Соратников Навального массово преследуют по всей стране. Мы выяснили, как с этим справляются в Новосибирске — в одном из самых успешных штабов политика

В октябре по всей России у оппозиционных активистов прошли обыски по делу ФБК — у оппозиционеров забирали телефоны и компьютеры, многие жаловались на блокировку банковских счетов и появление на них многомиллионных минусовых сумм. Обыски проходили в том числе у людей, никак не связанных с Фондом борьбы с коррупцией — достаточным основанием было сотрудничество или знакомство с Алексеем Навальным. В сентябре и октябре 2019 года полиция несколько раз приходила с обыском в штаб Навального в Новосибирске, а также домой к его сотрудникам. Штаб, появившийся в 2017 году, всего за два года стал в городе значимой политической силой, в сентябре его глава Сергей Бойко занял на выборах мэра Новосибирска второе место. Это лучший показатель команды с тех пор, как сам Навальный занял второе место на выборах мэра Москвы в 2013-м. Спецкор «Медузы» Андрей Перцев съездил в Новосибирск, чтобы узнать, как живет самая успешная оппозиционная команда в третьем по величине городе РФ.

Отпускной оппозиционер и министр правды

«Однажды к нам в штаб пришла бабушка, заявила, что у нее очень деликатный случай. Очень долго ходила вокруг да около. Наконец, решилась: ей нужно было заказать прослушку», — со смехом рассказывает сотрудница новосибирского штаба Алексея Навального Елена Носковец. Бабушка не верила штабистам, которые говорили, что прослушкой не занимаются — и убеждала их, что обратиться к надежным людям ей посоветовал хороший знакомый. Она уточнила, что «пришла к Сергею Бойко» — именно так зовут главу штаба Навального в Новосибирске. «Но директор областного ФСБ — тоже Сергей Бойко, — говорит Носковец. — Оказалось, что и шла бабушка на Коммунистическую [улицу, где находится здание ФСБ], а мы-то на Октябрьской!»

В новосибирской политике есть еще и третий Бойко — бизнесмен по имени Александр, который в 2017 году баллотировался в законодательное собрание региона. Но глава местного штаба Навального все равно смог стать в городе узнаваемым политиком. На сентябрьских выборах мэра он занял второе место, набрав 18% голосов.

Как Новосибирск выбирал мэра

Результат Сергея Бойко оказался лучше, чем у выдвиженцев парламентских партий —ЛДПР и «Справедливой России». Но выборы все равно выиграл действующий глава Новосибирска — коммунист Анатолий Локоть (53%). «Единая Россия» кандидата не выдвигала — считается, что по договоренности с КПРФ: в 2018 году коммунисты отказались выдвигать Локотя в противовес кандидату от власти Андрею Травникову на губернаторских выборах, взамен Кремль обещал КПРФ не выставлять конкурента «красному» мэру Новосибирска.

Второе место на выборах третьего по числу жителей города России можно считать лучшим избирательным результатом сторонников Навального за последние шесть лет (сам он в 2013 году занял второе место на выборах мэра Москвы, набрав 28% голосов). Бойко считает свой результат заслугой всего новосибирского штаба.

«Я интересовался политикой с детства», — говорит Сергей Бойко корреспонденту «Медузы», но сразу добавляет, что на первом месте для него долгое время была другая карьера: нынешний лидер оппозиции работал топ-менеджером в крупном по новосибирским меркам интернет-провайдере.

Поворотным моментом для Бойко оказалось убийство Бориса Немцова. «До этого коммерческая деятельность была основной, политикой и активизмом занимался в отпусках», — рассказывает Сергей Бойко (будучи «отпускным оппозиционером», он успел поучаствовать в кампании Навального 2013 года и съезде его партии «Народный альянс» — ради этого пришлось пожертвовать поездкой на Мальдивы).

Причина, по словам Бойко, была не только в убийстве Немцова. Бывший бизнесмен рассказывает, что в Новосибирске он «достиг потолка» — а то, как устроен крупный телекоммуникационный бизнес в Москве, ему совсем не нравилось. «Усилилось давление со стороны государства, оно стимулировало не конкуренцию, а укрупнение, — перечисляет Бойко. — Арабская весна, Болотная и Сахарова в Москве — и то, и другое дало власти понимание, что с интернетом надо что-то делать. Все дальнейшие властные инициативы в телекоме — это четкое следование по понятному пути, хотя и не все у власти получается».

Как раз в то время, когда Бойко решил сфокусироваться на политике, в Новосибирске стартовали избирательные кампании в законодательное собрание и горсовет. Новосибирское отделение «Народного альянса» Навального тогда возглавлял Андрей Гладченко.

«Это было странно. Жена Гладченко и жена тогдашнего губернатора Василия Юрченко дружили, — вспоминает в разговоре с „Медузой“ депутат новосибирского законодательного собрания от КПРФ Андрей Жирнов. — Есть такая байка: Юрченко сидел с Гладченко в бане и у главы области родилась идея — сделать приятеля министром правды, главой департамента по политике. Это совпало с маршами пенсионеров, которые выступали за возвращение оплаты проезда. Гладченко тогда активно душил тех, кто организовывал эти марши».

«Министром правды» Андрей Гладченко проработал недолго (с конца 2011 по середину 2012 года, всего 8 месяцев) — через несколько месяцев его уволили, и вскоре он возглавил местное отделение тогда еще не зарегистрированной партии Навального. Андрей Жирнов не исключает, Гладченко мог быть «засланным казачком, чтобы власти были в курсе, что делает несистемная оппозиция». При этом, по воспоминаниям коммуниста, серьезной активности сторонники Навального в те годы в городе не развивали. «Гладченко считался его [Навального] представителем, и все, — говорит Жирнов. — Пришел Бойко — началось движение».

Штаб родом из митингов

В 2015 году, когда Бойко начал всерьез заниматься политикой, оппозиция в нескольких крупных городах пыталась сформировать демократическую коалицию: представители разных партий договаривались и проводили праймериз в нескольких регионах для выдвижения кандидатов. В Калужской области идея закончилась провалом, в Новосибирской и Костромской праймериз состоялись. Бойко считает, что у оппозиционеров по всей стране «были надежды на [оппозиционно настроенный] Новосибирск, а не на Кострому».

Смотр кандидатов устроили в одном из популярных баров Новосибирска. «Выступали разные люди, было много фриков с зажигательными речами, — вспоминает одна из журналисток, освещавших праймериз (с тех пор она сменила работу и уехала из города, поэтому попросила об анонимности). — И тут на сцену выходит такой скромный мужичок, начинает серьезно о чем-то рассуждать. А теперь второе место на выборах мэра занял».

Новосибирская кампания 2015 года прогремела на всю страну: кандидатов от демократической коалиции не зарегистрировали, руководитель кампании демократической коалиции в Новосибирске Леонид Волков и несколько кандидатов, в числе которых был и Бойко, начали голодовку. По словам Бойко, именно тогда он подружился с Волковым: «Во время голодовки варианта два — либо подружишься с человеком навсегда, либо разойдешься врагами».

Многие участники и волонтеры той кампании через два года стали сотрудниками новосибирского штаба Навального, а Бойко по предложению Волкова возглавил штаб.

В 2017 году Алексей Навальный объявил о выдвижении в президенты и начал собирать подписи, необходимые для регистрации. Именно тогда начали открываться региональные штабы — в первую очередь, для организации сбора подписей.

В Новосибирске в то время бушевала очередная волна протестов: люди были недовольны повышением тарифов ЖКХ, выходили на митинги, а Бойко заседал в оргкомитете протестных акций. «Тарифы ЖКХ — это вопрос общий для города, он объединил самых разных активистов, они показали способность объединяться, — говорит он. — Мы же не только политикой занимаемся. Один из митингов был в —32 на диком ветру, я там костяшки себе отморозил, собирать кубы при такой температуре — это что-то». Явка тогда была сравнительно небольшой — 300 человек, но с поправкой на мороз, ветер и дальний путь от метро к набережной, где мэрия согласовала акцию, такое число людей выглядело внушительным.

Самый многочисленный митинг, посвященный тарифам, собрал 19 марта 2017 года три тысячи человек и прошел при участии Алексея Навального. Его появление поначалу внесло в ряды участников раскол — как рассказывает новосибирский политолог Алексей Мазур, многие сочли, что после того, как протест поддержал несистемный оппозиционер, власть на уступки точно не пойдет. Но вышло иначе. «В итоге мы их добили, тарифы понизили», — с гордостью говорит Бойко.

Сейчас в штабе Навального в Новосибирске работают шесть человек — большинство присоединились к организации по приглашению Сергея Бойко в 2017 году. Елена Носковец познакомилась с Бойко еще в 2015-м, поэтому его предложение «посотрудничать в новой структуре» она сочла вполне логичным. К тому же в 2017 году на ее основной работе в крупной компании (название Елена не называет) начались сокращения. «Я когда-то даже Путина поддерживала, хотя никогда за него не голосовала, — рассказывает Носковец. — Помню, мне показывали какие-то видео с Навальным, мне не нравилось. А потом начала думать».

Студентки Кристина Жданова и Полина Голобокова дружили и пришли в штаб вместе. Кирилл Левченко придерживался оппозиционных убеждений и тоже был знаком с Бойко. Он работал в новосибирском филиале банка ВТБ. В 2017 году там тоже начинались сокращения, Левченко стали ставить на вид содействие несистемной оппозиции и в конце года уволили за «недопустимые действия». Сергея Бойко тогда позвали в Москву на пост координатора столичного штаба Навального, и Левченко поехал с ним — а на родину вернулся уже в качестве сотрудника новосибирского штаба.

Адвокат Анджелика Чернявская присоединилась к команде в июне 2019 года. «Проходило шествие, и ребята запустили коптер, им понадобилась юридическая помощь, — рассказывает она. — Потом помощь стала требоваться постоянно — в штаб постоянно приходили с „осмотрами“. Формально это не были обыски».

Впрочем, первое время штабу работалось относительно спокойно. Самым громким событием стало изъятие газеты в поддержку Навального — и то часть тиража удалось спасти. По словам сотрудников штаба, местные силовики не усердствуют в борьбе с оппозицией: и история с газетой в 2017 году, и обыски по делу ФБК в 2019-м проходили в рамках общероссийских кампаний — «по указке сверху».

Социальная нагрузка

По словам Елены Носковец, в помещении штаба каждый день кто-то есть: люди приходят к оппозиционерам постоянно: «Многие думают, что мы какая-то партия, поэтому должны помогать. Большинство граждан вообще не очень-то отличают общественников от политиков, политиков от депутатов, депутатов от чиновников».

По вторникам прием ведет Сергей Бойко — хотя далеко не всех посетителей интересует именно он. Утром в штаб заглядывает молодой человек, который представляется Николаем. Он рассказывает Елене и Полине, что один из местных заводов по разделке металлолома перешел, по его информации, под контроль к родственнику мэра Анатолия Локотя. «Я в логистике работаю, в том числе и перевозкой металла занимаемся. Люди из этой сферы мне и рассказали. Там прежние владельцы старались, в одном из цехов фактически новый современный завод открыли, но удержать фирму не смогли», — объясняет он. Елена обещает разобраться и, возможно, выпустить расследование (в мэрии города «Медузе» опровергли существование такого родственника).

Пара пенсионеров из Академгородка приходит с более насущной проблемой. Они подозревают, что управляющая компания начисляет им завышенные тарифы. Пожилые люди признаются, что обращались и к местному депутату горсовета, и в мэрию, и в прокуратуру. Пенсионеры считают, что получили в ответ отписки. Изучать документы берется айтишник Кирилл Левченко, вскоре он зовет на помощь штабного юриста Анджелику. Она объясняет пришедшим, что ответы чиновников и депутатов составлены верно — пенсионеры в своих письмах перечисляют слишком много проблем. «Давайте зададим один предельно конкретный вопрос и направим его в мэрию, депутатам, в прокуратуру», — предлагает Кирилл.

Бойко тем временем слушает другую посетительницу — у нее имущественный спор по поводу гаража. Это обычный день работы новосибирского штаба. Помимо этой общественной нагрузки сотрудники выпускают расследования и проводят прямые эфиры. Ответственным за расследования считается Кирилл Левченко, но сам он руководящую роль отрицает. «У нас все расследованиями занимаются. Вот Елена нашла в госзакупках информацию по автомобилям областного правительства, мы выпустили расследование», — говорит Левченко.

Он объясняет, что темы расследований в первую очередь местные, новосибирские. «Тему стараемся брать злободневную: идет пенсионная реформа — занимаемся директором областного пенсионного фонда. У нас начались обыски — показываем, как живет начальник местной Росгвардии. Источники используем только открытые: госзакупки, сайты судов, соцсети».

Если не знать, что к сторонникам Навального регулярно приходят силовики, то после дня, проведенного с новосибирскими оппозиционерами и не скажешь, что у них есть какие-то проблемы.

«Обходите Навального стороной»

Нынешние обыски проводились в две волны. 12 сентября 2019 года полицейские и следователи пришли в само помещение штаба. Анджелика Чернявская появилась в тот день на работе пораньше — она готовила к сдаче в избирком финансовый отчет кандидата в мэры Сергея Бойко.

«В 10 утра в дверь стали стучать, и я сразу поняла, что что-то не так, стук был очень громким, — рассказывает юрист. — Видеоглазок домофона был заклеен. Мне кажется, [силовики] так делают зря — ведь я не могу понять, кто там снаружи. Я просила предъявить постановление о производстве обыска, оно у них, как потом выяснилось, было, но мне его не показывали. Дверь сломали, выворотили оборудование. Вошли сначала люди в масках, а потом следователь, который и предъявил постановление об обыске. Все они были достаточно бесцеремонными — трогать чужие вещи без спроса для них нормально», — заявляет юристка.

Чтобы журналисты не снимали происходящее через окна (штаб находится на первом этаже), полицейские завесили их пледами, которые нашлись в помещении. Всю технику, которая была в штабе (в том числе личные ноутбуки), следователи изъяли. По словам Елены, недостаток быстро восполнился. «Люди принесли нам и ноутбуки, и телефоны. Причем многих жертвователей мы в штабе до того никогда не видели», — удивляется Елена.

В тот же день и в то же время с обысками пришли в квартиры к Сергею Бойко, его жене Кристине и брату Вадиму, а также к сотруднице штаба Полине Голобоковой. Бойко тогда вывез из квартиры на дроне жесткие диски с информацией штаба. «Эвакуацию» жестких дисков Бойко снял на видео и выложил в Сеть.

Вторая волна обысков затронула Кирилла Левченко — к нему силовики приходили два раза: 15 октября, когда соратников Навального обыскивали по всей стране, активиста не было дома; 16 октября стук в дверь раздался рано утром. «Я открыл двери — сотрудник МВД рассказал, что следователь из СК еще не приехал, стоит в пробке, поэтому он подождет. Я предложил чай, но полицейский все равно ждал следователя внизу. Все было достаточно вежливо, тактично. Меня попросили сначала отдать все, что, по моему мнению, может иметь отношению к делу ФБК, а потом давай обыскивать. Забрали телефон, все флешки, в том числе, из фотоаппарата и видеокамеры, которыми сейчас в основном пользуется ребенок. Ноутбук забрали еще во время обыска в штабе», — перечисляет Левченко.

Все сотрудники штаба возмущаются, что у них проводят обыски и изымают технику по делу Фонда борьбы с коррупцией, хотя штаб к ФБК никакого отношения не имеет. «Мы иногда выпускаем расследования, но этим и СМИ занимаются», — говорит Кирилл Левченко.

Из всего штаба обыски не затронули только Елену Носковец — и она даже недоумевает, почему так вышло. «Но все равно — когда выходишь, то смотришь в глазок: не пришли ли за тобой, — вздыхает она. — Смотришь во двор — нет ли там каких подозрительных машин».

По словам Кирилла Левченко, менять образ жизни из-за постоянного внимания силовиков он не стал, но «неприятное ощущение тревоги есть теперь всегда», а главное — он начал бояться за своих родных.

«В день, когда меня не застали дома, силовики звонили отцу, они же откуда-то знали, что мой ребенок в этот день домой не поехал. Если звонишь родственнику, а он 20 минут не берет трубку — уже начинаешь беспокоиться», — рассказывает активист. Левченко уверен, что обыски в штабах Навального проводят, чтобы «подействовать на людей»: «Не связывайтесь, обходите Навального стороной, это часто работает».

Действовать может и изъятие техники. Активисты до сих пор не получили обратно свои телефоны и ноутбуки. «Мне сказали позвонить через неделю после обыска. Я позвонила следователю в назначенный срок, она ответила, что рада бы все отдать, вещи только место зря занимают, но этим распоряжаются наверху», — объясняет Полина Голобокова. Сейчас она пользуется старым телефоном сестры и работает на ноутбуке, который пожертвовали штабу.

Региональная специфика

Сергей Бойко замечает, до выборов мэра обысков в штабе не проводилось: «Они понимали, что обыски могут увеличить мой результат на несколько процентов».

Бойко — один из немногих сторонников Навального, который вообще получил регистрацию на выборах, а второе место можно считать серьезным успехом. Из-за дела ФБК, блокировки счетов и обысков центральный штаб Навального не мог оказать серьезную помощь новосибирцам. Кроме того, в Москве шли протесты по поводу отказов в регистрации на выборах кандидатам в Мосгордуму — сотрудников и активистов штаба Навального арестовывали за участие в акциях.

Для регистрации кандидатом в мэры Сергею Бойко нужно было собрать около шести тысяч подписей — примерно столько же, сколько кандидатам в Мосгордуму. «Но сбор здесь и в столице — это разные задачи, — говорит он. — В Москве надо собрать подписи 3% от прописанных в округе, многие живут не по прописке, людей часто нет дома — столичная жизнь активнее. Здесь же нужно собрать полпроцента от избирателей всего города».

Бойко объясняет, что искать избирателей не приходилось — они сами приходили в штаб и к кубам. Чтобы подписи было труднее забраковать, пришедшие записывали короткие ролики, в которых подтверждали свои паспортные данные.

Кроме того, решение о регистрации на муниципальных выборах в Новосибирске принималось на три недели позже соответствующего решения по региональным выборам в Москве — к этому времени власть могла убедиться, чем чреваты отказы оппозиционным кандидатам. Сергей Бойко признается, что готов был «регистрироваться через противостояние» и заранее согласовал акции протеста на несколько недель после дня регистрации. «Решение о регистрации принималось 23 июля, 20 июля в Москве был очень крупный митинг. Местные [власти] понимали, что отказать по-тихому не получится», — считает он.

Собеседник «Медузы» в мэрии Новосибирска уверяет, что в городской администрации были изначально не против участия Бойко в выборах градоначальника. Регистрацию в общей сложности получили 15 кандидатов, все они дробили протестный электорат: мэру Анатолию Локотю это было выгодно. Однако итоговое решение по регистрации сторонника Навального было за администрацией президента: там долго размышляли, но в конце концов пропустили оппозиционера на выборы.

По словам Алексея Мазура, в случае отказа в регистрации Бойко, на выборах бы заработала стратегия «Умного голосования»: Навальный и его штаб стали бы агитировать за кого-то из конкурентов Локотя, у мэра могли бы появиться проблемы: «Новосибирская стратегия с регистрацией кандидата оказалась для власти успешнее московской».

Второе место Бойко было для региональных и городских властей достаточно неожиданным, но общие итоги выборов устроили всех. Сам глава штаба Навального полагает, что мог бы получить и лучший результат — кампании не хватало финансирования (Бойко потратил на кампанию всего около трех миллионов рублей). По его словам, бизнесменам, которые были изначально готовы поддержать оппозиционного кандидата, недвусмысленно намекали в областном правительстве. Были трудности и с размещением агитации: штаб закупил рекламу на нескольких ЖК-экранах, но в рекламной компании вдруг заявили, что техника сломалась, и вернули деньги.

Зато на руку Бойко, по его словам, сыграли «новосибирские нравы». «Наш город с точки зрения политической, общественной и гражданской активности во многом свободнее Москвы, — уверен оппозиционер. — Проблемы отношений власти и общества возникают, когда есть указание сверху, столичное давление — это было, например, в 2015 году, инициатива обысков идет сверху. У нас все легче движется, загорается. Нельзя сказать, что все это [активность граждан, высокий результат кандидата оппозиции] только заслуга штаба, это специфика региона, хотя мы пытаемся это стимулировать и поддерживать».

45 тысяч голосов против волчар

Задел, полученный на выборах мэра, в штабе Навального планируют использовать в кампании в областное законодательное собрание и городской совет Новосибирска в 2020 году. Сосредоточиться хотят на горсовете — для регистрации на этих выборах нужно собрать меньше 200 подписей (точное число отличается от округа к округу). По мнению Сергея Бойко, «если кандидат не смог собрать такого количества подписей, то ему и выдвигаться не надо».

К услугам партий штаб Навального прибегать не планирует. «Может, какие-то партии и не прочь получить в свой актив людей, голосовавших за меня, но я сам не хочу, — объясняет Бойко. — Нет в России такой зарегистрированной партии, к которой я бы хотел присоединиться». Сам он тоже, скорее всего, будет выдвигаться в городской совет — на эти выборы идти можно с программой, оставшейся с выборов мэра, хотя реализовать ее в горсовете будет сложнее.

Пока штаб Навального планирует рассказывать горожанам, что такое горсовет, чем он ведает и почему выборы в него важны. Параллельно начнется отбор кандидатов.

Депутат-коммунист Андрей Жирнов скептически рассматривает перспективы сторонника Навального на выборах. «Не уверен, что потенциал Бойко [показанный на выборах мэра] облегчит ему ситуацию с выборами в горсовет. Там главный вопрос, который люди сразу задают: а что вы нам сделали? Это очень утилитарный подход: сделайте нам скамейки, то, се, пятое-десятое, — рассуждает он. — Горожан не волнует, за какой счет — бюджетный или личный. Тут оппозиционного пафоса мало. 18% в городе — мало для победы в округе».

Источник в мэрии говорит, что в округах «такие волчары [депутаты] сидят, что так просто никого не пустят». «Да, они побеждают на низкой явке, но работают с людьми, ходят на встречи, работают ногами, тратят деньги», — говорит чиновник. Какую-то возможность для самого Бойко он видит в увеличении числа депутатов по одномандатным округам с 40 до 50 и перенарезке округов — такие идеи есть у областной власти.

Новосибирский политолог Алексей Мазур считает, что 45 тысяч голосов, полученных Бойко, могут стать достаточно серьезным ресурсом на выборах в горсовет. «Это примерно тысяча голосов в каждом округе, а для победы там достаточно двух тысяч голосов, — объясняет эксперт. — Возможно ли увеличить эту базу в два раза — вот это главный вопрос».

По мнению Мазура, если удачно выбрать округ, оппозиционер получит шансы на победу. На руку ему может сыграть и борьба между КПРФ и единороссами, которая неизбежно разгорится на городских выборах. Мэр Анатолий Локоть — коммунист, ему хотелось бы получить больше однопартийцев в составе горсовета, единороссы полностью сдавать город «красным» не хотят. «[Для оппозиции] лучше, когда борются две партии власти — они дробят провластный электорат, делят админресурс, — полагает Алексей Мазур. — Кроме того, раньше главной оппозиционной силой в городе была КПРФ, но после договоренностей с единороссами коммунисты этот статус теряют, а штаб Навального может звание главных оппозиционеров, наоборот, получить».

Автор: Андрей Перцев, Новосибирск

Редактор: Константин Бенюмов