«Московское дело». Второй сезон

Следователи пришли за новыми участниками московской акции 27 июля. Суд согласился арестовать всех.

В начале недели ведомство Александра Бастрыкина сообщило о задержании пяти новых фигурантов «московского дела». Таким демаршем Следственный комитет продемонстрировал свое отношение к петициям, подписям, пикетам и общественности в целом, вступившейся за всех арестованных и даже уже осужденных по этому делу людей и требовавшей прекратить сфабрикованное дело о массовых беспорядках. Новых фигурантов обвиняют по той же статье — ч. 1 ст. 318 УК — «Применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти».

16 октября с самого утра и до позднего вечера Басманный суд отправлял «новичков» в СИЗО.

• Студент-отличник из МАИ Андрей Баршай.

• Организатор музыкальных фестивалей Егор Лесных.

• Отец трех несовершеннолетних детей Александр Мыльников (единственный, кого отправили под домашний арест).

• Инженер в лаборатории Максим Мартинцов.

• Сирота, на иждивении которого находится 74-летняя бабушка и 91-летняя прабабушка, Владимир Емельянов.

Емельянов просил передать ему за решетку «Трех товарищей» Ремарка.

Книгу не пропустили из-за подчеркнутой в ней фразы: «Пока человек не сдается, он сильнее своей судьбы». Это зашифрованное послание, сказали во ФСИН…

Именно Емельянова Басманный суд в лице небезызвестной Натальи Дударь первым отправил на два месяца в СИЗО. Емельянова обвиняют в том, что 27 июля он схватил росгвардейца за жилет и «потянул на себя». На видеозаписи из материалов дела видно, как Владимир пытается оттащить одного из росгвардейцев, когда бойцы дубинками избивают беззащитных протестующих. Однако, по версии следствия, 27 июля Емельянов, «участвуя в несогласованной с органами власти акции, <…> понимая, что одетые в форменное обмундирование сотрудники ГУ «Росгвардии» по Москве являются представителями власти и осуществляют свои должностные обязанности, <…> применил насилие в отношении полицейского бойца, <…> насильно схватив последнего сзади за форменное обмундирование, потянул на себя, лишая тем самым указанного представителя власти свободы передвижения и причиняя физическую боль».

Сам Емельянов заявил в суде, что не признает вину: «27 июля на пересечении улицы Театральной было применение спецсредств по отношению к людям. <…> Я взял на себя ответственность остановить незаконные действия со стороны сотрудников Росгвардии.

Своей вины в том, что пытался спасти человека, я не вижу. В моих поступках не было ничего преступного».

Владимиру 27 лет, он окончил Московскую финансово-промышленную академию, работает в магазине мерчендайзером. Сирота — живет с бабушкой и прабабушкой, которых обеспечивал финансово. Страдает астмой.

Адвокат Емельянова Григорий Червонный просил суд избрать своему подзащитному меру пресечения в виде домашнего ареста, учитывая обстоятельства, и допросить в качестве свидетеля бабушку Емельянова. Однако госпожа Дударь сочла это «нецелесообразным». Следователь поддержал судью: «То, что он помогает своим бабушкам [неизвестно], — мы проводили там обыск, ничего такого они не говорили». Судья также отказался допросить в качестве свидетеля главного редактора «Медиазоны» Сергея Смирнова, который предлагал внести за обвиняемого залог в виде 700 тысяч рублей.

Следом другая судья Валентина Левашова арестовала на два месяца 27-летнего Максима Мартинцова. Известно, что он родом из Брянска и работает инженером-лаборантом в Москве. По версии следствия, на акции 27 июля Мартинцов и другой фигурант дела Егор Лесных на улице Рождественка напали на сотрудника Росгвардии и повалили его на тротуар. Его вина подтверждается, говорил следователь Кравченко, совокупностью доказательств: показаниями свидетелей, видеоматериалами, оперативной информацией и другими данными.

Сам Максим также вину не признал и вместе со своей защитой попросил не заключать его под стражу, избрав либо домашний арест, либо подписку о невыезде. Следователь на это заявил, что обвиняемый может скрыться, оказать давление на свидетелей и помешать расследованию. Кроме того, обвиняемый, по его словам, «не обременен социально-полезными связями». «Обременяться полезными связями» судья Левашова отправила Мартинцова в СИЗО до 14 декабря. Важно отметить, что при задержании следователь настойчиво просил Максима признать вину. «Но мы этого не собираемся делать», — сообщил адвокат Михаил Игнатьев. Следователь промолчал.

Через полтора часа та же судья Левашова быстро решила судьбу следующего задержанного, 34-летнего Егора Лесных.

Лесных — уроженец города Волжский Волгоградской области, неофициально самозанятый, занимается ремонтом квартир. По версии следствия, на акции 27 июля он и двое других фигурантов, Максим Мартинцов и Александр Мыльников, напали на сотрудника Росгвардии. Помимо этого Лесных вменяют, что он ударил ногой еще одного силовика.

Огласив стандартный набор казенных фраз в пользу ареста, следователь заявил: «Обвиняемый зарекомендовал себя с отрицательной стороны, не женат, не имеет детей», — а вина Лесных, по версии следствия, подтверждается видеоматериалами и показаниями свидетелей. Однако ни показывать видео, ни вызывать свидетелей следователь не стал. Зато адвокат Эльдар Гароз рассказал, что вместо видеоролика в материалах дела имеются скриншоты, на которых «ничего не видно».

«Я пытался предотвратить избиение парня и девушки, они просили о помощи. Я просто потянул сотрудника Росгвардии, не мог просто так стоять. Никакого насилия к сотрудникам я не применял»,

— объяснил сам Лесных. Вину он не признал и просил избрать ему меру пресечения в виде домашнего ареста. Госпожа Левашова постановила: два месяца СИЗО.

Та же участь вскоре постигла и 21-летнего Андрея Баршая, студента 3-го курса Московского авиационного университета и преподавателя на общественных началах в физико-математической школе. Баршай был одним из подписантов открытого письма с требованием закрыть «московское дело». Судья Артур Карпов не нашел оснований для иной меры пресечения, чем содержание под стражей.

Баршай с 10 утра находился в конвойном помещении Басманного суда, однако заседание по его делу началось около 19.00 — уже после того, как с момента его задержания прошло 48 часов. Адвокаты молодого человека подчеркивали, что с этого момента его содержание под стражей незаконно, и Баршай должен быть освобожден.

По версии следствия, Баршай, находясь на улице Рождественка на акции 27 июля около шести часов вечера, умышленно «разбежался, сгруппировался, прижав руки к своему телу, и с разбега прыгнул на сержанта полиции Козлова», нанеся ему плечом удар в спину. Защита Баршая указывала на множественные нарушения в ходе следствия. Среди них, в частности, отсутствие до последнего момента в деле фамилии потерпевшего, но при этом указания на то, что он — «представитель власти». Кроме того, в протоколе допроса сотрудника полиции, который рассказал об ударе, нет никаких данных, которые позволили бы идентифицировать Баршая в качестве нападавшего.

Ранее Баршая оштрафовали на 15 тысяч рублей за участие в несогласованной акции 10 августа (ч. 5 ст. 20.2 КоАП). Его признали виновным в том, что он, «привлекая внимание граждан и средств массовой информации», не реагировал на требования сотрудников полиции о прекращении противоправной деятельности. 14 октября в Мосгорсуде должна была состояться апелляция по этому делу. В этот же день к Баршаю пришли с обыском и задержали его по подозрению в нападении на сотрудника полиции.

«Повезло» в этот день лишь отцу трех несовершеннолетних детей, 32-летнему Александру Мыльникову. Следствие во избежание скандалов не стало просить закрывать единственного кормильца семьи в СИЗО, а попросило о домашнем аресте.

По версии следствия, 27 июля во время несогласованной акции Мыльников вместе с Лесных и Мартинцовым повалили на землю росгвардейца, которого затем «стали бить ногами».

«Мыльников выражает явное неуважительное отношение к обществу, у следствия есть основания, что он попытается избежать уголовного преследования и может продолжить заниматься преступной деятельностью», — говорил в суде следователь и просил, чтобы во время домашнего ареста обвиняемому был назначен запрет на общение с определенным кругом лиц, отправку и получение корреспонденции и доступ к интернету.

«Нет оснований и доказательств, что мой подзащитный может как-то угрожать единственному свидетелю, сотруднику Росгвардии, и повлиять на следствие», — адвокат Татьяна Тятова просила, чтобы Мельникову избрали меру пресечения в виде запрета определенных действий, поскольку, отмечала она, если Мыльникова поместят под домашний арест, у его семьи не будет возможности и средств для существования. Он единственный, кто зарабатывал в семье, жена Мельникова не работает и занимается воспитанием детей.

Судья Левашова отправила Мыльникова под домашний арест на два месяца.

Татьяна Васильчук, Андрей Карев, Анастасия Тороп, Вера Челищева, «Новая».

P.S.

17 октября Мосгорсуд оставил в силе приговор первому осужденному по «московскому делу». 48-летний Евгений Коваленко, единственный кормилец своей престарелой матери, в ближайшее время отправится в колонию на 3,5 года за то, что пытался помешать избивать граждан на акции 27 июля. Подчеркнем: на видео, которое Мещанский суд положил в основу приговора, не видно, чтобы брошенная Коваленко мусорная урна коснулась сотрудника Росгвардии. Она пролетела мимо. Но суд постановил: боец все равно «потерпевший», хотя и не стал фиксировать «травму» в больнице.