Что стоит за арестами высокопоставленного оперативника МВД и уволенного сотрудника ФСБ. Преступные авторитеты, дело об убийстве Анны Политковской...

В среду днем, 29 января, в ресторане «Босфор» на Арбате было немноголюдно. За одним из столиков сидели трое: полковник полиции Евгений Кузин, служивший заместителем начальника управления по раскрытию резонансных преступлений Главного управления Уголовного розыска МВД, Игорь Фролов, пенсионер ФСБ, бывший оперативник Управления «К», и авторитетный предприниматель Мирон Амадян (больше известный как Дмитрий Чантурия или Мирон).

Мирон, как правило, передвигающийся по Москве в сопровождении охраны, в «Босфор», что удивительно, приехал один. Наверное, потому, что уже знал — он находится под присмотром оперативников Управления «М» ФСБ России (занимаются расследованием преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов), а разговор записывается.

Как сообщает следствие, несколькими днями ранее, в пятницу 24 января,

Мирон Амадян передал экс-оперативнику ФСБ Фролову 100 тысяч меченых долларов. Передачу денег зафиксировали под видеозапись.

В ресторане «Босфор» спецоперация прошла без заминок: авторитетный бизнесмен просил предоставить скидку и отсрочку за снятие подозрений в организации преступного сообщества. Полковник МВД Кузин, в свою очередь, объяснял, что он не может этого сделать, поскольку большую часть денег якобы «надо передать шефу» (генералу МВД Денису Беднарскому) — мол, без него «невозможно решить проблему». Предприниматель тяжело вздохнул и передал деньги — в долларах.

Тут же в ресторан ворвались оперативники Управления «М» ФСБ и задержали Кузина с Фроловым.

«Авторитетный» фактор

«Проблема» Мирона Амадяна действительно была серьезной. Еще в конце прошлого года, по данным следствия, пенсионер ФСБ Игорь Фролов предупредил его о том, что в ближайшее время Мирон будет арестован по статье 210.1 УК РФ «Занятие высшего положения в преступной иерархии». Амадян, повторюсь, в криминальном мире был хорошо известен — в том числе как родственник убитого в 2012 году вора в законе Деда Хасана (за несколько недель до убийства которого, по некоторым данным, его видели в обществе Фролова).

Фролов же будто бы предложил урегулировать проблемы, заявив, что может помочь прекратить оперативную разработку, которую, с его слов, ведет его знакомый, полковник МВД Кузин. Эту услугу Фролов оценил в один миллион долларов.

Амадян предпринял попытку осадить Фролова и начал искать иные выходы на силовиков, которые смогли бы решить его «проблемы» по более приемлемой цене. Вот тут-то на него и вышли оперативники Управления «М» ФСБ, предложив написать заявление о вымогательстве. Выбора у предпринимателя не было.

И все дальнейшие переговоры с Фроловым, как и передача денег, проходили под контролем ФСБ.

По сведениям «Новой», в управлении «М» ФСБ не ожидали, что на встречу в ресторан «Босфор» придет полковник Кузин.

Первоначально отрабатывалась более простая версия: отставной чекист Фролов банально «разводит» Амадяна, если говорить языком права — покушается на мошенничество. Но на встречу пришел офицер МВД, у которого есть соответствующие полномочия.

Уже вечером 29 января было возбуждено уголовное дело о вымогательстве. В постановлении о его возбуждении фигурирует сумма 25 351 900 рублей (большая часть денег передавалась в долларах и евро, а следствие перевело в рублевый эквивалент, поэтому и получилась некруглая сумма).

Как часто бывает в подобных случаях, внезапно выяснилось, что полковник Кузин за день до задержания был уволен из МВД.

Вечером 29 января были проведены обыски в кабинете Кузина на улице Житной и по месту проживания. Были изъяты 25 тысяч меченых долларов из первого «транша», которые Амадян передал Фролову 24 января.

Кузин объяснил это обстоятельство тем, что взял деньги у Фролова в долг. Но в момент допроса полковник не знал, что отставной чекист уже признал вину, написал явку с повинной и дал исчерпывающие показания, рассчитывая на особый порядок рассмотрения уголовного дела.

31 января Пресненский суд Москвы удовлетворил ходатайство следствия и избрал Кузину и Фролову меру пресечения в виде содержания в СИЗО. Пока до 29 марта.

Кузин и Фролов в «деле Политковской»

Рассказывая Мирону Амадяну о своем знакомом в Главном управлении Уголовного розыска МВД, Игорь Фролов не лукавил. С Кузиным он познакомился и сдружился, когда они оба были включены в оперативно-следственную группу, которая вела расследование уголовного дела об убийстве обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской.

К слову, в ходе судебного процесса по избранию меры пресечения Кузин, рассказывая о своих заслугах, заявил, что это именно он раскрыл «дело Политковской».

Это не совсем так. Убийство было раскрыто следственным путем, а не оперативным. Хотя надо признать, что Евгений Кузин в ходе этого расследования действительно проявил себя как очень профессиональный оперативник, который сделал очень много для того, чтобы хотя бы часть виновных была осуждена.

А вот участие оперативника Управления «К» ФСБ Игоря Фролова в расследовании убийства Анны Политковской оставило странное впечатление. И вот почему.

Следствием было установлено и вынесены приговоры организаторам убийства Лом-Али Гайтукаеву и Сергею Хаджикурбанову, непосредственному исполнителю Рустаму Махмудову, пособникам Джабраилу и Ибрагиму Махмудовым. Кроме того, к 11 годам лишения свободы был приговорен экс-глава отделения оперативно-поискового управления ГУВД Москвы подполковник Дмитрий Павлюченков, также признанный организатором преступления.

Заметим: оба организатора — и Гайтукаев, и Павлюченков — изначально позиционировались как главные свидетели обвинения.

Но в этом уголовном деле был еще один фигурант в погонах — сотрудник УФСБ по Москве и Московской области подполковник Павел Рягузов. Но Рягузову вменили иное, и он избежал обвинительного приговора.

Хотя в ходе судебного следствия был оглашен ряд материалов, из которых можно сделать вывод, что организатор убийства Лом-Али Гайтукаев (в прошлом году умер в колонии) сотрудничал с ФСБ, а куратором этого секретного сотрудника был, скорее всего, подполковник Павел Рягузов.

Мало того, Рягузов был хорошо знаком и с киллером Рустамом Махмудовым. К примеру, Рягузов вывозил Махмудова рейсом из Москвы — на опознание в рамках другого уголовного дела. И это при том что Махмудов в это время был в розыске и жил по подложным документам.

Рягузов был в приятельских отношениях и с сотрудником ГУВД Москвы Павлюченковым, сотрудники которого за сто баксов в день выслеживали Анну Политковскую в рабочее время на служебных авто, снабженных «непроверяйками».

Повторюсь, Павлюченков первоначально проходил по этому уголовному делу в качестве свидетеля. И, возможно, тоже избежал бы наказания, если бы в редакцию «Новой» не пришел гражданин Белоруссии Олег Голубович — знакомец многих персонажей, причастных к убийству Политковской, — и не рассказал, что на него давят, чтобы он не рассказывал следствию все, о чем знает. А знал он много. И, по его словам, давил на него именно оперативник ФСБ Игорь Фролов, который якобы также пытался втянуть свидетеля в какие-то махинации с авторитетами, не имеющими отношения к убийству обозревателя «Новой газеты».

Редакция «Новой газеты» приняла решение вывезти Голубовича из страны.

Был оформлен адвокатский опрос свидетеля, который следствие приобщило к материалам дела. На основании этого документа Голубович позже был допрошен в посольстве России в Украине. А через какое-то время подтвердил свои показания в ходе судебного следствия. Голубович показал, что оружие киллеру Махмудову передал подполковник Павлюченков. И произошло это в автомобиле Голубовича, которого Павлюченков попросил подвезти на встречу.

По словам Голубовича, от него требовали не давать показаний в отношении чекиста Рягузова и того же Павлюченкова.

Свой среди чужих

Игорь Фролов начинал службу в Управлении «Н» СБТиЗКС (Служба по борьбе с терроризмом и защите конституционного строя) ФСБ, в составе которого был и отдел, работавший с ворами в законе. Управление «Н» занималось борьбой с наркобизнесом, но вскоре было ликвидировано, а сотрудники влились в Управление «К», входящее в Службу экономической безопасности ФСБ.

4 февраля 2013 года в «Новой» было опубликовано расследование Сергея Канева «Малина в погонах», в котором был задан вопрос: что связывает офицеров экономической контрразведки ФСБ с криминальными авторитетами? И приведены конкретные примеры взаимовыгодного «сотрудничества» криминальных авторитетов с офицерами ФСБ. В частности, с оперативником Управления «К», который в публикации был обозначен как «Игорек».

Фамилии мы не назвали. Но в Управлении собственной безопасности догадались, о ком речь, и после проверки отправили Игоря Фролова на пенсию.

«Новая» продолжает следить за развитием событий.