Я накажу себя сам. Жестко

Новгородская журналистка заявила, что ее изнасиловал коллега из муниципальной газеты. Репортаж Ирины Кравцовой

Журналистка сайта «Новгород.ру» Алина Щеглова 13 октября опубликовала пост, в котором заявила, что ее изнасиловал коллега из другого издания — сотрудник местной муниципальной газеты. По утверждению Щегловой, это произошло в конце сентября на вечеринке после журналистского конкурса. Журналистка не хотела рассказывать о случившемся публично: выступить она решила, когда доследственную проверку продлили на месяц, следователя сменили — а человек, который, по словам Щегловой, изнасиловал ее, «продолжал возглавлять газету, проводить планерки и ходить на пресс-конференции». При этом в посте она не назвала имя предполагаемого насильника, но после публикации оно перестало быть секретом — его очень быстро вычислили другие журналисты. Спецкор «Медузы» Ирина Кравцова отправилась в Великий Новгород и поговорила со всеми участниками этой истории.

27 сентября к шести часам вечера журналисты из Великого Новгорода приехали на награждение победителей журналистского конкурса «Феникс» (его организует областное отделение Союза журналистов). Мероприятие завершилось в девять; после него компания коллег из 15 человек отправилась отмечать дальше в редакцию муниципальной газеты «Новгород». Там, по словам журналистов, они выпивали и общались. Главный редактор «Новгорода» Михаил Боголюбов сразу сообщил коллегам, что в редакции они смогут находиться до 23:00.

В районе одиннадцати большинство журналистов стали расходиться — коллег к себе домой пригласила журналистка агентства «Регнум» Ольга Ларина. Последними в редакции оставались сотрудница интернет-издания «Новгород.ру» Алина Щеглова, корреспондент «Новой новгородской газеты» Матвей Николаев, корреспондент интернет-издания «ВНовгороде.ру» Анна Огороднийчук, а также главред газеты «Новгород» Михаил Боголюбов.

Примерно в 23:40 Огороднийчук спросила у Щегловой, хотела бы та поехать дальше отмечать с коллегами — и как она себя чувствует. Щеглова, по словам Огороднийчук, ответила, что «она в порядке» и поедет домой на такси вместе с Боголюбовым, поскольку им по пути.

Николаев рассказывает, что тоже перед уходом спросил у Щегловой, хорошо ли она себя чувствует. «Алина сказала: нормально — но взгляд был стеклянный и понятно было, что она перебрала, и ей не очень-то хорошо уже на самом деле», — говорит он. При этом Боголюбов, по словам Огороднийчук, заверил, что он довезет коллегу до дома. «В холле он [Боголюбов] выглядел довольно бодро. Мне показалось, что у него какой-то слишком оживленный взгляд. Потом поняла — ошалелый», — вспоминает журналистка.

По словам Алины Щегловой, вместе поехать домой на такси в конце вечера Боголюбов предложил ей еще в начале мероприятия. Муж Щегловой и 42-летний Михаил Боголюбов — друзья детства, они дружат уже около 30 лет. Щеглова — ей 33 года, у них с мужем трое детей — тоже давно знакома с Боголюбовым: они часто пересекались по работе, когда она работала в пресс-службе мэрии Великого Новгорода, а Боголюбов — в муниципальной газете. «Много раз мы случайно встречались в городе, когда мы с мужем бежали по делам, — рассказывает Щеглова. — Каждый раз приветствовали друг друга и договаривались как-нибудь прийти семьей друг к другу в гости».

По словам Щегловой, когда журналисты покидали редакцию, она надела пальто и расположилась в кабинете, в котором до этого за большим столом сидела с коллегами, — ждать, когда Боголюбов вызовет такси. Потом ее начало мутить, она отключилась. Придя в себя, журналистка обнаружила, что ее платье разорвано, а Боголюбов насилует ее (Щеглова рассказала «Медузе», что именно делал Боголюбов, но попросила не предавать огласке подробности. При этом она уточнила, что он изнасиловал ее дважды — в кабинете и в туалете редакции).

В районе двух ночи Щеглова схватила туфли и босиком выбежала на улицу ловить такси. Машин, по ее словам, не было, и когда около нее остановилось такси, в нем оказался Боголюбов. Журналистка рассказывает, что он силой затолкал ее в машину и сказал, что довезет до дома. Она отказывалась сообщить ему адрес и просила оставить в покое. В итоге такси довезло ее до нужного района. До дома Алина шла сама.

В 2:40 Щеглова добралась до своей квартиры и сразу побежала в ванную. «Алина сидела вся в слезах, на полу валялось ее разорванное вечернее платье», — рассказывает муж Щегловой Иван Зыков, который ночью обнаружил ее в ванной. Когда он стал расспрашивать жену о том, что с ней случилось, она рассказала, что Михаил Боголюбов ее изнасиловал. «На это муж переспросил: „Миша Боголюбов? Что-то я не верю“», — рассказывает Щеглова. Когда жена рассказала мужу подробности произошедшего, Зыков поверил ей — и посоветовал обратиться в полицию.

В ту же ночь на 28 сентября Иван Зыков попытался связаться с Боголюбовым, но тот не ответил. Следующим утром Боголюбов сам позвонил Зыкову и сказал, что между ним и Щегловой ничего не было, а через полчаса перезвонил снова и сообщил, что «вспомнил, что кое-что было в эту ночь, но это все по обоюдному согласию».

Звонил Боголюбов и Алине, но она не брала трубку. Тогда он написал ей сообщение (скриншот есть в распоряжении «Медузы»): «Алина, я знаю, ты никогда не простишь меня, я никогда не прощу себе этого. Единственное, при всем этом я никогда не посмел бы унизить тебя просто от хотения. Не тот я. Неадекватное состояние не прощение, я понимаю. Но эта мерзость случилась… просто как ты ответила мне согласием на вот… это продолжение по пьяни. Лучше бы убила. Прошу только об одном, не ломать друг другу жизни продолжением. Я потерял друга, я потерял себя, уважение к себе самому. Со всей этой мерзотности. Это правда. Я полный и гнусный мудак, я знаю. И накажу я себя сам. Жестко».

Муж Щегловой Иван Зыков рассказал корреспонденту «Медузы», что Боголюбов «всегда был мягким и спокойным человеком». Среди коллег у него тоже была хорошая репутация. Матвей Николаев из «Новой новгородской газеты» рассказал, что в редакции Боголюбова журналисты собирались каждый год, и все «всегда проходило без происшествий».

Щеглова сомневалась, стоит ли предавать ситуацию огласке и обращаться в полицию. Тем не менее, в субботу 28 сентября она пошла в травмпункт, чтобы зафиксировать многочисленные синяки и ссадины по всему телу. Травмпункт не работал по выходным, поэтому зафиксировать побои удалось только в понедельник, 30-го. Врач, осматривавший ее, сообщил, что обязан заявить о случившемся в полицию. При этом гинекологическую экспертизу в травмпункте провести отказались, сообщив, что для этого необходима бумага из Следственного комитета.

Заявление в СК Щеглова написала 30 сентября. В Следственном комитете ей выдали направление на экспертизу, которая была проведена только 1 октября. Когда журналистка попросила у врачей документальное подтверждение того, что они провели экспертизу, ей отказали.

30 сентября Щеглова принесла в СК разорванное платье, пиджак и пальто, в которых была в ночь на 28 сентября. Однако следователь отказался принять вещи, сославшись на то, что «и так много вещей с убийств, и платье просто потеряется». Зато их принял другой следователь, который занялся этим делом — но уже 9 октября.

В СК по заявлению Щегловой об изнасиловании начали доследственную проверку. 14 октября следователи вызвали Щеглову для прохождения полиграфа; о результатах ей еще не сообщили. В качестве свидетелей опросили и других участников вечеринки. В частности, Анна Огороднийчук из издания «ВНовгороде.ру» рассказала «Медузе», что в ходе беседы с ней следователь «сильно исказил информацию о деле» и пытался доказать, что версия Щегловой об изнасиловании выглядит «неубедительной». «Я предполагаю, что, общаясь с остальными свидетелями, он поступал так же и пытался повлиять таким образом на общее мнение профессионального сообщества», — рассказала журналистка.

Щеглова еще раз подчеркивает, что изначально не планировала предавать случившееся с ней широкой огласке, «а просто хотела, чтобы человек получил справедливое наказание». Кроме того, журналистка боялась громко говорить об изнасиловании, потому что опасалась, что ее саму обвинят в клевете.

«К сожалению, у меня есть информация, что дело пытаются замять, — написала Щеглова в своем посте 13 октября (в котором еще не упоминался Боголюбов). — Почему? Насильник работает в муниципальной газете, имеющей непосредственное отношение к мэрии Великого Новгорода. Его жена — полковник полиции. И она настойчиво просила меня заявление забрать, она узнала фамилию следователя, который принимал у меня заявление, и бросила невзначай фразу про „я буду благодарна“».

Жена Михаила Боголюбова Алла Егорова — полковник полиции, заместитель начальника новгородского управления МВД по вопросам миграции. Алина Щеглова рассказала «Медузе», что Егорова позвонила ей 30 сентября и просила забрать заявление из СК. Позже она прислала сообщение, в котором, извинившись за «назойливость», уточнила, что Алине следует «написать заявление об отказе [от первоначального заявления] с минимальным объяснением». «Буду вам очень признательна, понимая Ваши страдания. Я ваш должник. Это серьезно», — написала Егорова (скриншот переписки есть в распоряжении «Медузы»).

Михаил Боголюбов и Алла Егорова отказались рассказать «Медузе», как ситуация выглядит с их стороны. На вопрос о том, просила ли она забрать Щеглову заявление из СК, Егорова ответила, что «не будет ничего говорить».

Заявление СК о начале проверки опубликовали 14 октября — на следующий день после того, как Алина Щеглова написала свой пост. Тогда же стало известно, что Михаил Боголюбов ушел в отпуск. В мэрии журналистам объяснили, что главред «будет догуливать оставшиеся в запасе дни ежегодного отпуска». 16 октября — к этому моменту о случившемся начали писать федеральные СМИ — Алину Щеглову вызвали в Следственный комитет и сообщили, что по ее обращению заведено уголовное дело по статье 132 УК (совершение насильственных действий сексуального характера).

Издание «Новгород.ру» 15 октября опубликовало заявление в поддержку Алины Щегловой. «У нас как и у нее есть опасения, что ситуация с заявлением, которое было подано в Следственный комитет, может в итоге закончиться ничем, — говорится в нем. — Мы будем защищать свою коллегу и намерены освещать ход следствия».

По словам Щегловой, после публикации поста многие коллеги и герои ее статей поддержали ее и заявили, что полностью на ее стороне, но есть и те, кто отговаривают ее и просят «забыть о случившемся», чтобы «не портить Боголюбову жизнь».

«Меня некоторые сейчас спрашивают, до какой степени я готова испортить жизнь этому человеку, — говорит журналистка. — Ни до какой не готова. Наказание закреплено в Уголовном кодексе. Человек совершил преступление, он изнасиловал меня. И неужели я должна об этом молчать?»

По словам Щегловой, ее удивляют люди, которые вступаются за Боголюбова. «Зачем?А если это снова случится, вы готовы нести за это ответственность?»

Ирина Кравцова, Великий Новгород