"Сейчас каждый сам себе лидер". Родители против репрессий

Супруги Ирина Вернер, мать двух сыновей, и Вячеслав Львов, отец четверых детей, разместили в фейсбуке открытое письмо родителей против политических преследований молодежи. Они потребовали освободить обвиняемых по "московскому делу", делам "Сети" и "Нового величия".

"Мы, родители юношей и девушек, школьников и студентов, учащихся и работающих, всех тех, кого без всякого основания сотрудники полиции, ОМОНа или Росгвардии могут схватить, избить, бросить в автозак, отправить в СИЗО, на кого только по оговору этих "правоохранителей" могут завести дело и осудить, не слушая адвокатов, игнорируя очевидные доказательства невиновности, мы требуем от властей – остановить беззаконие", – говорится в открытом письме родителей. За три дня это обращение собрало около 140 подписей. В интервью Радио Свобода Ирина Вернер и Вячеслав Львов рассказали, почему решили объединить родителей молодых участников оппозиционных митингов и как выходят вместе с сыном на акции протеста.

Ирина:

– Я хотела высказаться против политических репрессий. Увидела пост режиссера-документалиста Кирилла Ненашева. Он написал, что никакие социальные группы "не зовут его в открытые письма". Я тоже не знала, под каким из писем от профессиональных сообществ подписаться. Муж Вячеслав Львов подписал письмо научных сотрудников. Я себя научным сотрудником не считаю. Я подумала, что многих из нас объединяет то, что мы родители, и решила создать письмо от имени матерей и отцов. Среди обвиняемых по "московскому делу", делам "Сети" и "Нового величия" много молодых людей. В целом протест, по нашим наблюдениям, становится все более юным. И мне хотелось письмом от имени родителей поддержать юношей и девушек, которые борются с несправедливостью.

Вячеслав:

– Я часто общаюсь с молодыми людьми, которым чуть-чуть за 20. Чаще всего это студенты гуманитарных факультетов московских университетов. Молодые участники протестов рассказывали, как сожалеют, что родители их не поддерживают. Студенты говорили, что поддержка родителей придала бы уверенности в себе. Я решил, что надо помочь этим детям наладить связь с родителями.

– Как вы думаете, почему родители не поддерживают активистов, а часто запрещают принимать участие в уличных акциях?

Ирина:

– Мне кажется, многие люди погружены в повседневную суету. У них нет времени и желания интересоваться чем-то, кроме повседневных обязанностей. Мой старший сын-буддист говорит, что надо жить осознанно. Старшему поколению в самом деле не хватает осознанности. Я сравниваю молодое поколение с собой. В их возрасте я думала о разных пустяках, жила лишь своими еще детскими интересами и не волновалась о происходящем вокруг. Современные школьники и студенты много читают, размышляют и анализируют. Они интересуются глобальными вопросами: политикой, экономикой, экологией.

Старшему поколению в самом деле не хватает осознанности

Вячеслав:

– Мне больше 70 лет. Я заметил, что даже 40-летние родители живут так, будто им ничего не надо, кроме бытового благополучия. И они в таком алгоритме воспитывают детей. Но дети из этого алгоритма вышли. И стали думать и действовать иначе. Родители остались в стороне от общественной жизни, а дети не могут себе этого позволить. Они должны думать о своем будущем. Конечно, многие матери и отцы – против участия детей в оппозиционных митингах из страха. Родители боятся за детей. Я хорошо понимаю этот страх.

– Как вы преодолеваете страх за вашего младшего сына Илью, который уже два раза был задержан во время протестных акций?

Ирина:

– Мы сами принимаем участие в митингах. Я – с 2011 года, Вячеслав выходил на акции в 90-х. В нашей семье принято открыто говорить о политике. Конечно, мы боимся за Илью. Никто из мам и пап не испытывает приятных эмоций, когда ребенка забирают в автозак. Когда сын спросил, что мы думаем об его участии в протесте, я ответила: "Мы не просто тебя любим, мы – единомышленники".

Вячеслав:

– Может, я не идеальный отец, но я всегда воспитывал сына самостоятельным и свободным человеком. И я не буду из страха за сына что-либо ему запрещать. Это неправильно и бесполезно. Манипулировать ребенком – это не про нас. Безусловно, нам было тревожно, когда сына задерживали. Первый раз Илью задержали 5 мая, за два дня до инаугурации Путина. Тогда сын вышел на улицу с плакатом "Никогда не было и вот опять". Второй раз Илью задержали через пять минут после начала акции в защиту журналиста Ивана Голунова. Мы вышли на акцию вместе, но Илья ушел чуть вперед и написал, что его забрали в автозак. Утром Илью отпустили из ОВД на Новой Басманной. Сын нам бодро рассказывал, как беседовал с полицейскими. Он сказал, что полицейские – нормальные люди, только когда начальство звонит, они начинают сильно волноваться. После второго ареста мы договорились с Ильей, что он временно не будет принимать участия в несогласованных уличных акциях. Решили, что мы с женой будем выходить вместо него. А каждую субботу мы вместе с сыном стоим в одиночных пикетах. На одном из плакатов, с которым я стоял около здания МВД на Петровке, 38, было написано: "Отцы! Вставайте на защиту ваших детей!" Я думаю, родители должны бороться за своих детей. Рано или поздно это поймут все родители. Они сумеют преодолеть страх и начнут помогать детям в стремлении сделать страну более справедливой и гуманной. Родителям достаточно показать, что борьба детей не бесперспективна.

– Что вы думаете о будущем протестного движения? Молодежь удалось запугать приговорами обвиняемым по "московскому делу"?

Вячеслав:

– Протест будет усиливаться в ответ на репрессивные меры. Никакие чудовищные приговоры этого не изменят. Подобное уже происходило в разных странах, например, во Франции, в 1968 году. Я постоянно общаюсь с молодежью на встречах дискуссионного клуба "Пространство Политика". Я вижу, что это свободные люди. Они привыкли жить в свободном пространстве. Молодежь сопротивляется, когда свободу у нее отбирают. Молодые люди знают Конституцию лучше власти. Они хотят выходить на мирные митинги. Но, когда их запрещают, молодежь готова выходить и на несогласованные. Я думаю, что гражданское сопротивление будет расти. Очень многие страны уже прошли путь, которым идет сейчас Россия. Этот путь будет долгим, но приведет к изменениям. Потому что силы прогресса сильнее и они победят рано или поздно. Мы уже сейчас побеждаем. Мы побеждаем, но не кулаками, как это делает власть, а увеличением количества людей, которые не хотят мириться с этой властью. Рано или поздно у нас будет что-то похожее на либерально-демократический строй. Другой вопрос – молодые участники протеста не совсем понимают, чего они хотят. Активисты знают, что не хотят видеть у власти сегодняшних лидеров. Но, к сожалению, у нового поколения пока нет видения будущего страны.

Мы побеждаем, но не кулаками, как это делает власть, а увеличением количества людей, которые не хотят мириться с этой верхушкой

– Вы упомянули дискуссионный клуб "Пространство Политика". Что это такое?

Ирина:

– Молодежный дискуссионный клуб. Он зародился внутри штаба Юлии Галяминой, независимого кандидата в депутаты Мосгордумы. Участники клуба выбирают тему для обсуждения. Например, последний раз мы говорили о летних протестах. На заседание клуба приходят эксперты. В клубе показывают фильмы. Например, мы смотрели фильм "Мой друг Борис Немцов". Потом обсуждали его с режиссером Зосей Родкевич. Другой формат работы клуба – дебаты. На них двое участников представляют противоположные точки зрения по какой-либо теме. На встречи клуба могут прийти люди любого возраста.

– Все ваши дети принимают участие в протестах?

– Дочь Славы с мужем часто ходят с нами на митинги и шествия. Одна из старших внучек мужа учится в ВШЭ и тоже участвует в митингах. Мой старший сын Андрей считает себя гражданином мира и много путешествует. Сейчас он живет в Израиле. Но за ситуацией в России следит пристально, в курсе всего, поддерживает оппозицию.

– Существует мнение, что подростков и студентов, которые якобы протестуют лишь потому, что им в силу возраста свойственно быть в оппозиции, различные политические силы используют в своих целях. Что вы об этом думаете?

Ирина:

– Я не знаю, правильно ли судить по себе, но я не могу представить, как меня можно использовать. Ни в каком возрасте меня нельзя было использовать. Моего сына тоже нельзя использовать. Мне сложно его в чем-то убедить. Он сам принял решение, в какой вуз будет поступать и как это сделает. У него в голове все сложено и построено.

Молодежь борется не с властью, а с несправедливостью

Вячеслав:

– Молодежь выходит на улицы, потому что у них есть чувство справедливости. Они, в отличие от нас, к несправедливости не привыкли. Дети чувствуют тонкой кожей несправедливость, которая на каждом шагу. Молодежь борется не с властью, а с несправедливостью. И, я думаю, дети снесут на этом пути всякие преграды. На протесты выходят разные ребята, не только ученики хороших лицеев и студенты престижных вузов. Я думаю, на периферии протестные настроение среди молодежи даже сильнее, потому что жители регионов чаще сталкиваются с несправедливостью, чем мы в сытой, богатой Москве. Конечно, не вся молодежь придерживается оппозиционных взглядов и готова выходить на улицы. Я помню, на одну из встреч дискуссионного клуба пришел молодой человек, член партии "Единая Россия". Он представлял на дебатах позицию, критикующую участие в протестах. Этого юношу пригласил мой младший сын. Этот молодой человек сам поступил в хороший вуз. Не было сомнений в высоком интеллектуальном уровне этого мальчика. Но во время выступления он с милой улыбкой на лице произносил штампы, которые можно услышать, например, от Собянина или Пескова. Когда я спросил юношу после выступления, верит ли он в свои слова, мальчик ничего мне не ответил. Думаю, юноша выбрал соглашательство, предполагая, что это даст ему какие-то преференции. Я хочу сказать, что молодежь разная и политические взгляды у них неодинаковые. Но те молодые люди, которые участвуют в протесте, делают это исключительно по собственным убеждениям. Во время последних летних акции почти все лидеры оппозиции сидели, а протесты продолжались. Я думаю, что настало время, когда лидер не нужен. Сейчас каждый сам себе лидер.