«Стыдище просто до смерти»

Оказывается, в унитаз зэков макают головой не на самом деле, а постановочно. Чистка в тюремном ведомстве пока тоже больше похожа на инсценировку

В прошлую пятницу замдиректора ФСИН Валерий Максименко, уже подавший в отставку, но на утро 19 ноября ее еще не получивший, заявил в эфире радиостанции «Говорит Москва», что не будет больше комментировать новости, касающиеся его ведомства: «Со стыда хочется под землю провалиться. Стыдище просто до смерти». В тот день спустя несколько часов после выступления Максименко офицер ФСИН забьет любовницу арматурой и засыплет труп мусором. Действительно, что тут скажешь о подчиненном?

В Красноярске постоянно кого-нибудь ищут, такой город. Детей, стариков, дромоманов из интернатов, зрелых мужчин без отклонений — «Лиза Алерт», волонтеры, полиция, соседи, родственники. 19 ноября среди прочих продолжали искать эффектную высокую девушку на красной машине — известную в Красноярске бьюти-массажистку 29-летнюю Галину Миненко, исчезнувшую вечером в пятницу, но к полудню последовал отбой: «убита, найдена». Вскоре Следком известил о задержании подозреваемого — 31-летнего красноярца, сознавшегося в убийстве. СК не сообщает, но это старший инструктор (исполнял обязанности начальника) кинологической группы ИК-7 Никита Журавлев, и задержали его на рабочем месте. Колония находится в селе Арейском близ Красноярска.

Туда же, в Арейское, в колонию, Галина приехала к нему 15 ноября. Знали они друг друга с ранней юности, встречались, но офицер ФСИН недавно женился. На машине Гали они заехали в заброшенную воинскую часть у станции Кача. Далее «поссорились», несколько ударов арматурой, тело засыпал мусором, доехал до Красноярска, бросил авто на улице.

Конечно, не генералу бы комментировать роковые страсти (хотя о том, ведется ли борьба с профессиональными деформациями у тюремщиков, знать бы обществу не мешало), но накануне этой трагедии, 14 ноября, все в том же маленьком селе Арейском, все в той же колонии, спецназ надел наручники на замначальника ИК-7 по безопасности и оперативной работе — во время задержания тот успел сбросить в снег талоны на бензин Аи-95. Следствие полагает, что офицер предложил заключенному, «систематически нарушающему режим», за 1000 литров бензина не признавать его злостным нарушителем и не переводить на более строгие условия содержания. Установлено, что ранее он уже получал от этого же з/к талоны на тысячу литров дизеля. В ГУФСИН сообщили об отстранении своего сотрудника от должностных обязанностей.

А еще за несколько дней до этого появилось дело против бывшего замначальника ИК-22 (это женская колония в самом Красноярске): он уволился вот только что, после ревизии в прошлом месяце, выявившей недостачу муки на 270 тыс. рублей. Пока речь об элементарном хищении.

И это, судя по всему, не конец года «с зарабатыванием палок», а «новая метла»:

чистку связывают с назначением в прошлом месяце главой ФСИН Александра Калашникова, руководившего до этого красноярским УФСБ, а еще ранее — УФСБ по Коми, где он посадил не только все руководство республики во главе с губернатором Гайзером, но и начальника регионального УФСИН генерала Протопопова, когда тот уже фактически стал замдиректора ФСИН России (был врио, курировал федеральные государственные унитарные предприятия службы).

Послушаем генерала Максименко. «Лично я комментариев давать больше не буду, но это не от неуважения к вам. Просто у нас меняется формат работы — теперь по всем вопросам обращайтесь, пожалуйста, письменно в нашу пресс-службу. Изменение формата — это, по большому счету, к лучшему. Вот пример: начальник колонии — это пару недель назад было — головой в унитаз окунает заключенного, а после этого становится исполняющим обязанности первого заместителя начальника управления, в котором больше десятка таких колоний. Скажите честно, как это комментировать?»

Несколько замечаний. Ни на один письменный запрос «Новой» во ФСИН за последний год по поводу событий в красноярских колониях нам не ответили. И колоний тут не десяток. Да, таких, строгого режима, где «головой в унитаз», 11, но всего в Красноярском крае — одном из главных островов архипелага ФСИН — 36 исправительных учреждений и пять СИЗО. И головой в унитаз пытался макнуть з/к не начальник одной из красноярских колоний, а его зам, и стал он врио первого зама всего управления не после этого, а уже довольно давно. Но я сейчас не к тому, что генерал неточен, а к главному: видео с унитазом записано несколько лет назад, начальство в колониях брать взятки у зэков и расхищать то, что дают им на корм, тоже начало не вчера. Тем не менее все эти факты начали всплывать только сейчас. И важно понять: имеет ли эта сегодняшняя активность какое-то отношение к борьбе с преступностью или только к борьбе внутривидовой?

Вот как раз дело майора Слепцова — а в унитаз пихает голову зэка человек, похожий на него («Залазь, че ты? Тебе на башку нассать, ты, олень?») — может многое прояснить.

«Новая» поговорила с девятью бывшими заключенными ИК-17 в Красноярске (где происходили эти события), некоторые из них согласились говорить под запись, а один даже разрешил назвать его Ф.И.О. Лейтмотивом через все эти рассказы — «никто не верит» этой сегодняшней активности нового руководства ФСИН. Вот некоторые цитаты, самые невинные:

– Помните, о порядках в ЕПКТ (едином помещении камерного типа) ИК-31 широко в августе 2017-го, разбирались? Что в итоге? Ничего.

От Слепцова много кто пострадал, найти их не проблема. Он такое творил…

Меня лично не бил, только запугивал. Он знал, что родные мои молчать не будут, что адвокат за мной. Да и я не обострял отношения. Но он что, один такой? А новый человек на его месте, Слепов, еще хуже Слепцова. Тот напрямую действовал, а этот сталкивает пацанов.

– Да, еще жестче стало. Сразу в карантин прессовщики заехали — встречать с этапа. Слепцов в управление ушел, а Слепов раньше в управлении работал, может клешни шире и выше раскидывать, связей у него больше. Мог на более серьезном уровне делать, если б что-то хотел, но ему, понятно, тут не особо интересно уже было. То, что попало в прессу, — это самый гуманный способ принуждения к хозработам, это норма. Все куда страшней бывает. И это обыденная система для отказавшихся от хозработ — унитаз, электрошокер, матрас […].

Как происходит проверка, о которой сообщили и ГУФСИН, и СК, конкретного эпизода с унитазом? Об отстранении от работы Слепцова сообщили спустя две недели (!) после начала проверки. Что за это время произошло? «Новая» выяснила, что второй человек на видео, жертва, похож на Артема Витальевича Чернова 1987 года рождения, уроженца Читинской области. Он осужден на семь с половиной лет в 2013 году. В марте-апреле его перевели из ИК-17 в колонию-поселение (КП-20 ГУФСИН по Иркутской области) в Усть-Куте.

Так вот, Чернов за это время, пока Слепцов продолжал выполнять должностные обязанности, дал показания проверяющим инцидент со Слепцовым: вся эта сцена с унитазом, оказывается, была «инсценировкой». Летом 2013-го, когда Чернов прибыл в карантинное отделение, ему предложили записать постановочный видеоролик в воспитательных целях и для психологического воздействия на осужденных: на него будут кричать, замначальника колонии по безопасности и оперативной работе Слепцов будет его якобы головой макать в унитаз, но все это понарошку, и в унитаз его не макнули, и вообще — ни телесных повреждений, ни морального унижения. Никакого попрания своего человеческого достоинства Чернов не чувствовал, поскольку все было оговорено заранее.

Примечательно, что как только Чернову дали сказать эти слова, его спрятали и у него отняли телефон. Как выяснила «Новая», его поместили в штрафной изолятор — якобы за отказ от работы. Теперь никаких надежд на условно-досрочное освобождение. По нашей информации, сейчас готовятся документы на него как на злостного нарушителя и в ближайшее время его запрут обратно из колонии-поселения в колонию строгого режима — якобы для его же безопасности.

В общем, постмодернизм рулит. Все — перформанс. В Красноярске точно, а в ближайшее время будет ясно, как с этим дело обстоит в Москве, в центральном аппарате ФСИН.

Красноярск.