На «скорой» к неравенству

Как врачи и директора больниц оказались на разных краях сословного общества

Некоторое время назад стало известно о планах 26 врачей НИИ детской онкологии и гематологии, входящего в состав онкологического центра им. Блохина, уволиться в знак протеста против политики их нового руководства, вступившего в должность минувшим летом. По словам протестовавших врачей, вместо решения существовавших многие годы проблем, включающих плохое состояние больничных помещений, администрация приступила к расстановке на ключевые должности близких ей специалистов.

В этой новости, однако, нет ничего необычного. Произошедшее не сенсация, а всего лишь очередной эпизод из рутинной практики российского рынка труда. Многие читатели узнали в этом эпизоде то, с чем им, возможно, не приходилось сталкиваться лично, но наверняка они об этом слышали от близких и знакомых.

Сословность как черта общества в России никуда не исчезает, она лишь меняет форму, комфортно разместившись в установившейся в стране административной вертикали. Администратор и рядовой сотрудник в российской организации — люди, располагающиеся строго иерархично, с отчетливыми различимыми атрибутами, которые обозначают занимаемые ими рабочие места.

Чем выше в иерархии располагается должность, тем у персоны, занимающей ее, больше по размеру и лучше обставлен кабинет, дороже служебный автомобиль, многочисленнее аппарат и, самое важное, зарплата, на большее число порядков отличающаяся от медианной по организации.

Расследования коррупционных эпизодов создают впечатление, что неравенство в России главным образом становится результатом манипулирования бюджетными расходами.

Однако значительная часть российского доходного и властного неравенства формируется иначе: за дверьми корпоративных, больничных, школьных и прочих кабинетов.

Об успешной административной карьере мечтают многие. Наблюдая гигантское различие в доходах между рядовыми и начальственными должностями, сотрудники понимают, что административные должности — редкий шанс решить долгосрочные финансовые проблемы своей семьи. Чтобы эффективно использовать этот шанс, который может оказаться непродолжительным (то есть — максимизировав ренту), нужно сформировать административный коллектив из доверенных людей, чтобы не тратить время на урегулирование разногласий между управленцами.

Именно поэтому миграция административной верхушки из одной организации в другую нередко разрушает профессиональные судьбы тех управленцев, кто многие годы делал административную карьеру в компании, в которую пришли новые начальники. Для них не находится места в планах новой администрации, которой надо побыстрее окружить себя доверенными людьми.

В развитых странах альтернативой вертикальной, т.е. административной карьере, является карьера горизонтальная. Если говорить о медицине, то она заключается в том, что врач успешно делает все более сложные операции, проводит собственные исследования, публикует результаты в академических и популярных журналах, в результате становясь все более известным как своей профессиональной среде, так и части общества. Во многих развитых странах именно такой карьере часто отдается предпочтение вместо невзрачной вертикальной карьеры, где обязанности часто состоят из выполнения ответственных, но не слишком сложных управленческих задач.

Однако для успешной горизонтальной карьеры в России, как и во многих других догоняющих экономиках, не хватает некоторых важных ингредиентов. Один из них — технологическое развитие. Во многих развивающихся государствах технологии распространены недостаточно, порой присутствуя лишь в отдельных организациях. В небольшом городе может располагаться единственная больница; в более крупном городе их больше, но хорошая почти наверняка там будет только одна.

Серьезную горизонтальную карьеру можно делать только в хорошем госпитале, среди новейшего оборудования и подготовленных коллег.

В других же местах для нее попросту не существует возможностей.

Другая причина состоит в незащищенности персонала от администрации даже там, где возможность для горизонтальной карьеры существует. И в этих местах, увы, нет действенного противовеса решениям управляющих.

В прошлом десятилетии, когда положительный образ профсоюзов находился чуть ли не под запретом в экономических дискуссиях, эксперты предлагали учреждение наблюдательных советов в качестве решения проблемы несбалансированности власти администрации. Те, однако, формировались из немотивированных к серьезному выполнению своих обязанностей приятелей топ-менеджеров. Последние к тому же щедро оплачивали безразличие наблюдателей.

Не доверяя низовой организации защиты прав работников и трансплантируя зарубежный опыт без учета особенностей догоняющей экономики, эксперты таким образом лишь укрепили корпоративизм. Теперь профсоюзы становятся все более частым и желанным гостем в экономических дискуссиях.

И настоящий, то есть созданный и управляемый работниками, профсоюз не нужно специально мотивировать, потому что достаточным стимулом для него служит получение более высокой доли работников в доходах организации.

Экономическое развитие — длительный процесс, занимающий десятилетия. Высокая конкуренция за работника, вызванная устойчивым усложнением экономики и экономическим ростом, еще не скоро станет надежным защитником интересов работников в России. Создание же профсоюзного движения, хотя отнюдь не относится к простым задачам, но все же требует значительно меньше времени.