Богатый Берия из Мозамбика

Этой осенью под Миангалевой, провинция Кабу-Делгаду, в Мозамбике в засаду боевиков попал отряд правительственных сил. Среди 25 погибших оказались пять российских наёмников из ЧВК «Вагнер». Ещё раньше, в августе, португальский журналист Нуно Феликс сообщал о появлении в Мозамбике российских наёмников. Пройдя за полвека путь от португальской колонии — через социалистическую диктатуру — к неолиберальной демократии, Мозамбик вдруг вернулся в новостные сводки российских СМИ. Вся новейшая история государства на юго-востоке Африки связана с биографией одного человека. Самиздат рассказывает о Жасинту Велозу, который во многом и создал современный Мозамбик.

— Я не помню этого приказа.
— Но ваш Приказ № 5/80 был актом незаконных политических репрессий.
— И тем не менее я его не помню, — мягко, но настойчиво говорит пожилой белый мужчина с внешностью добродушного европейского пенсионера.

О Приказе № 5/80 ему тщетно пытается напомнить не следователь, а журналист, и не на скамье подсудимых, а во время записи интервью. В социалистическом Мозамбике он возглавлял службу государственной безопасности. В новейшие времена стал бизнесменом, основателем компании Pathfinder Minerals PLC, которая занимается бизнес-консультированием в области добычи металлов. А когда-то давно, в самом начале, ещё до социализма, был офицером португальских колониальных войск, призванным воевать против борцов за независимость Мозамбика. Но в итоге перешёл на их сторону.

Этого человека зовут Жасинту Соареш Велозу. Его биография — отражение основных этапов новейшей истории Мозамбика. Но если обычно история формирует биографию, то в этом случае всё было почти наоборот.

Пасынок Португалии: жизнь в колонии и Лиссабоне

Жасинту Соареш Велозу родился в 1937 году. Он был сыном белых португальских колонистов-фермеров, считавших Мозамбик своей родиной, а не случайным приютом, выросших с твёрдым убеждением, что у них не меньше прав на эту землю, чем у коренного чернокожего населения, которое колонисты считали неразумными детьми и видели свою задачу в их воспитании до уровня полноценных «белых».

Первичное образование Велозу получил в начальной католической школе, расположенной в городе Лоренсу-Маркише (ныне столица Мозамбика Мапуто). Школа была названа в честь тогдашнего португальского диктатора Антониу ди Салазара, который, придя к власти в 1932 году, начал строить правоавторитарный режим. Салазар считал, что без колоний Португалия потеряет статус мировой державы, поэтому правительство прилагало все усилия, чтобы колонии помнили о метрополии: в частности, в честь правителя назывались школы, больницы и стадионы.

По окончании начальной католической школы Велозу перешёл в частную среднюю. Несмотря на то, что в Мозамбике не было собственного университета, школьных знаний оказалось достаточно для поступления на медицинский факультет Лиссабонского университета в 1955 году.

В университете Велозу будет целый год выбирать между футболом и медициной. Сначала из-за большой учебной нагрузки он не сможет стать юниором лиссабонской «Бенфики», куда его зазывал университетский тренер. Как раз во второй половине 1950-х начнётся золотой век «Бенфики», когда она превратится в один из лучших клубов в Европе. Огромную роль в успехах команды сыграют чернокожие мозамбикцы Мариу Колуна и Эйсебио Феррейра (последний станет обладателем «Золотого мяча» в 1965 году). Пример чернокожих соотечественников, принёсших «Бенфике» Кубок европейских чемпионов 1962 года и другие международные трофеи, вдохновлял Велозу: оказывается, даже простой чернокожий парень из колонии может многого добиться в метрополии. Впрочем, успехи успехами, но поначалу нужно было пробиться через пренебрежительное отношение, с которым он столкнулся сразу по приезде в Лиссабон: «Все чёрные — тугодумы и недотёпы; белые — деревенщины и лентяи».

Вождь итальянского футуризма Вениамин Волин, Маша Артемьева Самиздат разбирается в биографии Филиппо Томмазо Маринетти — автора и мыслителя, воспевшего будущее и создавшего эстетическую базу фашизма Все чёрные — тугодумы и недотёпы; белые — деревенщины и лентяи

В итоге, перейдя на медицинский факультет и проучившись там год, он оставит учёбу ради перепоступления в Военную академию, где станет курсантом факультета авиации. Военная академия была полна молодых и амбициозных людей, которым было тесно в рамках салазаристского режима. Курсанты любили говорить о политике, и разговоры часто перерастали в споры. Особенно повезло Велозу. Его сосед по комнате в общежитии Эрико Корвахо был убеждённым коммунистом.

— Ты думаешь, я не прав? Пока в Лиссабоне кипит жизнь, в твоём родном Лоренсу-Маркише нет даже захудалого университета, и тебе ради получения образования пришлось переть через половину Земного шара из Мозамбика в Португалию. Так будет продолжаться, пока не произойдёт революция, которая положит конец фашистскому колониализму Салазара!
— Эрико, ты мой друг и будущий сослуживец, и у меня в голове не укладывается, как ты можешь вести коммунистическую агитацию!
— Я член коммунистической партии, Жасинту!
— И ты офицер Португалии!
— Офицер, говоришь? И что же, мне теперь благодарить старика Салазара за возможность двадцать лет служить капитаном где-нибудь в Индонезии? Как скоро ты собираешься стать майором, Жасинту?

Это был вовсе не риторический вопрос. Одна из особенностей службы в армии салазаристской Португалии выражалась в медленном продвижении в званиях. Путь выпускника Военной академии от лейтенанта до капитана мог растянуться на пятнадцать лет, а майорские погоны были недостижимой мечтой. Производством офицеров в майоры занималась специальная комиссия при министерстве обороны, от неторопливой работы которой зависела карьера португальских офицеров в Африке, Индии, Индонезии и Китае.

Сомнения в справедливости общественного устройства одолевали Велозу и раньше, однако всё окончательно решилось во время летних каникул у родни. После роскоши претендующего на статус имперской столицы Лиссабона родной Лоренсу-Маркиш показался Велозу нелепым нагромождением старых колониальных зданий и трущобных кварталов фавел. Момент прозрения он опишет в своих мемуарах: «Разница между Лиссабоном и ужасающими условиями в деревне, где жили мои бабушка и дедушка, привели меня к мысли о необходимости бороться с фашизмом в Португалии и ликвидировать колониализм в той его части, которую тогда называли „заморскими провинциями“. От этой мысли до присоединения к движению за независимость был один шаг».

После выпуска из академии Велозу, обманув армейское руководство, вернулся в Мозамбик. Дело в том, что по инструкциям, запрещающим уроженцам колоний служить дома, он получил назначение на Азорские острова. Однако ему удалось поменяться назначениями с однокашником, распределённым на службу в ВВС Мозамбика. По воспоминаниям Велозу, он сделал это для того, чтобы, оказавшись дома, вступить в ряды антиколониального движения.

С этого момента дальнейшая судьба Велозу была предопределена. А ведь сложись чуть-чуть иначе, и он мог бы стать профессиональным футболистом, играющим за один из лучших европейских клубов. Или даже оказаться в рядах космонавтов: когда в 1958 году НАСА начало программу подготовки астронавтов для стран НАТО, Велозу направил свой рапорт о вступлении в космический отряд. В итоге ни он, ни кто-либо ещё из португальцев-добровольцев так и не дождались ответа из США.

Побег в Танзанию: от офицера до повстанца

Вернувшись домой, Велозу начал искать единомышленников. Многое стало понятнее после встречи со школьным товарищем Жуаном Феррейро, который работал торговым агентом, много ездил по стране и хорошо представлял, как устроена жизнь в городах и сёлах.

— Жасинту, послушай, тебе не стоит связываться с этим белыми, которые хотят урвать побольше для себя, — предостерегал друга Феррейро от контактов с политическими активистами, которые хотели добиться независимости по примеру соседней британской Родезии, сохранив всю власть в руках белого меньшинства. — Кстати, ты слышал о Саморе Машеле?

И он рассказал своему другу о чернокожем мозамбикце, который выступал за независимость страны и создание равноправного многорасового общества. С первых слов Велозу понимает: это несомненно тот человек, которого он искал. Вместе они решают примкнуть к Машеллу, который жил в Мозамбике на нелегальном положении, — его активно разыскивала политическая полиция ПИДЕ. Друзья даже строят планы, как помочь Машеллу бежать, если того арестуют, но Самора всё-таки успевает благополучно перебраться в соседнюю Танзанию.

Тогда же в Танзании возникает леворадикальное антиколониальное движение ФРЕЛИМО — Фронт освобождения Мозамбика. Его создаёт выходец из португальской колонии, чернокожий интеллектуал Эдуарду Мондлане, после учёбы в Лиссабонском университете получивший степень PhD по социологии в Чикаго. В США Мондлане проникается идеей независимости Мозамбика, вдохновившись борьбой чернокожих за свои права под предводительством Мартина Лютера Кинга.

Машел и Мондлане в Танзании, там же и ФРЕЛИМО. Значит, у Велозу только один путь — в соседнюю страну.

Как мы научились бояться ядерной бомбы Егор Сенников, Юлия Дробова Самиздат и канал «Сьерамадре» запускают цикл о ядерной угрозе. В первом тексте рассказываем, как зародился страх ядерной бомбы и кто пострадал первым

Американский учебный самолёт North American T-6 Norman с трудом оторвался от взлётной полосы полевого аэродрома. Всё свободное пространство внутри было заставлено ящиками с патронами и гранатами, у стен кабины были навалены старые немецкие карабины Mauser 98k. «Им это понравится, им не хватает оружия», — думал Велозу об этом арсенале — жесте доброй воли и ценном подарке принимающей стороне.

Вслед самолёту задумчиво смотрел сотрудник тайной полиции ПИДЕ инспектор Роха. Ещё полчаса назад он пил пиво с двумя соотечественниками. Велозу и Феррейро чисто символически пригубили немного алкоголя, а инспектор отдался этому со всей страстью. Возможно, именно по этой причине лейтенанту Велозу удалось легко убедить его в необходимости разведывательного полёта возле границы с Танзанией. Да, но зачем ему столько оружия? И зачем Велозу взял с собой этого штатского? Какое-то свербящее чувство подсказывало, что полёт добром не кончится.

«А, плевать, — подумал он. — Кто сказал, что любой разведывательный полёт должен заканчиваться удачно?» Улыбнувшись этой мысли, инспектор Роха заложил руки в карманы брюк и побрёл к штабному зданию, насвистывая под нос очередной шлягер королевы португальской народной песни фаду Амалии Родригес. К сожалению, сеньора Родригес не ждала его в штабном здании, но пива там ещё было предостаточно. Иногда алкоголь в Африке — единственный способ примирить себя с действительностью. В эту максиму инспектор верил так же твёрдо, как в детстве верил в Деву Марию, с молитвы к которой начинались занятия в начальной школе. когда вам нужны друзья, то вы находите их в самых неожиданных местах — когда-то нам помогали Муссолини и Гитлер

12 марта 1963 года самолёт Велозу и Феррейро успешно приземляется в Дар-эс-Саламе — городе-миллионнике и важнейшем экономическом центре Танзании. Поначалу всё пошло хуже некуда: по прилёте друзей арестовали по подозрению в шпионаже. Однако в их деле быстро разобрались и вскоре отпустили на свободу. Велозу и Феррейро без промедлений вступают в ряды ФРЕЛИМО и по поручению руководства организации выезжают в Каир — налаживать связи ни больше ни меньше с президентом Египта Насером. Последний не только выступает главным союзником СССР в Африке, но и весьма активно поддерживает антиколониальные движения по всему континенту, поэтому однажды Велозу получает вызов на беседу в египетскую разведку.

— Знаете, сеньор Велозу, когда вам нужны друзья, то вы находите их в самых неожиданных местах, — с улыбкой говорил офицер египетской разведки. — Когда-то нам помогали Муссолини и Гитлер. К сожалению, Роммель так и не освободил Александрию. Мы приняли помощь от Сталина, и англичане ушли из Египта. А когда Британия и Франция попытались в 1956 году захватить Суэцкий канал, то, смешно сказать, нам помогли СССР и США. Так что... Так что правительство Насера решило поддержать вас в вашей борьбе за свободу. Знайте, друзей можно найти всегда. Сколько вам надо инструкторов, оружия, патронов?

Получив помощь от властей Египта, Велозу через Алжир эмигрирует во Францию. Пользуясь своими знаниями, полученными в Военной академии, он устраивается на работу инженером-электронщиком и ждёт дальнейших приказов от руководства ФРЕЛИМО. Велозу живёт во Франции под чужим именем и не принимает активного участия в антиколониальной борьбе.

В 1964 году ФРЕЛИМО начинает партизанскую войну против Португалии. Через два года после начала боевых операций Велозу по просьбе лидера организации Мондлане приезжает в Танзанию обучать молодых мозамбикцев военному делу в лагерях подготовки боевиков. После того как туда стали прибывать китайские и египетские инструкторы, Велозу уезжает обратно в Алжир помогать эмигрантам из Португалии и налаживать новые связи.

Там он спокойно и основательно занимается этими вопросами, покуда однажды посреди жаркой алжирской ночи его не разбудит телефонный звонок.

— Мондлане убит, — глухо скажет голос связного в телефонной трубке, после чего связь прервётся. Рядовое, ничем не примечательное почтовое отправление на имя основателя ФРЕЛИМО станет последним, что он увидит в своей жизни: португальские спецслужбы вложили в посылку бомбу.

Через три месяца, в июне 1970 года, португальцы начали операцию «Гордиев узел»: после долгой артподготовки и серии авиаударов португальские коммандос и егеря-казадореш провели рейды на лагеря ФРЕЛИМО в Танзании. Потеряв 130 человек, португальцы убили около трёх тысяч боевиков. Боевые части метрополии фактически уничтожили ФРЕЛИМО в военном отношении, поэтому боевики перешли к террористическим методам борьбы.

После гибели Мондлане главой Фронта освобождения Мозамбика стал тот самый Самора Машел, к которому ещё в 1962 году хотели примкнуть Велозу и Феррейро. Вряд ли Машел, пришедший на смену убитому главе организации, переживавшей не лучшие времена, мог представить, что через пять лет он станет первым президентом Народной Республики Мозамбик.

Мозамбикский Берия: на страже африканского социализма

В 1970 году умирает португальский диктатор Салазар, его преемником становится Марселу Каэтану. Попытки реформ не помогли Каэтану справиться с антисалазаристскими настроениями общества. В 1974 году лево-демократическая подпольная армейская организация «Движение капитанов» вместе с коалицией левых партий произвела бескровный военный переворот, вошедший в историю под именем «Революция гвоздик». Салазаристский режим в Португалии пал.

Это событие застало Велозу в Аргентине, откуда он немедленно вылетел в Алжир, чтобы установить связь с Военно-революционным правительством Португалии. Алжир был выбран в качестве нейтральной площадки для проведения переговоров.

Пришедшая к власти в Португалии коалиция военных и левых направила своих представителей на переговоры, которые должны были решить судьбу Мозамбика. В июне 1974 года представители Португалии и ФРЕЛИМО встретились в столице Замбии Лусаке. Среди португальских дипломатов был товарищ Велозу по военной академии Отелу де Карвальо. Как вспоминал потом сам Велозу в интервью для шведского Института Северной Европы, именно в силу того, что его однокашники по Военной академии стали движущей силой антисалазаристского переворота, Португалия легко признала независимость Мозамбика.

Интересно почитать

Президентом Социалистической Народной Республики Мозамбик стал Самора Машел. Велозу занял пост главы Национальной службы народной безопасности (Serviço Nacional de Segurança Popular, SNASP). Это был не только пик его политической карьеры, но и просто невероятный парадокс: ещё ни разу ни в одном антиколониальном движении Африки белому человеку не удавалось занять столь высокий пост.

Под руководством Велозу SNASP начала активно бороться с чернокожими антикоммунистами из Национального сопротивления Мозамбика (РЕНАМО), созданного в 1977 году при поддержке спецслужб ЮАР и Родезии. Одновременно Велозу очищал партийные ряды от инакомыслия. Так, по следам протестов белых мозамбикцев, вышедших на улицы после радиопроповеди бывшего протестантского пастора Уриа Симанго о равенстве рас, SNASP арестовала шестерых членов ЦК ФРЕЛИМО, которых обвинили в организации беспорядков. Их разыскивали, похищали из соседних стран, держали в тюрьме по нескольку лет, пока в 1979 году не был казнён их лидер Симанго, а следом за ним и остальные. И лишь год спустя вышел тот самый Приказ № 5/80, который задним числом предписывал казнить оппозиционеров. Подписание приказа после казни было вызвано опасениями, что открытый процесс и последующий расстрел могут привести к новой волне беспорядков. Приказ издал и подписал глава SNASP генерал-майор Велозу.

По горькой иронии, именно Велозу организовал изгнание из страны белых мозамбикцев. Чтобы избавить колонию от белых, недовольных национализацией земли, нищетой и голодом, чернокожий министр внутренних дел Арманду Гебуза издал Приказ 24/20, согласно которому потомкам португальских колонистов предписывалось в течение суток покинуть Мозамбик. С собой им разрешалось взять лишь 20 килограмм личных вещей. Исполнение приказа курировала SNASP.

В мемуарах Велозу упоминает, что все его дела и поступки были продиктованы интересами страны. Меж тем жизнь в Мозамбике становилась с каждым годом хуже и хуже, и после отказа СССР от кредитования экономики руководство страны решило пойти на радикальные экономические реформы.

Первым шагом на пути к ним стал прорыв санкций со стороны стран Запада, недовольных социалистическим режимом в Мозамбике: в 1984 году Южно-Африканская Республика, построенная на принципах расовой сегрегации, и социалистический чернокожий Мозамбик подписывают так называемые Соглашения Нкомати. В соответствии с соглашениями, две страны отменяют взаимные санкции и прекращают прокси-войны.

Успех соглашений стал заслугой единственного белого в мозамбикской делегации — Жасинту Велозу. Элегантный мужчина средиземноморской внешности в отлично сидящем костюме со знанием дела обсуждал перспективы торгового сотрудничества ЮАР и Мозамбика, расточая улыбки и обмениваясь рукопожатиями. Воспитанные на расовых стереотипах южноафриканские дипломаты охотно шли на контакт с ним.

Для Велозу это был дебют в роли министра внешнеэкономического сотрудничества. Он занял этот пост в 1983 году, оставив должность главы SNASP. На этом поприще он смог добиться от Португалии, чтобы та возобновила подготовку мозамбикских курсантов — эта практика была прервана в 1974 году. Для этого ему пришлось повстречаться с генералом Мирандой, главой ВВС Португалии, под началом которого Велозу служил в Мозамбике.

На входе в здание Генерального штаба ВВС Португалии стояли курсанты Военной академии в парадной форме. Приветственно подняв шпаги, как если бы министр внешнеэкономического сотрудничества Мозамбика был особой королевской крови, они встречали бывшего выпускника факультета авиации Военной академии.

«Всё же это очень трогательно», — подумал Велозу, на которого нахлынули воспоминания об учёбе в Академии. Поднявшись по лестнице, он зашёл в кабинет генерала Миранды.

— Синьор генерал, я бы хотел объясниться по поводу своего побега, описать причины, которые меня на это сподвигли, — начал говорить Велозу.
— Хватит, — прервал его Миранда, — не надо лишних слов. Тогда, в 1963 году, ваш побег сильно меня огорчил. Понимание причин вашего поступка пришло ко мне со временем. Действительно, это было необходимо ради новой Португалии. Так что давайте закончим с этим и обсудим, как я могу помочь развитию ВВС Мозамбика.

В 1986 году президент Мозамбика Самора Машел погибнет в авиакатастрофе, а его преемником станет Жоаким Чиссано. В 1987 году Чиссано примет программу либеральных экономических реформ, которую составил для Мозамбика МВФ, а в 1992 году положит конец гражданской войне с РЕНАМО. После наступления мира Велозу лишат министерского поста — как человека, слишком прочно ассоциирующегося с репрессиями и госбезопасностью.

Экс-генерал, экс-марксист, предприниматель: перестройка по-мозамбикски

— Мой генерал, вы получили отставку? — задавший вопрос белый мужчина интеллигентного вида погладил свою профессорскую бородку, после чего поправил очки.
— Да, полковник, — ответил Велозу, расправляя складки пиджака, — Боюсь, Серджиу, что тебе надо готовиться к аресту. Жаль, что наша служба во благо Мозамбика оценивается именно так, но ты мой преемник, и тебе тоже придётся отвечать за свои приказы и поступки.
— Я ещё в начале восьмидесятых говорил, что надо арестовать Чиссано. А сейчас он уволил вас, распускает SNASP и будет делать новую спецслужбу, учитывая мнение наших врагов из РЕНАМО! — горькая усмешка пробежала по лицу Виейру. — Но я уже готов к научной деятельности, буду рассказывать потомкам правду о нашей борьбе.
— Что касается нашей борьбы… Серджиу, ты не боишься? Ты помнишь, как мы убили в Лиссабоне главу РЕНАМО Фернандеша?
— Он это заслужил.
— А всех других? Они не снятся тебе по ночам?
— Не снятся, мой генерал. Мы потеряли SNASP, но не потеряли власть. К счастью, ФРЕЛИМО всё ещё управляет Мозамбиком, так что о наших приказах никто не узнает, если только мы сами не расскажем об этом. Кстати, вы уже придумали, чем будете заниматься? Может, наукой?
— Серджиу, ты вот стал историком после отставки в 1984 году. Я, пожалуй, займусь предпринимательством. Мозамбику теперь нужны не только народные, но и иностранные деньги.

В те времена подобные разговоры между бывшими офицерами из руководства SNASP, переживавших за своё будущее, не были большой редкостью.

На этом в жизни Велозу завершилась эпоха социализма и началась его карьера успешного бизнесмена — основателя и держателя контрольного пакета акций компании Pathfinder Minerals PLC, занимающейся бизнес-консультированием в области добычи полезных ископаемых. Впрочем, иногда прошлое нет-нет да и напомнит о себе политическим скандалом. Так, например, британские СМИ обвиняли PM PLC в подкупе бывшего заместителя госсекретаря британского МИДа Генри Беллингхэма. По данным Telegraph, Беллингхэм получал 1300 фунтов стерлингов в час за лоббирование интересов Велозу в Британии.

При близком рассмотрении Велозу очень похож на своих постсоветских коллег, которые, рассуждая о безопасности государства и служа ему, не забывают и о личном благосостоянии. Возможно, это объясняет, почему современная путинская Россия и Мозамбик, чью политическую элиту составляют бывшие сопартийцы и коллеги Велозу, активно ищут сотрудничества друг с другом. Так, в этом году министерства обороны России и Мозамбика подписали соглашение о совместной защите секретной информации, а португальский журналист Нуно Феликс сообщил о том, что российский спецназ помогает властям Мозамбика бороться с исламистами.

Параллельно со слухами о строительстве российской военно-морской базы в Мозамбике появились и новости о том, что российские инвесторы вложатся в разработку месторождений полезных ископаемых. В таком случае им не обойтись без бизнес-консультаций компании Pathfinder Minerals PLC.

При близком рассмотрении Велозу очень похож на своих постсоветских коллег

Успешность карьеры Жасинту Соареша Велозу объясняется по-разному. Сам он утверждает, что выживал в Мозамбике при любом режиме, потому что его целью было благосостояние страны, а не обслуживание какой-то определённой идеологии. Противники Велозу считают его обычным приспособленцем. Есть даже конспирологическая версия, согласно которой Велозу изначально был агентом влияния португальских властей, отвечавший за возобновление отношений между Португалией и Мозамбиком после обретения им независимости. Во всяком случае, не стоит забывать, что перед полётом, превратившимся в побег, Велозу провожал до самолёта ответственный за безопасность Северного Мозамбика сотрудник ПИДЕ Роха.

Судьба Велозу — это пример причудливого мира португальского постколониализма. Будучи патриотом родной империи, он разочаровался в ней и выступил против неё ради нового будущего, которое началось с построения социализма, а закончилось рыночной демократией. Сегодня самые богатые коммунисты Африки живут в Мозамбике, и бизнесмен-консультант Жасинту Соареш Велозу — один из них. История террориста Унабомбера Евгения Щербина, Егор Мостовщиков, Галя Полякова Связались с другом террориста Унабомбера и узнали, как Гитлер, Гарвард, Тимоти Лири и прогресс связаны с 16 бомбами, 3 погибшими и 23 ранеными