"Кошмарное ужесточение сроков". Почему преследуют мусульман в России

15 лет назад, в ноябре 2004 года, Московский городской суд приговорил к 8 годам лишения свободы гражданина Узбекистана Юсупа Касымахунова, а его супругу Анну Дроздовскую к 4,5 годам заключения. Их семимесячного ребенка отправили в детдом. Так в России началась история преследования мусульман за принадлежность к религиозно-политической организации, иногда называемой партией, "Хизб ут-Тахрир". Запрет на ее деятельность действует в Германии; в Великобритании, напротив, организация имеет много сторонников, и в этой стране публикуется много литературы, которую впоследствии отправляют в другие страны мира. В Казахстане, Узбекистане и ряде мусульманских государств "Хизб ут-Тахрир" считается экстремистской, а террористической она признана в единственной стране мира – России.

За годы, истекшие с момента первого судебного решения, по той же статье, что был осужден Юсуп Касымахунов и его супруга, преследования коснулись, по неполным данным, 301 человека, 197 из них отбывают наказание (относительно точная статистика дел ведется правозащитниками с середины 2012 года, поэтому точные цифры могут быть выше). Поскольку с точки зрения российского законодательства речь идет о террористической организации, большинство осужденных получают крайне высокие тюремные сроки – свыше 10 лет лишения свободы. К примеру, крымского татарина и отца семерых детей Энвера Мамутова, признанного политзаключенным Правозащитным центром "Мемориал", приговорили к почти 17 годам лишения свободы и полутора годам поселения. В последние годы СМИ чаще упоминают дела о причастности к запрещенной "Хизб ут-Тахрир" в Крыму, где организация с середины 1990-х вела свою деятельность свободно и открыто и где до аннексии полуострова Россией, несмотря на это, не произошло ни одного террористического акта или какого-либо другого насильственного преступления, к которому имела бы отношение "Хизб ут-Тахрир". В то же время и на территории России нет информации о том, чтобы к каким-либо террористическим актам или экстремистским преступлениям имели отношение члены "Хизб ут-Тахрир". При этом на днях завершилось рассмотрение апелляции по одному из дел организации в Уфе: все 12 осужденных признаны политзаключенными Правозащитным центром "Мемориал", а две трети осужденных в России за участие в "Хизб ут-Тахрир" – это не крымчане.

Максимальный приговор, который был вынесен, – 24 года лишения свободы. Это произошло в Башкортостане

– Мы недавно опубликовали обновленные списки, – рассказывает Виталий Пономарев из Правозащитного центра "Мемориал". – Крымские дела – это, конечно, важная часть от общей массы таких дел, но дел в Поволжье, я думаю, больше, чем в Крыму, не считая других регионов России. Речь идет о сотнях тех, кто уже находится в заключении, и еще десятках тех, кто ждет суда или решения по апелляции. Вообще российская практика в отношении обвиняемых по таким делам менялась неоднократно. Не считая первых лет, 2004–2005 годов, долгое время существовала практика, когда осуждали по статье 282.2 "Организация деятельности экстремистской организации, запрещенной решением суда". Тогда в основном были мягкие приговоры: если первая судимость – часто назначали штраф или условное наказание. Поэтому это даже не вызывало в обществе большого резонанса. Ситуация стала меняться в 2012 году. Добавилась практика, когда стали обвинять не только в участии в запрещенной организации, но и в подготовке заговора с целью свержения конституционного строя в России. Это обвинение добавляется в некоторых случаях и сейчас. Далее, примерно пять лет назад в Уголовный кодекс добавили новую статью с формулировкой "участие в организации, запрещенной как террористическая". Произошло кошмарное ужесточение сроков наказания. Сейчас по делам о "Хизб ут-Тахрир" законодательство допускает наказание вплоть до пожизненного лишения свободы для человека, признанного руководителем даже небольшой группы из нескольких человек, который проводил учебные занятия по литературе "Хизб ут-Тахрир". На практике максимальный приговор, который был вынесен, – 24 года лишения свободы. Это было в Башкортостане в прошлом году, апелляция по этому делу еще не рассматривалась. Репрессии приняли такой масштаб, что из-за очень жестких приговоров возникло движение родителей и родственников осужденных. Наиболее активны они в Поволжье, потому что именно там репрессии имеют наибольший масштаб. И власти впервые в этом году отреагировали на наличие этой проблемы. В связи с потоком жалоб была создана рабочая группа при уполномоченном по правам человека РФ. Но мне кажется, пока ее работа была не очень эффективной. Хотя само по себе создание такой группы стало первым признанием проблемы со стороны властей.

Айше Ниметуллаева уехала из Крыма в 2014 году, так как она и ее муж являются членами движения "Хизб ут-Тахрир", действующего на территории Украины совершенно свободно до сих пор: "Гонений тогда еще не было, но у нас было понимание того, что репрессии рано или поздно начнутся. И сейчас ясно, что наше понимание, к сожалению, подтвердилось..." По ее словам, она с тех пор не возвращалась в Крым, но общение с родственниками продолжается: "Мы созваниваемся, делимся событиями в наших жизнях, поддерживаем друг друга. Однако в общении с близкими, которые продолжают жить на полуострове, стараемся не обсуждать все, что связано с "Хизб ут-Тахрир". Естественно, сложно быть вдали от родителей. Больно видеть грустные глаза мамы при видеозвонках. Сложно порой объяснить детям причину разлуки с их любимыми бабушками. Да и вообще сложно было еще тогда, в 2014-м, выехать в незнакомое место с детьми на руках, с сумками, в которых лишь самое необходимое, и начать жизнь с нуля..."

Ниметуллаева приняла решение покинуть Крым вместе с мужем, хотя изначально они обсуждали, что он сначала найдет работу, а потом перевезет семью: "На тот момент по всей Украине работали десятки благотворительных и волонтерских организаций по оказанию помощи в обустройстве и трудоустройстве переселенцев из Крыма. Ехали мы несколькими семьями и воспользовались услугами горячих линий". По словам Ниметуллаевой, вся ее деятельность в "Хизб ут-Тахрир" в Крыму и сейчас в Украине сводилась к тому, что она ходила на уроки в мечеть, принимала участие в женских семинарах и чаепитиях, а также выступала с докладами на тему воспитания детей и семейных отношений на нескольких женских исламских конференциях, которые в Крыму проводили до аннексии.

Бегство из Крыма членов "Хизб ут-Тахрир" сразу после событий 2014 года было вынужденным, хотя, конечно, не всем удалось выехать и многие на полуострове остались. Сейчас в Крыму в рамках нескольких дел за связи с мусульманской религиозно-политической организацией преследуются приблизительно 70 человек.

Основанием для всех этих дел является решение Верховного суда России от 14 февраля 2003 года о признании сразу нескольких мусульманских организаций террористическими. В списке есть, например, радикальное движение "Талибан", признанное террористической организацией Советом Безопасности ООН, а есть и "Братья-мусульмане": после того, как эта организация на некоторое время пришла к власти в Египте, она стала официальной стороной в переговорах, которые вела российская дипломатия. После победы в июне 2012 года на президентских выборах в Египте Мухаммеда Мурси министр иностранных дел Сергей Лавров заявлял, что нахождение в российском списке террористических организаций не мешает России сотрудничать с партией "Братья-мусульмане", а решение Верховного суда связано с "конкретными преступлениями, совершенными лицами, выступавшими от имени "Братьев-мусульман". При этом в судебном решении внесение "Братьев-мусульман" в список террористических организаций обосновывается тем, что ее "цель – устранение неисламских правительств и установление исламского правления во всемирном масштабе путем воссоздания "Великого исламского халифата" первоначально в регионах с преимущественно мусульманским населением, включая Россию и страны СНГ". То же обоснование, слово в слово, содержится в той части решения суда, которая касается "Партии исламского освобождения" – "Хизб ут Тахрир".

– Мы считаем решение Верховного суда России необоснованным хотя бы в силу того, что в нем отсутствует какая-либо аргументация, позволяющая утверждать или даже предполагать, что эта организация ведет какую-то террористическую деятельность, – рассказывает Виталий Пономарев. – В судебном решении, в частности, эта организация упоминается в трех коротких абзацах: в одном из них говорится, что она стремится к установлению всемирного исламского государства, во втором – что она ведет активную пропаганду и в третьем – что она запрещена в Узбекистане и некоторых арабских странах. Ни одно из этих утверждений само по себе не дает оснований считать участниками террористической структуры последователей этой организации. Здесь не указан ни один из признаков террористической деятельности, содержащийся в законах Российской Федерации. Далее, когда Верховный суд принимал решение, процесс проходил в закрытом порядке, невозможно было представить какие-то контрдоводы, альтернативную аргументацию, отсутствовали эксперты по теме, и что еще более существенно, до сих пор отсутствует возможность обжалования этого необоснованного судебного решения. Поэтому мы считаем, что здесь грубо нарушены права лиц, подвергающихся преследованию по соответствующим статьям УК, они лишены ключевых прав, предусмотренных и международными обязательствами России, и внутренним законодательством. И, конечно, это имеет политические мотивы. Поэтому мы считаем, что осужденные по делам о причастности к "Хизб ут-Тахрир" являются политическими заключенными.

– Почему Россия признала "Хизб ут-Тахрир" именно террористической организацией? В других странах, где эта организация запрещена, она признана скорее фундаменталистской, но именно террористической – такая формулировка звучит только в России.

– Мы не знаем причин. В 2003 году, когда принималось решение Верховным судом, на территории России не было ни одного уголовного дела в отношении членов "Хизб ут-Тахрир", не было ни одного факта их причастности к какой-то террористической или даже антигосударственной деятельности в России. Можно лишь предполагать, ведь на тот момент существовала другая проблема – в 2011 году начались массовые аресты членов этой организации в Узбекистане, и многие уезжали оттуда в Россию. Возникали запросы на экстрадицию, что вызывало большой резонанс в прессе, среди общественности: как мы можем за мирное выражение религиозных взглядов возвращать человека в страну, где он будет подвергнут пыткам, несправедливому осуждению? Мне кажется, на тот момент включение "Хизб ут-Тахрир" в список террористических организаций было политической уступкой Узбекистану, чтобы оправдать выдачу граждан этой страны. Внутри России в то время это не представляло какой-либо проблемы. А потом уже заработал механизм антиэкстремистского законодательства, появились специальные подразделения, которые отчитываются в том числе о выявленных экстремистах, им увеличивают штаты, увеличивают бюджеты, им надо повсюду находить экстремистов и террористов, и вот этот маховик стал раскручиваться, – считает Виталий Пономарев.

В разных странах Европы и Азии отношение к организации "Хизб ут-Тахрир" неодинаковое. В Узбекистане, как это ни парадоксально, нет официального запрета организации, хотя известно, согласно данным доклада Amnesty International от 2011 года, что ее сторонников арестовывали и держали без суда и следствия длительное время в заточении за "посягательство на строй" и распространение материалов. Как и сейчас в России, преследования были связаны в том числе с критикой репрессивных действий властей. В Узбекистане речь шла о критике политики президента Ислама Каримова, когда он находился у власти. Деятельность "Хизб ут-Тахрир" ограничена также, например, в Германии, но там речь не идет о терроризме, а о запрете на деятельность. При этом немецкие суды не преследуют членов организации за то, что они придерживаются тех или иных взглядов. В других странах Европейского союза организация "Хизб ут-Тахрир" действует свободно. Нет ее и в списке террористических организаций Госдепартамента США.

"Хизб ут-Тахрир" была основана как религиозно-политическая организация в 1953 году в Иерусалиме исламским богословом Такиюддином ан-Набхани. В основе ее идеологии лежит стремление к созданию всемирного исламского Халифата: есть пророчества, зафиксированные в хадисах (это общепринятые канонические источники) относительно восстановления Халифата после периода тирании. С другой стороны, есть чисто теологические споры о том, когда и как он возникнет. То есть идея возрождения Халифата присутствует в каноническом исламе, но в условиях распада колониальной системы в 1950-60-е годы она получила политическую актуальность.

Начиная с середины 1990-х, организация действует в Украине. Больше всего его деятельность была заметна в Крыму, в силу компактного проживания мусульман. Но более чем за 20 лет до аннексии Крыма не было ни одного уголовного дела, возбужденного в отношении сторонников движения. Периодически, начиная с середины 2000-х годов, в преддверии парламентских или президентских выборов некоторые украинские политики начинали говорить о существовании исламского экстремизма в Крыму в среде крымских татар. Запрета на деятельность организации не последовало. Члены "Хизб ут-Тахрир" выступали по телевидению, проводили митинги, шествия, уроки в мечетях. Это были, например, демонстрации против политики Башара Асада, в защиту пророка Мухаммеда, когда поднялась очередная волна оскорблений в его адрес. В Крыму даже состоялся международный форум "Хизб ут-Тахрир", на который приезжали представители из Великобритании, Турции и арабских стран.

– Наша деятельность всегда была открытой в силу отсутствия преследования и репрессий со стороны украинского государства. Всем было известно до 2014 года, что такое "Хизб ут-Тахрир" и кто ее представители. Наша деятельность в Украине не поменялась, это ненасильственная деятельность. Мы общеизвестны и в мировом масштабе, и в Крыму, и в Украине. Мы не используем насилие, не финансируем и не содержим вооруженные группы. Это обычное общение, встречи с мусульманами, распространение наших взглядов. Конечно, сейчас мы не проводим какие-то масштабные мероприятия, как это было в Крыму, но это в большей степени вопрос возможностей, – рассказывает крымчанин Фазыл Амзаев.

Амзаев до аннексии Крыма жил в Бахчисарае, но практически сразу после событий 2014 года переехал во Львовскую область: "Люди на Западной Украине и тогда, и сейчас относятся с пониманием, они очень помогали тем, кто переселялся из Крыма: морально, финансово, домашней утварью. Это происходит по сей день", – говорит он. Против Амзаева в России возбуждено уголовное дело за то, что он публично выступает от имени "Хизб ут-Тахрир". По его словам, он считается российскими властями гражданином России, так как у него на момент аннексии была крымская регистрация (такой точки зрения придерживается российское правосудие в отношении многих уже осужденных крымчан, например, режиссера Олега Сенцова). По словам Амзаева, его родители остались в Крыму, к ним уже два раза приходили силовики, расспрашивали, где находится сын, но так происходит с родственниками многих уехавших на материковую часть Украины крымчан. "Каждый раз, когда начинается новый виток репрессий, из Крыма начинают убегать люди, но многие потом возвращаются, – говорит он. – "Хизб ут-Тахрир" до аннексии была массовым явлением в Крыму, и, несмотря на то что российские власти говорят, будто большинство членов "Хизб ут-Тахрир" выехали, само наличие уголовных дел и количество фигурантов этих уголовных дел свидетельствует об обратном".

– Целью "Хизб ут-Тахрир" является возобновление исламского образа жизни путем восстановления исламской формы правления. В немусульманских странах – в Европе, Украине, России – естественно, принятие обществом ислама и возвращение мусульманского государства в обозримом будущем видится недостижимым, поэтому "Хизб ут-Тахрир" в немусульманских странах ограничивает свою деятельность исключительно на просветительскую. Это работа с мусульманами и немусульманами – на данный момент, это развенчивание стереотипов об исламе. Соответственно, в Украине "Хизб ут-Тахрир" не борется за власть, не пытается изменить общество, государственный строй, отделить какую-либо часть территории от украинского государства. Мы не ставим себе за цель формирование какой-либо политической силы, влияние на то, что происходит в обществе, – говорит Фазыл Амзаев.

В то же время в одном из докладов лондонского Центра социальных связей говорится, что идеология "Хизб ут-Тахрир" предусматривает три этапа развития: первый – поиск сторонников, второй – презентация обществу идей движения и работа в направлении создания исламистского государства и третий – формирование исламистского правительства и расширение его деятельности для объединения всех стран с преобладающим мусульманским населением в единое государство. Эта третья стадия, согласно изученным письменным источникам движения, предполагает вооруженную борьбу, которая в том числе будет направлена против имущества и жизней немусульман. Сейчас, как пишут авторы доклада, "Хизб ут-Тахрир" находится на втором этапе, и непонятно, когда перейдет к этапу третьему и произойдет ли это вообще. При этом лидеры движения в отдельных арабских странах ранее делали заявления, отрицая существование государства Израиль из-за того, что он "оккупирует исламские территории".

Суды переписывают выводы подконтрольных ФСБ экспертов без попытки анализа содержания этих экспертиз

– Дело в том, что если бы последователи этой организации в России вели деятельность, связанную с разжиганием межрелигиозной или межконфессиональной вражды, с разжиганием ненависти к каким-то этническим группам, то эти действия легли бы в основу обвинения десятков уголовных дел, – рассказывает Виталий Пономарев. – А те дела, которые сейчас есть, квалифицируются по иным статьям УК. То, что такие статьи им не предъявляются, свидетельствует, что у следственных органов применительно к российской территории отсутствуют какие-либо данные, доказывающие, что последователи этой структуры ведут деятельность, связанную с разжиганием религиозной или межэтнической вражды. В реальности мы видим, что по тем законам, которые действовали [в России] до принятия пакета антитеррористических поправок, надо было доказывать: если, скажем, людей обвиняли в антиконституционной деятельности – что они ее вели, проводили собрания, что-то планировали; если их обвиняли в захвате власти или подготовке к захвату власти – что подозреваемые это обсуждали, запасали оружие, строили какие-то планы… Сейчас все доказывается исключительно на основе крайне сомнительных гуманитарных экспертиз – часто экспертиз на основе теоретической литературы, написанной во времена Советского Союза. Суды просто переписывают выводы подконтрольных ФСБ экспертов без попытки анализа содержания этих экспертиз и при отсутствии невозможности предоставить какие-то критические доводы. То есть фактически права обвиняемых в рамках этих процессов крайне ограничены. В основу приговоров ложатся в том числе секретные свидетели, которых невозможно даже полноценно допросить как обычных свидетелей по уголовным делам, потому что любой сложный вопрос – и они начинают говорить, что "это приведет к расшифровке нашей личности", а по сути они отказываются отвечать. Поэтому, помимо общих вещей, связанных с необоснованным запретом, сейчас имеет место ситуация, когда права обвиняемых и подсудимых крайне ограничены в сравнении с правами обычных обвиняемых или подсудимых, которые проходят по обычному уголовному делу, – рассказывает Виталий Пономарев.

– Сегодня открыто заявить о принадлежности к "Хизб ут-Тахрир" в Крыму невозможно. Это ведет к немедленному возбуждению уголовного дела. Поэтому никто так не поступает. В то же время это не означает, что, испугавшись, надо закрыться дома. Жизнь в Крыму продолжается, и призыв к исламу в том числе, – говорит Айше Ниметуллаева. По словам Фазыла Амзаева, из-за репрессий деятельность "Хизб ут-Тахрир" в Крыму перестала быть публичной – по сравнению с тем временем, когда она не была запрещена. Виталий Пономарев в то же время говорит, что в Крыму действуют и другие мусульманские группы, членов которых в ближайшем будущем могут затронуть репрессии:

– В решении Верховного суда речь идет о более чем десяти организациях. Дело в том, что уголовных дел, связанных с какими-либо другими организациями, включенными в решение 2003 года, на территории России за весь этот период не было. Не думаю, например, что сторонники радикального движения "Талибан" ведут активную деятельность на территории России. В то же время мы знаем, что принимались отдельные решения по запрету мирных религиозных сообществ. Все знают про Свидетелей Иеговы, которые были официально зарегистрированы в России, но есть и ряд мусульманских организаций. Это и "Таблиги Джамаат", это и мифическая "Нурджулар", потому что под этим названием объединили и последователей Саида Нурси (толкователь Корана курдского происхождения, книги которого были запрещены в России, однако в своем решении ЕСПЧ посчитало это нарушением свободы выражения мнения. – Прим. РС), и Фетхуллаха Гюлена (турецкий писатель, бывший имам и проповедник, сторонники которого подвергаются репрессиям в Турции. – Прим. РС), есть еще "Ат-Такфир ва-ль-Хиджра", в существовании которой многие эксперты сомневаются, по крайней мере в том виде, в каком она описана в решении суда, – что это международная централизованная структура. Что отличает эти организации от "Хизб ут-Тахрир" – что они запрещались как экстремистские, поэтому сроки заключения несколько меньше, но, тем не менее, это реальные сроки и не такие маленькие. Мне известно, что отстаивание своих прав некоторые последователи этих сообществ сочли безнадежным (они пытались это сделать через суды, обращения в госорганы, в 2010, 2011, 2012 годах), они в итоге приняли решение покинуть Россию, потому что сочли, что в такой ситуации, когда можно сесть на 10 лет в тюрьму ни за что, они не могут оставаться в России. Насколько я знаю, "Таблиги Джамаат" действовала также в Крыму, уже было соответствующее уголовное дело. По "Нурджулар" в Крыму дел еще не было, но не исключено, что через какое-то время и в Крыму воспроизведут такие же дела, какие возбуждали в различных регионах России.

– "Мемориал" рассматривает осужденных по этим делам как политзаключенных? Или там ситуация не такая однозначная, как в случае с "Хизб ут-Тахрир"?

– Да, конечно, потому что они не ведут какой-то террористической деятельности, не призывают к насилию, то есть фактически их преследуют за религиозные убеждения. Причем если "Хизб ут-Тахрир" – это все-таки политическая организация, пусть и основанная на принципах религии, то "Таблиги Джамаат" – религиозное миссионерское движение, абсолютно аполитичное, не говорящее ни о чем, кроме как о необходимости возвращения к основам ислама, – говорит Виталий Пономарев.