«Вывести из игры»: как власти и бизнесмены отсудили у оппозиции девять миллионов рублей

Пробки, пятна на собянинской плитке, переработки росгвардейцев и толпы людей в московском метро — по мнению столичных властей и бизнесменов, во всем виноваты организаторы летних протестов 2019 года. 23 января суд рассмотрел последний иск к оппозиционерам, которым теперь придется выплатить более девяти миллионов рублей. ОВД-Инфо разбирает каждое дело и объясняет, почему ответчики считают все обвинения несправедливыми.

1 032 995 490 рублей и 78 копеек — столько московские власти и бизнесмены пытались отсудить у девяти политиков и активистов, которых теперь называют организаторами летних протестов 2019-го года в столице. На протяжении трех недель горожане выходили на улицы и требовали допуска незарегистрированных кандидатов на выборы в Мосгордуму. Как итог — более 2600 задержаний, «московское дело» и рекордные по сумме иски к оппозиции. Пока что истцам удалось отсудить менее одного процента от желаемой суммы — 9 434 858 рублей и 80 копеек. Еще три иска на сумму 10,5 миллионов рублей суды планируют рассмотреть в феврале 2020 года.

В качестве ответчиков почти во всех исках фигурируют одни и те же лица: политик Алексей Навальный, координатор его московского штаба Олег Степанов, руководитель отдела расследований Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Георгий Албуров, а также незарегистрированные кандидаты в Мосгордуму Любовь Соболь, Иван Жданов, Владимир Милов, Илья Яшин, Юлия Галямина и Александр Соловьев.

По мнению истцов, эти люди организовали акции протеста, поэтому должны отвечать за их последствия. Сами ответчики считают, что называть их организаторами — неправильно. Руководитель юридического отдела ФБК Вячеслав Гимади объяснил, что для получения такого статуса кто-то из них должен был подать уведомление о проведении мероприятия, а не просто призвать к участию в твите или посте.

Как отмечали в суде адвокаты, в любом случае существует позиция Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), согласно которой нельзя привлекать организатора акции к ответственности за ущерб, причиненный участником акции.

Сомнения вызывает и сам факт ущерба. «Чтобы доказать ущерб, нужны определенные документы. — объясняет координатор московского штаба Навального Олег Степанов. — Ничего этого не было. Мы спрашиваем: «А вот как вы посчитали вот эту сумму?» Они говорят: «Ну, слушайте, мы вот так решили. Что вы ко мне пристали, я ничего не рассчитывал, нам в бухгалтерии это дали».

«Какая цель этих исков? Сделать так, чтобы оппозиция не могла работать, — считает Степанов. — Есть одно простое желание: наказать, вывести из игры, отомстить тем, кто играет какую-то роль в оппозиции. Сделать так, чтобы хотя бы в ближайшее время они не делали ничего страшного. А только думали, как бы им отбиться от приставов и что делать, чтобы у них не изъяли машину, телевизор или кошку. Изымать, правда, особо нечего: у меня однушка в Митино, у Владимира Милова двушка в Ясенево, у Навального тоже какая-то небольшая квартира в Марьино. Мы не какие-то обладатели огромных богатств».

Прокуратура Москвы

Московская прокуратура заявила, что получила материальный ущерб из-за привлечения дополнительных сил и средств: деньги ушли на зарплаты росгвардейцев и топливо для перевозки силовиков и задержанных.

Прокуратура хотела от оппозиционеров 4,936 миллиона рублей: более 2,5 миллионов за акцию 27 июля и 2,379 миллиона за акцию 3 августа. Второй иск касался только Любови Соболь и Георгия Албурова: все остальные ответчики уже отбывали арест, когда стало известно о проведении новой акции протеста.

После подачи иска прокуратура требовала арестовать квартиры ответчиков, чтобы «гарантировать возврат денег». Суд отказался выполнять это требование и взыскал в два раза меньше заявленной суммы — 1,2 миллиона и 1,1 миллиона соответственно.

Руководитель юридической службы ФБК Вячеслав Гимади утверждает, что усиление, о котором говорит прокуратура, уже включено в бюджет. То же в беседе с BFM говорил и Георгий Албуров: «У них прописано, что столько-то им положено за усиление, столько-то — за ночную службу и так далее. И взыскивать с нас то, что мы и так по факту оплатили налогами, — это странно».

МВД

МВД, как и прокуратура, объясняет свой иск привлечением дополнительных сил на время акции. Правда, хочет от оппозиционеров почти в два раза больше прокуратуры — 10,2 миллионов рублей. Требования уже успели снизить с 17,891 миллионов до 9,726 миллионов, а затем снова поднять. Более половины заявленной суммы министерство требует отдельно от Албурова и Соболь за акцию 3 августа.

Оба иска суд еще не рассмотрел, следующие заседания ожидаются 13 февраля.

«Мосгортранс»

Еще вечером 26 июля власти оградили Тверскую улицу заборами. 27 июля до начала акции несколько полос Тверской заставили автозаками и городскими автобусами, а ведущие к улице переулки перекрыли. К официальному началу акции несколько ограждений на Тверской повалили, и люди вышли на проезжую часть улицы, а еще через четыре часа — на Садовое кольцо.

В тот день многие москвичи так и не дождались своего автобуса. По крайней мере, так утверждает государственное унитарное предприятие (ГУП) «Мосгортранс», отвечающее за перевозки наземным общественным транспортом.

Компания решила, что в задержках автобусов и простое рейсов виноваты организаторы акции, и подала иск на 1 218 591 рубль и 58 копеек — в такую сумму «Мосгортранс» оценил полученные убытки. Без обращения в суд, по словам представителей компании, выплачивать эти деньги пришлось бы водителям опоздавших автобусов.

При этом к моменту первого выхода протестующих на проезжую часть Алексей Навальный и Олег Степанов уже четыре дня находились под арестом. Илья Яшин, Илья Жданов, Юлия Галямина были в отделах полиции, Любовь Соболь — в суде, Александр Соловьев — в автозаке, а Владимир Милов — в студии ютуб-канала «Навальный Live».

Другой иск «Мосгортранса» требовал 657 тысяч рублей от Соболь и Албурова за акцию 3 августа. При этом обоих задержали еще до официального начала мероприятия, а на проезжую часть, по данным ОВД-Инфо, протестующие в тот день вообще не выходили — движение перекрывали только силовики.

Суд удовлетворил оба иска в полном объеме за исключением 58 копеек. «Мосгортранс» не публикует в открытом доступе финансовую отчетность, поэтому, как отметила в суде адвокат Владимира Милова Валентина Фролова, нельзя даже убедиться в существовании убытков. В суд истцы не принесли подтверждений заявленной суммы, сославшись на «большой объем бумажной работы».

Как выяснила «Медуза», в иске упомянуты маршруты, которых даже не было в зоне протестов. Например, автобусы № 205 и 157 вообще не доезжают до Садового кольца, однако компания оценила ущерб от их простоя в 221 тысячу рублей. По оценкам издания, если бы из расчетов убрали все подобные маршруты, сумма иска сократилась бы до 775 510 рублей.

«Автомобильные дороги»

Государственное бюджетное учреждение (ГБУ) «Автомобильные дороги» отвечает за ремонт и уборку московских дорог, а также уход за зелеными зонами и благоустройство общественных пространств. Свой ущерб от акции 27 июля компания оценила в 11,468 миллионов рублей. Из них более 10,5 миллионов рублей «Автодор» планировал потратить на «ликвидацию повреждений»: по версии истца, протестующие вытоптали более 5000 квадратных метров газонов, сломали более 3000 кустов, повредили 5520 цветов и 26 скамеек, разрисовали «малые архитектурные формы», загрязнили парапеты и оставили после себя «многочисленные пятна» на плитке. Свои слова представители компании подтвердили черно-белыми фотографиями крупных планов травы.

Фото вытоптанного газона, представленное ГБУ Автомобильные дороги по иску к Соловьеву, Яшину, Навальному и Ко pic.twitter.com/vWQIdOR9Tb

— Badamshin (@badamshin_s) ১১ সেপ্টেম্বর, ২০১৯

Согласно иску, еще 434 тысячи рублей компания потратила на проведение дополнительной уборки улиц и 235 тысяч — на перекрытие улиц уборочными машинами. В суде представитель «Автодора» рассказал, что предоставить технику силовикам попросил заместитель мэра Москвы Петр Бирюков.

На суде выяснилось, что больше половины заявленного компанией ущерба не подтверждена документацией. В итоге суд взыскал с ответчиков в три раза меньше заявленной суммы — 3,402 миллиона рублей.

Второй иск «Автомобильных дорог» связан с акцией 3 августа. Компания требовала 3,022 миллиона рублей от Албурова и Соболь за 800 квадратных метров «потоптанного» газона в Новопушкинском сквере и 443 сломанных куста кизильника. При этом замена газона прошла в рамках замены газонов по всей Москве. В требования истца также вошло возмещение расходов на предоставление автобусов «Автодора» для работы МВД на акции, в том числе стоимости топлива, масла и зарплаты водителей. Этот иск суд также удовлетворил лишь частично, взыскав с Албурова и Соболь 1,561 миллион рублей.

Сами ответчики в обоих случаях настаивали на том, что больше всего повреждений на акциях наносят сотрудники полиции и Росгвардии: именно они выставляют заграждения, привозят технику, перекрывают улицы, ходят по газонам и даже по цветам. Юрист Андрей Тамурка отмечал, что в уставе «Автомобильных дорог» нет пункта о работе на публичных мероприятиях, поэтому организация вообще не должна была предоставлять силовикам свою технику.

Московский метрополитен

В дни протестных акций из-за перекрытия наземного движения многие горожане пересели на подземный транспорт. Компания утверждает, что это привело к убыткам: нескольким сотрудникам пришлось работать в свой выходной. Ответчики считают, что повышенное число пассажиров должно было, наоборот, принести метро больше прибыли. Кроме того, по информации «МБХ Медиа», приказы о привлечении сотрудников к работе 27 июля датированы 19-м числом — в этот день еще не было известно о проведении митинга.

Суд уже взыскал в пользу метрополитена 54 747 рублей и 80 копеек с лидеров протеста 27 июля. Иск к Албурову и Соболь на 311 тысяч рублей за акцию 3 августа еще не рассмотрели, следующее заседание ожидается 17 февраля.

Ресторан «Армения»

26 июля в ресторан «Армения» на Тверской улице пришла полиция. Как рассказывал изданию Znak.com менеджер, силовики потребовали занести внутрь столы и стулья с уличной веранды. Свою просьбу они объяснили предстоящей акцией протеста. Закрывать ресторан никто не заставлял, однако полицейский заявил, что сотрудникам придется «действовать по обстоятельствам».

27 июля «Армения» закрылась еще в 10 утра из-за полицейского оцепления: руководство посчитало, что гости физически не смогут войти в ресторан. На суде истец утверждал, что двери оставались закрытыми вплоть до восьми часов вечера.

ООО «Анкор», владеющее рестораном и магазином «Армения», подало к оппозиционерам иск на 551 847 рублей и 40 копеек. Из этой суммы 155 495 рублей — средний субботний доход ресторана, а 396 352 — стоимость отмененного из-за закрытия банкета.

Ответчики в свою защиту отмечали, что ресторан закрылся из-за действий полиции, а не активистов. Начало митинга было заявлено на 14 часов, и в 10 часов утра на Тверской еще не было ни одного протестующего. Ни силовики, ни активисты не заставляли «Армению» закрываться — это было личное решение руководства.

Олег Степанов отметил, что после публичных мероприятий протестующие, наоборот, часто идут в ближайшее кафе, чтобы обсудить произошедшее. «Если к ним не идут, потому что они сами решили закрыться — это сложно назвать ущербом», — заключил активист.

Ответчики также пожаловались на отсутствие доказательной базы — в деле даже нет документов, подтверждающих сам факт закрытия ресторана. Защитник Юлии Галяминой Андрей Тамурка на заседании вообще утверждал, что «Армения» была открыта в районе полудня: он помнит, как взял там кофе на вынос.

Суд частично удовлетворил иск «Анкора» и взыскал с ответчиков 241 520 рублей — чуть меньше половины заявленной суммы. «Армения» стала первым и пока что единственным частным бизнесом, которому удалось отсудить деньги у лидеров летних протестов. Правда, это сильно отразилось на рейтингах компании: 1/5 на сайте Restoran.ru, 2/10 на сайте «Афиши», 3,5/5 на TripAdvisor, 3,8/5 на Google. На фейсбуке рейтинг «Армении» за три дня после подачи иска упал с пяти до двух баллов, а на момент выпуска текста ресторан вовсе закрыл доступ к своей группе в соцсети.

За две недели до подачи иска ООО «Анкор» получило госконтракт от МВД. По информации Znak.com, компания организовала обед для 13 детей «сотрудников Министерства общественной безопасности Вьетнама, погибших или получивших ранения при выполнении служебных обязанностей».

«М.Такси»

«27 июля на территории города Москвы произошла задержка движения транспортных такси и аномальное уменьшение количества заказов на услуги такси, что причинило убытки ООО в размере 333 787 рублей», — сказано в одном из исков компании «М.Такси Коммуникации».

Компания обратилась в суд сразу с тремя исками, чья общая сумма достигла 787 304 рубля. Первый иск на сумму 333 787 рублей был связан с акцией 27 июля. Второй требовал от Албурова, Соболь, Соловьева, Галяминой и Яшина 259 146 рублей за акцию 3 августа. А по третьему компания надеялась получить 194 371 рубль с Бориса Золотаревского — руководителя предвыборного штаба Ивана Жданова. Вероятно, последний связан с согласованным митингом 10 августа, со сцены которого Золотаревский призвал протестующих «прогуляться» до здания администрации президента на Китай-городе.

Все три иска поступили в суд в один день, и все три иска суд отклонил из-за нескольких неявок представителей «М.Такси» в суд. Компания не стала обжаловать это решение. Узнать у представителей организации, почему истцы не пришли ни на одно заседание, не удалось: сотрудник «М.Такси» предложил редакции ОВД-Инфо направить запрос бумажным письмом и отказался разговаривать по телефону и электронной почте. После этого поинтересовался: «А что, вопрос еще не исчерпан? Дело же закрыли».

Рейтинги «М.Такси» на момент выхода текста — 2,5 на «Яндексе» и 1,1 на Google. Правда, далеко не все негативные оценки связаны с иском к оппозиции: в основном клиенты рассказывают об обмане со стороны водителей, а бывшие водители — об обмане со стороны работодателя.

Генерального директора и владельца компании зовут Василий Саушкин. «Бизнес-технолог в сфере науки и инноваций, патриот и энтузиаст развития российской промышленности», — так бизнесмен представляется в соцсетях. Кроме «М.Такси», Саушкину принадлежат еще 50 компаний. По информации «Открытых медиа», некоторые из них регулярно получают госконтракты и работают с организациями, связанными с московскими властями. Например, «ЦТО ККТ-Сервис» поставляла кассовое оборудование «Мосгортрансу» и «Мосэнергосбыту», «БСВ-Русафарм» — лекарственные препараты департаменту здравоохранения Москвы, а клининговая компания «Сервис-Партнер» получала заказы от орловской прокуратуры и МВД.

Лапшичная «Тянем-потянем»

Одна из лапшичных сети «Тянем-потянем» находится на Центральном рынке — в 200 метрах от Трубной площади, на которой начались первые акции в поддержку независимых кандидатов в Мосгордуму. Владелец заведения Виталий Толкалов подал иск к Албурову и Соболь на сумму 100 тысяч рублей. Суд иск не удовлетворил.

Подробности иска неизвестны, но, вероятно, он связан с убытками лапшичной 3 августа. Перед акцией директор Центрального рынка Евгений Моргачев рассказал ТАСС, что рынок не будет работать в этот день из-за опыта 27 июля. По оценкам директора, тогда рынок понес убытки в размере 100–150 тысяч рублей. При этом сумму, которой ущерб рынка мог достигнуть из-за закрытия 3 августа, Моргачев оценил в два миллиона рублей.

Иск отразился на рейтинге лапшичной в интернете: 1,1 на «Яндексе», 1,2 в фейсбуке.

ИП Христов Ярослав Маратович

Индивидуальный предприниматель Ярослав Христов подал иск к Албурову и Соболь в один день с Толкаловым — 2 сентября. Претензии Христова и сумма иска неизвестны. Непонятно даже, какой бизнес он ведет: в Едином реестре индивидуальных предпринимателей с таким ФИО есть только ИП в Курской области.

Вероятно, заявление было составлено с нарушениями — суд вернул иск через четыре дня после подачи.

«Флай Авто»

Компания по сдаче в прокат машин премиум-класса «Флай Авто» подала рекордный по сумме иск — миллиард рублей. Из них, как заявляет сама фирма, 410,7 миллионов рублей составила упущенная выгода от отмененных клиентами заказов, 200 миллионов — ущерб деловой репутации, 185,3 миллионов — штрафы от клиентов за непредоставление автомобилей, 17 миллионов — дополнительные расходы на топливо. Эти претензии связаны с перекрытием улиц полицией и выходом протестующих на проезжую часть.

Еще в 187 миллионов рублей компания оценивает повреждения машин во время протестов 10 августа. В беседе с РБК владелец «Флай Авто» Дмитрий Леухин объяснил, что после акции на некоторых автомобилях появились царапины и повреждения стекол. Может ли компания чем-то подтвердить свои слова — неизвестно.

В качестве ответчика предприниматель выбрал Фонд борьбы с коррупцией (ФБК), а в качестве третьего лица привлек телеканал «Дождь». По мнению бизнесмена, ФБК организовал акцию, а «Дождь» оказал ему информационную поддержку. Вероятно, выбор Леухина связан с тем, что Соболь, Албуров и Жданов — сотрудники ФБК, а Навальный — создатель фонда. «Дождь» действительно освещал каждую протестную акцию, но делал это наравне со многими другими СМИ.

Суд вернул иск из-за нарушений. Как следует из определения суда, компания не доказала наличие машин в автопарке, наличие заказов 27 июля и их отмену, а также расходы топлива на сумму более 17 миллионов рублей.

«Флай Авто», как и большинство подавших иски компаний, выполняет госзаказы. Об этом «Коммерсанту» рассказывал Владимир Гарчу — совладелец группы компаний «ПростоПрокат», в которую входит «Флай Авто». При этом бизнесмен уточнил, что с московскими властями или связанными с ними организациями, насколько ему известно, компания не работала.

После возвращения иска Леухин заявил, что не будет подавать его снова. Бизнесмен объяснил это тем, что компания уже «решила вопрос».

Что дальше

По словам координатора московского штаба Навального Олега Степанова, на момент выпуска текста ответчики уже выплатили более 4,5 миллионов по вступившим в силу решениям. Из них более полутора миллиона удалось собрать благодаря пожертвованиям. Остальную часть суммы сторонники дали ответчикам безвозвратно или в долг на короткий срок.

«Мы, разумеется, эти иски выиграем. Выиграем не в России, потому что очевидно, что наши суды не независимы, — говорит Степанов, имея в виду Европейский суд по правам человека. — Когда мы выиграем, эти деньги вернутся и будут потрачены на благие цели. Мы их просим не для себя».