания за новую угрозу. А предвыборный Смольный принялся расшвыривать игрушки, провоцируя баталии на ровном месте: за название будущего парка и варианты его наполнения.

КСТАТИ
7 мая УДП подписало с генподрядчиком (подведомственным ему ФГУП «Ремонтно-строительное управление») уже 19-е по счету допсоглашение к государственному контракту строительства Судебного квартала. Там зафиксированы этапы дальнейшего финансирования: 14,41 млрд на 2020 год, 11,63 млрд — на 2021-й.

Согласно постановлению правительства РФ от 15 марта 2016 г., Судебный квартал должны были построить в 2019-м. Федеральной адресной инвестиционной программой срок сдачи объекта отнесен на конец 2021 года.

Пока горожане спорили, какое дать имя будущему парку — от «Сердца Петербурга» до «Романовского» (победил все же отсылающий к истории «Тучков буян»), по стройплощадке продолжала сновать техника. В августе новости из-за забора попали в ленту происшествий: погрузчик при маневрировании стал опрокидываться в котлован и завис, зацепившись ковшом.

«А что это они там делают?» — удивились петербуржцы, уже поверившие в светлое зеленое будущее.

В Смольном заверяли, что никаких «бросовых работ и бросовых затрат» не предвидится — всему нарытому и забетонированному найдут применение при создании арт-парка. И то, что уже свыше пяти тысяч свай вогнали, не должно помешать появлению здесь подземных выставочных и концертных залов или еще чего полезного. Конкретика, пояснял вице-губернатор Николай Линченко, появится после проработки проектной документации. Что в общем-то логично — в отличие от идущего без этой документации строительства не пойми чего.

За пару недель до единого дня голосования господин Беглов вновь напомнил о своих обещаниях про парк: объявив, что для него выберут «уникальную концепцию» к апрелю 2020 года, когда подведут итоги международного конкурса. Победителя, декларировалось на сайте Смольного, определят петербуржцы. А с назначением устроителей конкурса уже определились без них: правительство РФ поручило его проведение компании ДОМ.РФ совместно с правительством Петербурга. Механизм волеизъявления пока не разъяснялся.

Между тем никаких юридически значимых документов, свидетельствующих о перемене участи многострадальной территории у Стрелки Васильевского острова, нет.

Действующим остается постановление правительства РФ от 15 марта 2016 № 195 о строительстве на данном участке комплекса зданий Верховного суда, Судебного департамента, ведомственного жилого комплекса на 600 квартир (с паркингом) и Дворца танцев Бориса Эйфмана. И заключенный на эти работы госконтракт никто не расторгал, выплаты по нему проводятся исправно.

Так, согласно сайту госзакупок, в сентябре проведена пока одна платежка на сумму свыше 50 млн, в августе их было три — совокупно более чем на 270 млн, в июле — на 132, 6 млн.

Из актов приемки работ следует, что ведутся они не только на пятне Дворца танцев (из прежнего проекта обещали оставить лишь его и паркинг), но и по всем остальным объектам. Перечисляемые в актах работы — железобетонные конструкции, гидроизоляция оголовков свай, контрольное испытание свай статической нагрузкой и прочая — проводятся по зданиям и Верховного суда, и Судебного департамента, и жилого комплекса, в том числе и по обустройству подземных парковок для каждого из них.

Формально ничего незаконного тут нет — по данному участку действует разрешение на строительство, выданное на срок до 30 января 2021 года. Но выдавалось оно на судейский комплекс с жильем и театром. Строить что-то другое, не соответствующее согласованной проектной документации, это разрешение не позволяет. Поэтому все разговоры о том, что мы-де сейчас закончили свайное поле, подготовили котлован для подземных парковок, а потом используем, например, для подземного концертного и выставочного залов — это не только вне правового поля, это бред. Сколько и каких объектов будет в арт-парке, каковы планируемые нагрузки/поток публики, сколько с учетом этого необходимо тех же парковочных мест, какая вообще сопутствующая инфраструктура потребуется — неизвестно.

Даже неловко объяснять, что сначала — концепция, эскизный проект, строгие расчеты и рабочее проектирование, согласования (от собственно архитектурных решений до экологической безопасности и прочая), а уж потом строительство. Наоборот быть не может.

Поразительно, что пиарить эту профанацию взялись те, кто лучше других должен понимать абсурд происходящего: Петербургский союз архитекторов. Он запустил и ведет сайт, на котором собираются и обсуждаются поступающие предложения по облику и наполнению будущего парка. Гражданам предлагается выбрать, чем бы завалить это ответственейшее для Петербурга место. Можно поставить галочку за «военно-патриотическую экспозицию (площадку для демонстрации образцов исторической и современной техники; экспозицию истории военных конфликтов)», «назад в СССР (наполнение и антураж парка воспроизводит атмосферу СССР; лучшие воспоминания детства в предметах и традициях)», батуты и тарзанки, фонтаны и шутихи, территорию «экстремального спорта» и «йогу для всех (место для индивидуальных и коллективных практик под открытым небом и тентами)» или «антикварный рынок» (который подается как «организованная площадь для продажи раритетных предметов из частных коллекций и домовладений», но под лозунгом «новую жизнь старым вещам с бабушкиных антресолей!»). Напоминанием о том, что здесь вроде бы собирались делать парк, служат опции «главный городской газон» и «ботанический сад» (исторический Ботанический сад вообще-то в Петербурге есть, но едва жив из-за хронического недофинансирования). Ну и, конечно, «сувенирная ярмарка» и «ресторанная улица», куда ж без этого.

Снабженные штрихкодами анкеты с выборкой из этих опций выдавались гражданам 8 сентября при входе на избирательные участки. Возле отдельных урн для этого волеизъявления дежурили молодые люди, называющие себя волонтерами Петербургского союза архитекторов. По предположению источников «Фонтанки.ру», такое параллельное голосование могло быть задействовано для контроля за явкой чиновников и работников бюджетных учреждений. Некоторые из них подтвердили изданию, что заранее получили анкеты от своего руководства. И пояснили, что штрихкоды на партиях анкет различались в зависимости от подведомственности учреждений тому или иному смольнинскому комитету.

В апреле, когда Беглов с Путиным провозгласили создание парка вместо Судебного квартала, работы по заключенному на его строительство госконтракту были оплачены на 3,49 млрд рублей. Теперь на сайте госзакупок значится, что «фактически оплачено» 4,026 млрд. То есть за то время, что власть развлекала публику дискуссиями о названии и наполнении арт-парка, в обещанную ему площадку закопали еще полмиллиарда. А всего, с учетом выплаченных ВТБ «компенсационных» 11 млрд, вбухали более 15 млрд.

Почти столько же составляют штрафные санкции и набежавшие пени за просрочку в исполнении обязательств по госконтракту, выписанные Управделами президента своей же стркутуре-генподрядчику еще в декабре 2017 года: 14,6 млрд и 179,9 млн соответственно.

Примечательно, что после назначения штрафных санкций за неисполнение условий госконтракта УДП и генподрядчик заключили 14-е допсоглашение, изменяющее условия авансирования работ, — увеличив его предельно допустимый объем в 3% от стоимости госконтракта (1,1 млрд) до 30% (10,72 млрд).

К тому времени в качестве реальных исполнителей работ на площадке закрепились близкие «кремлевскому повару» Евгению Пригожину структуры.

Изменения, внесенные в систему госзакупок и в сам госконтракт весной 2017 года, позволили фактически засекретить сведения о деталях строительства и привлекаемых субподрядчиках. Но, как удалось узнать «Коммерсанту», к лету того же года субподрядчика определили без конкурса, вверив строительство судебного квартала структурам Евгения Пригожина и его компании «Конкорд Менеджмент и Консалтинг». Источник «Ъ» сообщал, что ими проводились коммерческие тендеры и запросы предложений среди крупных строительных компаний для привлечения их к строительству отдельных объектов Судебного квартала без авансирования.

«Новая» попыталась выяснить, чем же в реальности подкреплено предвыборное заявление о заморозке стройки и создании городского парка.

Мы направили запросы Александру Беглову, главе правительства РФ Дмитрию Медведеву и управляющему делами президента Александру Колпакову.

Первого спрашивали, направлялось ли официальное обращение администрации Санкт-Петербурга к президенту и главе правительства РФ с предложениями по изменению использования участка и реализации на нем концепции арт-парка, которую Беглов представил Путину в апреле. Также нас интересовало, предполагает ли руководство города инициировать возвращение участка (или его части) в казну Петербурга; подтверждало ли правительство города готовность взять на себя, полностью или частично, финансирование по созданию арт-парка и подготовило ли предложения с адресами альтернативных участков, на которых возможно строительство судебного комплекса.

В апреле, напомним, Александр Беглов говорил, что «мы предложили переместить Судебный квартал — само здание суда и жилые дома — на Смольную набережную» (где до того собирались строить новый Музей блокады и обороны Ленинграда, но передумали). А в мае, после встречи с главой российского правительства, заявил, что Дмитрий Медведев поручил правительству РФ «привязать Судебный квартал к новому месту строительства на Смольной набережной».

У господина Колпакова «Новая» спрашивала, поступали ли в УПД из Администрации президента РФ, Правительства РФ какие-либо поручения или иные документы, предполагающие отмену/изменение госконтракта на строительство судебного комплекса и изменение определенной им схемы финансирования; предполагается ли вести строительство Дворца танцев Бориса Эйфмана в рамках действующего или нового госконтракта, на основании каких правовых процедур.

В запросе, адресованном Дмитрию Медведеву, «Новая» просила ответить, осуществлены ли правительством РФ действия по отмене или корректировке его постановления 2016 года о строительстве Судебного квартала на данном участке; предполагается ли и когда именно расторгнуть заключенный по нему госконтракт и вернуть (полностью или частично) участок в казну Петербурга; какие рассматриваются альтернативные участки для строительства судебного комплекса и решен ли вопрос об источниках финансирования для реализации проекта арт-парка.

От Александра Беглова и Александра Колпакова ответа мы не получили вовсе.

За главу правительства РФ отписалась его пресс-служба, но ответов на наши вопросы в этом письме нет. Нам лишь сообщили, что вопрос создания арт-парка вместо судебного комплекса «прорабатывается на экспертном уровне в профильных органах исполнительной власти, Управлении делами Президента Российской Федерации совместно с Администрацией Санкт-Петербурга. По завершении данной работы соответствующие материалы, в том числе необходимые проекты нормативно-правовых актов, будут представлены в Правительство Российской Федерации».

Никакой конкретики — ни по срокам, ни по исполнителям. Сдается, ее и не будет, пока интересанты не выжмут многомиллиардный госконтракт досуха.